Мой герой
Шрифт:
Безрассудство не было ей свойственно, но она не была уже прежней Аделью. Теперь она поняла прелесть безрассудного, лихорадочного, неконтролируемого порыва страсти. И она неистово закивала головой в ответ на желание Дамьена.
Это было все, чего он ждал. Она не была уверена, что заметила, как он раздевался, как приподнялся, чтобы скинуть с себя одежду, а он уже был здесь. Между ее ног. Выжидая, как будто желая удостовериться, что она не передумает.
Легкий ветер шевелил ветви ивы вокруг них, листья посвистывали, покачиваясь от ветра.
Адель открыла глаза и в мягком
– Ты в порядке?
Она снова кивнула, инстинктивно обхватила руками его твердые ягодицы и прижала его еще теснее. Потом потянулась со всей силой своих бедер и ног и почувствовала, что рассталась со своей девственностью. Боль пронзила Адель, но тут же уступила место ощущению того, что Дамьен был внутри. Внутри ее! Он заполнил ее. Она ухватилась за его крепкие плечи как за якорь и прикусила губу, когда он приподнялся и снова вошел в нее. Она была скользкая там, внизу, это смягчало боль и усиливало наслаждение. Она начинала понимать, как это все происходит. Через несколько секунд боль ушла, она смогла расслабиться и наслаждаться тем, как он движется внутри ее, то выходя, то заполняя ее снова и снова. Внезапно волна желания и завершенности прошла по ее венам так, как будто ее ударило током. Ее тело забилось в конвульсиях, она выгнула спину и, не понимая, что происходит, прокричала имя Дамьена.
Она лихорадочно пыталась понять, что это было, все еще выгибаясь и представляя себе, что молния расколола дерево над ними и ушла в землю через нее. Наслаждение продолжало накатывать на нее волна за волной, пока, обессиленная, она не упала на траву. Она открыла глаза и осознала, что все это время Дамьен продолжал двигаться внутри ее. Только сейчас, когда все ее мышцы расслабились, он замедлил свой ритм. Раз он не остановился, чтобы проверить, живали она, значит, все, что произошло, было нормальным.
Наверное, так и было, раз он выглядел вполне удовлетворенным.
– Ты восхитительна, – проговорил Дамьен, потом сделал еще несколько толчков, проникая в нее все глубже и яростнее, откинул голову и закричал, точно так же, как и она, несколькими секундами раньше. Его большое, крепкое тело обмякло, он удерживался над ней на локтях, а потом всем своим телом придавил ее к земле. Адель дотронулась до его лба, теплого и мокрого от пота. Даже через его рубашку и жилет она чувствовала жар, исходивший от его тела. Его грудь тяжело вздымалась.
– Прости, что я не разделся, – проговорил он, тяжело дыша, – мне бы хотелось лежать нагим рядом с тобой, соприкасаясь кожей.
– Да, это звучит заманчиво, – сказала Адель и начала расстегивать пуговицы его жилета.
Он приподнялся на локтях и вопросительно посмотрел на нее:
– Сейчас?
– Да, сейчас. Сними все это.
Он согласился сразу. Она стащила жилет с его плеч, и он снял рубашку. Юбки Адели, которые все еще держались у нее на поясе, последовали за
– Обувь лучше оставить, – подмигнул Дамьен, – вдруг нам придется убегать.
Она засмеялась, взяла его лицо в свои ладони и сказала:
– Ложись на меня.
Его темные глаза сверкнули, и он улыбнулся, как мог бы улыбаться волк, соблазняющий невинную овечку.
– С превеликим удовольствием.
Дамьен снова опустил ее на траву и накрыл своим телом. Его плоский мускулистый живот, горячий и скользкий от пота, прижался к ее коже. Это прикосновение изумило Адель. Она обвила его ноги своими и почувствовала, как соприкоснулись их самые интимные части тела. Инстинктивно она начала вращать бедрами.
– Если ты хочешь повторить, тебе придется подождать пару минут, – сказал Дамьен поддразнивающим голосом.
– Прости, я не могла удержаться. Мое тело само хочет этого.
– Это инстинкт.
Он приник к ее губам жадным поцелуем, чувствуя грудью, как учащается биение ее сердца.
Адель тут же забыла обо всем. Она обвилась вокруг Дамьена, стараясь прикоснуться к его телу повсюду.
Над головой у них был полог из ветвей ивы, воздух был наполнен щебетанием птиц и шелестом ветерка в листве. Она подумала, что именно так ощущается душевная свобода – как чувство свободного, парящего полета.
На этот раз Дамьен вошел в нее с естественной непринужденностью, двигаясь медленно и нежно. На мягком травяном ложе их сплетенные тела медленно двигались, меняя положение. Одно время она лежала на нем, потом они лежали бок о бок, молча, глядя друг другу в глаза, потом он любил ее, лежа сверху.
У нее звенело в ушах от жарких прикосновений его губ и горячего дыхания на ее шее или за ухом. Они достигли пика вместе, лежа лицом к лицу. Он снова был сверху и смотрел, как она дрожит все сильнее и сильнее, отрываясь от земли. Никогда в жизни она не испытывала физического напряжения такой силы.
Через несколько минут он приподнялся на локтях и посмотрел на нее.
– Адель, – тон его был неожиданно серьезным, – когда мы скажем обо всем Гарольду?
Она глядела на него, ничего не соображая. Нет! Как раз сейчас ей совсем не хотелось думать об этом. Она наслаждалась свободой, ей хотелось жить только настоящим, не думая о будущем и тех трудных решениях, которые ей надо будет принять. Но простое упоминание о реальности сразу сбросило ее с небес на землю.
– Когда мы скажем ему? – переспросила она, сделав ударение на слово «мы».
Ей стало немного не по себе.
– Это должно быть мое решение, Дамьен, и только мое. Я не хочу снова послушно делать все то, что мне говорят.
Он помолчал, облизал пересохшие губы и сказал:
– Я не хотел диктовать тебе, что ты должна делать, Адель. Я просто хочу, чтобы ты знала, что можешь на меня рассчитывать, что я хочу быть рядом с тобой.
Сердце Адели забилось от счастья и от испуга одновременно. Все складывалось слишком хорошо, чтобы быть правдой. Кроме того, где-то в глубине души существовала часть Адели, которая стыдилась того, что они сейчас сделали. Ведь они не были женаты!