Мой герой

Маклейн Джулиана

Через несколько минут карета оказалась у дома, и Адель, хромая, подошла к ней. Взобравшись внутрь, она приятно была поражена красивой голубой обивкой. Перевязанная лентами коробка стояла на сиденье.

– Там чулки и туфли, – сказал он, подходя вслед за ней к карете.

– Большое спасибо, – произнесла Адель, поставив коробку себе на колени.

Глядя на его красивое лицо, она чувствовала себя как околдованная. Стараясь отвлечься, она посмотрела на все еще привязанную лошадь.

– Вам повезло, что вы поедете верхом.

– А

вы любите кататься верхом? – спросил Дамьен, и в голосе его звучало явное удивление.

– Да. Когда мне было семь лет, я продала свои волосы для того, чтобы отец не продал моего пони. Нам трудно было содержать его, а я просто не могла жить без него, без возможности ездить по лесам, которые окружали наш дом.

Он подбородком указал на свою лошадь:

– У нас с вами есть что-то общее. Я вынужден был сдать свой дом в Лондоне, чтобы содержать его.

Адель только удивленно подняла брови.

– А у вас все еще есть этот пони? – спросил он.

– Нет. Он умер, когда мне было девять лет. После этого я бродила по лесам пешком. Пока мы не переехали в большой город.

Дамьен помолчал, стоя у двери.

– Вам будет приятно узнать, что Осалтон окружен лесами, а в конюшнях стоят прекрасные породистые кони.

– Правда? Гарольд даже не упоминал об этом. Ужасно хочется попасть туда поскорее.

Он кивнул:

– Скажите, если вам нужно будет что-нибудь.

– Хорошо.

Она смотрела из окна кареты, как он помахал рукой возчику и направился к своей лошади. Вскочив в седло, он выехал со двора. Карета медленно развернулась и двинулась вслед за ним. Адель даже не заметила, как ее начало покачивать взад и вперед в то время как карета спускалась с холма и везла ее к обычной нормальной жизни. Хотя в этот момент у нее не было уверенности в том, что жизнь ее будет такой же нормальной, как была раньше.

Особняк Осалтонов

– Он нашел ее! Она спасена, и они едут домой!

Юстасия помахала телеграммой над головой, заходя в ярко освещенную оранжерею. Или правильнее сказать: ярко освещенную лабораторию, потому что растения забрали оттуда много лет назад, и теперь там было любовно оборудованное помещение для химических экспериментов.

Гарольд поднял глаза от стоящих на столе пробирок, в которых пузырилась жидкость. Его защитные очки были покрыты паром, поэтому он сдвинул их на лоб.

– Я правильно расслышал, мама? Ты говоришь, что она спасена?

– Да, да.

– Ты говоришь о мисс Уилсон? – переспросил он.

Юстасия остановилась рядом с ним.

– Конечно, глупый ты человек. Она в безопасности. Дамьен разыскал ее.

Забрав из рук матери телеграмму, он внимательно прочитал ее.

– Это действительно хорошая новость. Я говорил тебе, что Дамьен именно тот человек, который сможет это сделать.

– Да, ты был

прав, как всегда. Без сомнения, он поставил этого презренного похитителя на место. Но не будем об этом. Мы все знаем, как Дамьен умеет отстоять себя в драке. Главное, что они оба уже на пути домой. Они будут тут через два дня.

– Через два дня? Ты этого не говорила.

– Говорю тебе, Гарольд. И тебе надо постричься.

– Да, вероятно, ты права, мама.

– И нам следует приготовить особый обед в честь мисс Уилсон. Она ведь будущая леди Осалтон. Как ты думаешь, жареный барашек подойдет? Или, может быть, она предпочитает говядину? Мне кажется, все американцы любят говядину. Ты ведь был там, ты должен знать. А может, они так много ее едят, что она им надоела? Гарольд, ну скажи же, что мне делать?

Гарольд перевел взор на свои пробирки, пузырьки в них исчезли.

– Я не знаю, мама. Решайте сами.

Он опустил защитные очки на глаза и наклонился к столу.

– Что, черт возьми, произошло? Они же только что тут были.

В этот вечер на постоялом дворе, после того как Адель приняла ванну и побеседовала с представителем власти, она готовилась к ужину. К сожалению, у нее не было другого платья, кроме того, которое она носила все эти три дня, но она хотя бы ощущала себя чистой.

Выйдя из своего номера, она направилась было в столовую, но увидела лорда Элсестера, который шел ей навстречу. Он предложил ей руку.

– Добрый вечер, мисс Уилсон. Наш столик вот там.

Он тоже успел принять ванну, побрился. Его еще влажные волосы были приглажены. Он выглядел... она не могла найти слов. Совсем другим.

Он подвел ее к столу в дальнем конце комнаты. Стол был накрыт белой скатертью. В центре стояла вазочка со свежими цветами, рядом с ней бутылка вина. На столе горели свечи.

– Мне даже трудно описать, как приятно опять оказаться среди цивилизованных людей и смотреть на этот стол, накрытый с такой любовью. – Она подняла глаза и посмотрела на него. – Последние три дня я ела только репу и мясо со сковороды.

Дамьен понимающе кивнул и подошел к ней сзади, чтобы отодвинуть стул.

– Тогда позвольте мне сегодня получить удовольствие, мисс Уилсон, и предоставить вам то, чего вы были лишены. Счастлив сообщить вам, что еда здесь отличная. Тут все сделано с любовью. – Он сел напротив нее и продолжал: – Я взял на себя смелость и заказал бутылку вина. Надеюсь, вы присоединитесь ко мне.

– С удовольствием.

Он наполнил стаканы:

– За жизнь и за бракосочетание.

В течение последующего часа они обсуждали самые разные темы – от картин, которые висели в столовой, до населения, живущего в окрестностях, конечно, говорили о погоде и о том, какой дорогой они смогут быстрее добраться до дома Осалтонов. Постепенно, даже незаметно для них, разговор перешел на более личные темы.