Мой мужчина
Шрифт:
Шанса дать знать о похищении больше не представилось. Рука так и оставалась на лице, зажимая рот, а лошади сразу были пушены в галоп и скоро унесли их за пределы слышимости.
Глава 40
Очнувшись, Чад раскашлялся, потом какое-то время не мог проморгаться. При каждом движении голову пронзала боль, напоминая о том, как что-то сбило его с ног на пол. Кашель (он не сразу понял это) был оттого, что на него плеснули водой. Ведро держал в мясистых руках Лерой.
— Вот, значит, как ты решил расквитаться! Подкараулить, свалить
— Я не подкарауливал. Зашел и увидел, что ты валяешься на полу, — возразил здоровяк с некоторой обидой.
— Раз так, извини, — буркнул Чад, растирая затылок.
— В мыслях не было лупить тебя по голове. Мы и без того давно квиты, парень. Ты мог бросить меня связанным в прерии, но не бросил, и я не, держу на тебя зла за те веревки.
— Значит, ты не знаешь, кто меня уложил?
— Нет, но на твоем месте не болтал бы, а уже сидел в седле. Я видел свежие следы четырех лошадей — одна из них определенно несла двойной груз.
— Это затруднит им бегство.
— Сомневаюсь, — возразил Лерой, невозмутимо ковыряя в зубах соломинкой. — Твоя милашка пришла той же дорогой, и притом незадолго до тебя. Ее здесь, как видишь, больше нет. Значит, это ее увезли неизвестно куда.
Новость заставила Чада вскочить на ноги так поспешно, что он не удержался от стона. По дороге к стойлу своей лошади он схватил со стены первое попавшееся седло.
— Помочь? — крикнул вслед Лерой.
— Идет. Только собирайся поскорее, пока я предупрежу отца, что Мэриан похищена. В какую сторону они поскакали?
— Когда выедем, покажу. Они не стали заметать следы.., пока. Решили, наверное, что ты проваляешься достаточно долго, часа два. И почти не просчитались.
— А сколько я провалялся? — Чад не мог понять, как этот вопрос не пришел ему в голову раньше.
— Больше часа. Я думал, вы с ней затеяли возню, вот и не стал совать свой нос на конюшню. Правда, через час мне показалось странным, что вас все еще нет — все-таки у твоего папаши гости!
Чад горько пожалел, что Лерой не проявил больше нездорового любопытства и не сунул нос на конюшню много раньше. Тогда все могло бы повернуться иначе. А теперь можно только гадать, ради чего похищена Мэриан. Будь похититель один, его намерения не оставляли бы сомнений, но четверо? Судя по тому, как обошлись с ним, эти люди желали оставить все в секрете.
— Ты при оружии? — спросил Чад Лероя. — Мое в доме. Не хотелось бы тратить время на беготню туда-сюда.
— При оружии? Да я всегда при целом арсенале! — гордо объявил здоровяк, распахивая полы.
Скачка была отчаянная, но и похитители не медлили, так что догнать их все не удавалось. По мере того как день клонился к закату, Чад тревожился больше и больше. Чем позже они вызволят Мэриан, тем хуже это может для нее обернуться, а наступление ночи сильно затруднит поиски.
В сумерках Лерой предложил остановиться на ночлег, а утром со свежими силами продолжить погоню. В темноте они могли потерять след. Чад категорически отказался, зная, что не уснет, изводясь мыслями о судьбе Мэриан. Даже понимая всю бесцельность погони вслепую, он был не в силах остановиться. К тому же на открытых пространствах
Вышло иначе: не костер, а свет в окне показал, куда держать путь. Следы вели к уединенной ферме. Дом имел относительно обжитой вид, но вокруг все было в запустении. Тут и там валялись отвалившиеся доски, стены строений осели, крыши прохудились, поля заросли сорной травой. Если здесь кто-то и жил, то лишь наездами.
Лошади, все четыре, обнаружились в амбаре. Они были расседланы, но и только. Ни воды, ни корма — им оставалось только щипать сено из полугнилой охапки. Оставив своих позади амбара, Чад и Лерой начали осторожно подбираться к дому.
— А ферма-то не брошена! — вполголоса заметил здоровяк, ткнув толстым пальцем в сторону. — Здесь живут, чтоб мне пропасть!
Чад повернулся и увидел еще одну, стреноженную лошадь. Он уже готов был отвести взгляд, как вдруг ближайшая копна сена шевельнулась и покосилась, словно из-под нее пыталось выбраться животное. Оба подумали о собаке и отвернулись, чтобы продолжить путь, но жалобный звук приковал их к месту. Боковая часть копны распалась, из недр поднялась человеческая фигура. В темноте было трудно разглядеть, кто это, но Чаду бросилась в глаза грива распущенных волос. Он в сердцах выругался.
— Надо же, завалили сеном, — хмыкнул невозмутимый Лерой. — А сами небось пошли набивать брюхо.
Чад поспешил к Мэриан.
— С тобой все в порядке? — спросил он шепотом.
Ответа не последовало — во рту у девушки был кляп.
Он вытащил кляп, и Мэриан наконец смогла невнятно пробормотать:
— Более или менее в порядке…
— Что значит «более или менее»? Что ты имеешь в виду? — испугался Чад.
— Я совсем не чувствую рук. Их слишком крепко связали!
Это было еще не самое страшное. Чад помог Мэриан освободиться от пут. Ноги тоже оказались связанными. Оставалось лишь удивляться, как она ухитрилась привлечь их внимание. Вряд ли без помощи Мэриан они смогли бы догадаться, где ее прячут.
— Тебе известно, кто они?
— Те самые разбойники, что напали на поезд. Я нарисовала для шерифа миниатюру, по которой можно опознать главаря, вот они и решили от меня избавиться.
— Они.., ничего себе не позволили?
— Пока ничего. Главарь собирался, но остальные были против.
— Против чего?
— Застрелить меня.., или отрубить правую руку.
Мэриан содрогнулась, Чад непроизвольно привлек ее к себе — и поспешно отстранил.
— Все позади.
— Да, конечно.
— Почему они сунули тебя в сено? — поинтересовался Лерой.
— Здесь еще и жена хозяина фермы. Он не хотел, чтобы она имела к этому отношение. Был спор, но потом они решили дождаться, пока она ляжет. Они так и не договорились насчет того, как со мной поступить.
— Мы отправимся в обратный путь сразу, как только разберемся с этим отребьем. Подожди здесь.
— Нет, нет! — испугалась Мэриан. — Не оставляйте меня одну! Позвольте пойти с вами!
— Мы сейчас же вернемся…
— Нет, нет! Пойми, Чад, я не могу оставаться одна после всех этих разговоров о том, как лучше со мной покончить! Если вы меня здесь бросите, я пойду назад пешком, одна!