Мой герой
Шрифт:
– А что изменилось? Неужели это из-за браслета? Я совсем не хотела быть жадной, Дамьен.
– Я знаю.
– В чем же тогда проблема? Мы что, перестали быть друзьями?
Он ненавидел себя. Ненавидел то, что собирался сказать.
– Мне кажется, пришло время, когда нам следует оставаться только друзьями, и не больше того.
– Почему? – опять с удивлением спросила она.
Не было никакого смысла дурить ей голову, она заслуживала того, чтобы он сказал ей правду, хотя бы часть правды. Остальное
– Потому что пришло время, и я нашел себе жену.
– Но ведь это не значит, что мы должны прекратить встречаться.
– Вот именно значит.
Потому что ни одна женщина не могла назвать его своим, если бы он продолжал встречаться с Франс. А ему нужно было, чтобы кто-то считал его своим. Ему надо было иметь жену, и чем скорее, тем лучше.
Голова Франс откинулась назад, как будто ее чем-то тяжелым ударили в лицо.
– Ты боишься, что я испорчу твою репутацию?
Он промолчал, не зная, что ответить.
– Я сообщу тебе новость, Дамьен, – продолжала Франс, – твоя репутация была испорчена задолго до того, как ты попал в мою постель.
В ее глазах можно было увидеть и смятение, и ярость. Повернувшись, она схватила розовую бутылочку с косметикой и бросила ее в Дамьена. Бутылка была не закрыта, и комната наполнилась приятным ароматом. Он не успел еще прийти в себя, как в него полетело стеклянное пресс-папье в форме обнаженной женщины. Статуэтка попала ему в лицо и разбила его в кровь.
– Боже! – Он нагнулся и схватился рукой за глаз.
– Ты заслужил это, нахал! – взвизгнула Франс.
Дамьен выпрямился. Он, безусловно, заслужил это и не хотел сопротивляться. Но когда в него полетела ваза, значительно большая по размеру и более тяжелая, чем бутылка с косметикой и пресс-папье, вместе взятые, терпению его пришел конец. Он поймал вазу и направился к Франс, чтобы утихомирить ее. Подойдя сзади, он взял ее за руки, получил пару ударов, но в конце концов заставил ее успокоиться.
– Надеюсь, что ты сгоришь в аду, – со злостью прошипела она.
– Уверен, что так и будет, – согласился он.
Через секунду он отпустил ее, ощущая безмерное чувство вины. Он всегда был честен с Франс. Оба они прекрасно понимали суть своих взаимоотношений, но сегодня он пришел сюда для того, чтобы снять мучившее его напряжение, чтобы подавить тревогу и беспокойство, вызванные отношениями с другой женщиной, женщиной, которая была помолвлена с его кузеном.
Он пал невероятно низко.
Постепенно Франс начала дышать спокойнее и обмякла в его руках.
– Я ненавижу тебя, – сказала она.
– Я это знаю.
– Ты отъявленный подлец.
– И это я тоже знаю. – Он положил голову ей на плечо и глубоко и печально вздохнул.
Взглянув на него, Франс заметила:
– У
Кровь продолжала капать у него со щеки. Он вытер ее тыльной стороной ладони.
– Возможно, мне будет лучше без тебя, – сказала она, направляясь за мокрым полотенцем, чтобы вытереть кровь, – может быть, нам обоим будет лучше.
Глава 16
Прошло два дня. Адель сидела в своей спальне, рассеянно глядя в окно на увлекательный лабиринт. Раздался стук в дверь, и в комнату заглянула Клара.
– Мы с Сигером и малышкой скоро уезжаем, – сказала она. – Вещи уже складывают в карету.
Адель встала. Мысль о том, что сестра уезжает, вызвала в ней волну эмоций, и ей пришлось бороться с желанием расплакаться. Такое часто происходило с ней в последнее время, когда она думала о том, что родные уедут, и она, может быть, никогда больше не увидит свою родную Америку. Это было совсем не похоже на Адель, она была весьма сдержанной и плакала редко.
Ей все же удалось придать лицу жизнерадостное выражение, чтобы не огорчать сестру и не перекладывать груз своих проблем на ее плечи. Утешением было то, что она собиралась в ближайшее время посетить в Лондоне другую сестру, Софи.
– Уверена, ты будешь рада вернуться домой, – проговорила Адель, – ты ведь так долго не была дома.
Зайдя в комнату, Клара взяла младшую сестру за руки:
– Конечно, я буду рада, но я беспокоюсь о тебе. Ты уверена, что у тебя все в порядке? Ты выглядишь совсем не такой, какой я знала тебя в Нью-Йорке, – уверенной и удовлетворенной. Мне кажется, ты чем-то опечалена.
Опечалена. Да, это была правда, хотя для печали не было видимой причины – она была окружена счастливыми людьми, и все было так, как она хотела.
Дамьен вернулся в Лондон. После этого Гарольд показал ей все внутри дома, Юстасия повезла ее и ее маму в карете по всему поместью и в соседнюю деревню. Адель провела много приятных часов, беседуя с Кэтрин, что позволило ей лучше узнать старую леди. Каждый вечер она принимала участие в развлечениях в гостиной, пела и играла. Как будто все было хорошо.
– Это имеет какое-то отношение к тому, что лорд Элсестер уехал в Лондон? – спросила Клара, как всегда попадая в самую точку.
И наконец Адель поняла, что не может больше скрывать свои проблемы. Ее сестра и так все знала, она всегда обо всем догадывалась, но не торопилась расспрашивать.