Мой король

Памфилофф Мими Джин

Он покачал головой и подвел меня к огромной деревянной двери, около которой стояли двое полуголых мужчин, на одном из которых была красная, а на другом синяя юбка. Да, юбки из грубой кожи, повязанные вокруг их талии. Мужчина что-то сказал им, но они, казалось, не хотели пропускать нас. Именно тогда он сорвал шарф с моей головы, и оба мужчины ахнули.

Какого черта? Что не так с моими волосами?

Да, я понимала, что сейчас, возможно, мои немытые и не расчесанные волосы выглядели, как кусок блондинистого дерьма, но я была в шоке от того, что есть место, где блондинки кому-то не нравятся.

Охранник пихнул в руки пожилому мужчине пару монет, схватил меня за руку и забарабанил в дверь.

— Стой! Ты что… меня продаешь? — оглянулась я на мужчину, который меня сюда привез, но охранник толкнул меня в открывшийся дверной проем, зашел следом и захлопнул дверь.

— Вы не можете меня продать! Я человек! Я личность… — стоп, так мне ничего не добиться. — Я хочу пойти в полицию! Дайте мне телефон!

Я еще раз приложила руку к моему уху, показывая телефон, но человек просто стоял и смотрел на меня как на умалишенную инопланетянку с другой планеты. Затем оттолкнул меня и жестом приказал идти вперед.

— Пошел ты! — я плюнула в его сторону и разразилась руганью, и думаю, сейчас до него дошел смысл моих слов. А мне стало чуть лучше от того, что я не сдержалась. Вроде.

Охранник снова схватил меня за руку и потащил к ряду каменных ступеней, которые вели к какому-то храму с большими колоннами снаружи, окрашенному в ярко-красные и ярко-голубые цвета. Когда я оказалась внутри, запах шалфея и ладана чуть не сбил меня с ног.

Охранник толкнул меня на пол, потом схватил меня за волосы, ткнул лицом в пол и стал кричать.

— Отвали от меня! — закричала я и вонзила ногти в его руку, но он лишь сильнее схватил меня за волосы.

Я думаю, что он орал что-то типа: «Закрой, на хрен, свой рот!», но мне было все равно. Я никому не позволю так с собой обращаться.

— Я убью тебя! — я стала бить кулаком по его руке. — Клянусь, что я, блядь, тебя…

И вдруг я услышала этот голос: мужской, властный, глубокий. Голос, заставивший мои внутренности задрожать.

Я затихла, а потом подняла глаза и уставилась на грозного человека, стоящего передо мной.

— Кинг? — ахнула я.

Его глаза сузились, когда он посмотрел на меня так, будто бы я была букашкой, которую он мог раздавить в любой момент, просто ради развлечения.

— Беру свои слова обратно, — сказала я охраннику. — Я убью его!

Я вырвалась из рук моего похитителя, оставив в его руке клок моих волос, и бросилась на Кинга. От неожиданности он не устоял на ногах, и мы рухнули на пол. Звук удара его головы о пол был музыкой для моих ушей.

— Ты кусок дерьма! — мне удалось схватить его за шею, потому что он, видимо, до сих пор был в шоке.

Но все это длилось только мгновение, потому что нас быстро разняли двое подбежавших крупных мужчин. Кинг же сел и задумчиво смотрел на то, как они оттаскивают меня подальше от него.

— Я убью тебя! Ты меня слышишь? Ты, блядь… — и тут я заткнулась, потому что мой мозг стал замечать странности, на которые я ранее не обращала внимание.

Зеленый? Его цвет… какого хрена это означает?

То, что видели мои глаза, не могло быть правдой. А это значит, что со мной что-то не так, или Кинг все-таки сломал меня. Поскольку этот человек не был Кингом. То есть не был моим Кингом. Его аура не светилась красным, синим или даже фиолетовым цветом. Она горела

зеленым. Ярко, ярко зеленым цветом. Цветом жизни. Это был живой король.

Так что я быстренько задалась вопросом, куда же я все-таки попала.

Твою же мать…

Глава 7

На следующий день мимо моей деревянной клетки прошла куча народа, пялящаяся на меня, как на животное в зоопарке. У большинства из них была темная кожа, карие глаза и темные волосы. Женщины были одеты в платья наподобие тоги, собранные на поясе кожаным или матерчатым ремнем. У мужчин же торс был оголен, и их бедра прикрывала голубая ткань, закрепленная на талии золотыми или красными ремнями. Каким бы невозможным это не казалось, мне пришлось принять то, что я видела своими собственными глазами. Я попала во время правления Кинга.

Просто сумасшествие какое-то. Я нахожусь в древней цивилизации гребаных минойцев.

Крит. Позже это место стало Критом. Несмотря на то что я пыталась найти какие-то книги об этой культуре, я все равно слишком мало знала о минойцах. В основном все сводилось к мирному сосуществованию с другими культурами, к торговле и шикарной природе их острова. А потом вдруг… бац… и минойцы исчезли. Точно так же как и я могу исчезнуть в любую секунду.

День почти прошел, но мне никто так и не предложил воды или еды. Дно клетки, в которую меня посадили, было выстелено деревянными досками, и, наверное, это должно было быть удобным, но из-за палящей жары и недавно пережитого укуса змеи стоять я больше не могла.

На второй день моего заточения, когда солнце стало согревать воздух вокруг, я, прикрыв глаза, просто лежала в своей клетке. Липкая, грязная, боясь прихода изнуряющей жары и гадая, на сколько еще меня хватит. Единственное, чего мне хотелось — это спать. И я надеялась, что я не проснусь. Но, конечно же, этого не произошло.

Проснулась я от того, что почувствовала тычки чем-то острым.

— Отвалите нахрен! — проворчала я.

Охранник, стоящий у открытой дверцы, протянул мне небольшую глиняную флягу, судя по всему, предлагая попить. Я попробовала поднять голову, но не смогла и, в конце концов просто застонала. Мужчина сердито заворчал, наверное, говоря что-то вроде: «Вставай, ленивая задница», но быстро сдался, потянув ко мне свои грязные руки. Он усадил меня в углу клетки, облокотив мою спину на шершавое дерево, и прижал флягу к моим губам. Жидкость в ней оказалась смесью воды, сока, оливкового рассола и еще какой-то странной херни. Я сделала несколько глотков и оттолкнула флягу.

— Я больше не буду это пить.

Он вдавил флягу мне в губы, заставляя сделать еще глоток, но мой желудок его не принял, и меня вырвало прямо на грудь охранника.

— Упс! — на моем лице промелькнула ехидная улыбка.

Так-то! Засранцы!

Он отвернулся и что-то крикнул, и на его зов пришли еще двое мужчин, которые вытащили меня из моего «ящика страданий». Они поспешно провели меня, а вернее — протащили через сад, наполненный растущими там яркими цветами и пышными гранатовыми деревьями, а потом бросили в какое-то темное помещение. Каменный пол, который я почувствовала под собой, в сравнении с грубыми, необтесанными ветвями моей клетки, казался раем, но ужасная жажда и судороги в моем желудке были пыткой.