Мой каприз

Ви Лика

– Да, только учтите, там дикарями на пляже нельзя, за это штрафуют.

– О, мы туда не дикарями.

Он усмехнулся, обернулся и вдруг подмигнул мне, словно только что не был колючим злодеем. Вот же наглец. Теперь уже я скрестила руки на груди и отвернулась к окну. Не хватало еще и так реагировать на выходки какого-то парня, купленного на две долларовые бумажки.

За окном начинало темнеть. Мы выехали из города и скоро оказались на серпантинной дороге, ползущей к морю. Заходящее солнце в нем таяло. Хотя бы ради этой картины;стоило во

все это ввязаться.

Куда именно мы едем, я уже поняла. Тут на побережье есть частный пляж, узкая полоска песка и ряд частных домиков, прижатых к скалам. Когда-то в одном из таких домиков я была на крутой вечеринке, неплохое место, а главное между домами есть пространство, и люди друг другу не мешают, но что делать там вдвоем, я совсем не понимаю.

Машина остановилась на повороте к курортному поселку. Дальше дорога уходила не туда, а по песку проехать могут далеко не все.

Я сама вышла из машины, не дожидаясь, когда он откроет мне дверь, и разулась. Идти по песку в туфлях очень неудобно.

Он протянул мне руку, но я ее проигнорировала, а он лишь плечами пожал и молча повел меня к ближайшему домику. Он прятался в выступе скал, и я его даже не заметила в первый раз. Отсутствие огней мешало, и я успела пожалеть, что не согласилась на его помощь, но признаваться в этом не стала.

У самого домика он вдруг подхватил меня на руки и почти бегом взбежал по лестнице на темную открытую веранду. Первый этаж здесь был на уровне второго и потому домики стояли наподобие столбов.

– Он наш до утра, – прошептал мне мой временный парень и поставил меня на коврик, плетеный из каких-то мягкий бежевых лоскутов, а потом нажал на выключатель на стене.

Веранду осветили гирлянды. Они яркими звездными дугами свисали с потолка, облетали колонны и деревянные перила. Я осмотрелась и глазам не поверила. Это оказалось слишком просто и, в то же время, красиво.

– Дешево, – все же сказала, шагая к маленькому плетеному столику, на котором стояли незажженные свечи и фрукты, и села на одно из плетеных кресел.

– Будешь много говорить о деньгах, я задумаюсь о тарифе времени, – строго ответил мне мой кавалер, но при этом мягко поцеловал за ухом, зажигая свечи своей зажигалкой. – Давай ты сегодня побудешь моей хорошей девочкой, Алиса? Тогда, быть может, заслужишь сказку.

Я вздрогнула, обернулась, а он шагнул к дому. Одного я не могла понять, откуда он знает мое имя, неужели я его говорила, и если он знает, то как теперь мне узнать, как зовут его? Не спрашивать же теперь, когда я начинаю волноваться, словно свидание самое настоящее.

Глава 4. Испорченный план

Кирилл

Когда я пытался представить наше свидание, то реально надеялся, что оно выйдет сказочно-романтическим, таким, чтобы оно могло стать началом долгого романа. Черт, я же покорить ее хотел, а теперь что-то гадко от слов про сказку. Хотя шампанское я добросовестно приношу в ведерке со льдом и двумя бокалами.

– Итак,

что именно мы будем делать? – спрашиваю я у нее, стараясь сохранить непринужденный вид. – Можем просто поговорить, но это скучно для первого свидания. Есть проектор, и окно можно закрыть экраном. Можем посмотреть какой-нибудь фильм на твое усмотрение, еще могу узнать, что здесь есть из настольных игр кроме монополии, на нее сегодня я не согласен.

Пока говорил, разливал шампанское по бокалам, невольно действуя скорее как официант, чем как хозяин ситуации. Привычки все равно берут свое, но зато, вернув бутылку в ведерко со льдом, я сажусь напротив и смотрю в ее немного растерянные голубые глаза. Сейчас стоило бы выпить за то, чтобы это было лишь началом, но теперь я точно знаю, что продолжения не будет и не хочу его, потому поднимаю бокал и усмехаюсь.

– За твой каприз, Алиса, он меня сегодня повеселил.

– Меня тоже, – призналась она и улыбнулась. – Надеюсь, ты не обижаешься на мою выходку?

– Нет, – вру я, а сам понимаю, что чертовы деньги надо бы подкинуть ей обратно, но при этом признаюсь: – Я давно хотел пригласить тебя на свидание.

– Правда, что ли? – удивляется она и делает глоток шампанского.

– Правда.

Что уж врать, действительно хотел, планировал, надеялся.

– Тогда я хочу говорить, – заявляет она. – Для первого свидания это самое верное.

Она уперлась локтями в край стола, сложила пальцы с длинными ногтями под подбородком и усмехнулась, глядя на меня очень внимательно.

– Мы с тобой разве знакомы? Или ты просто видел меня в ресторане? Я тебя там тоже с неделю назад приметила.

– При этом я там уже два года работаю, – невольно фыркнув, признаюсь я и выпиваю половину своего бокала, но все же ставлю его на стол – не хватало еще попытаться напиться пузыристым головосшибателем. Меняю тему: – Я учусь с тобой в одном университете, только ты экономист, а я лингвист.

– И сколько же ты языков знаешь, кроме французского?

– А ты? – невольно спрашиваю я, но, не дожидаясь ответа, начинаю читать наизусть Байрона в оригинале:

«Away with your fictions of flimsy romance,

Those tissues of falsehood which Folly has wove;

Give me the mild beam of the soul-breathing glance,

Or the rapture which dwells on the first kiss of love».

Она улыбается и также наизусть отвечает переводом:

– Мне сладких обманов романа не надо,

Прочь вымысел! Тщетно души не волнуй!

О, дайте мне луч упоенного взгляда

И первый стыдливый любви поцелуй!

Черт, может не такая уж она и гадина, впрочем, знание стихов сути не меняет, но я решаю не отказывать себе в этот вечер ни в чем. Сделаем вид, что это не месть, а просто свидание, хотя бы на какое-то время, поэтому я касаюсь ее руки, приподнимаюсь и целую, а сам вспоминаю, что внизу у стола есть полка, а на ней пульт от аудиоцентра. Миша обещал там оставить какой-нибудь медляк.