Мой форвард
Шрифт:
Беру его лицо в ладони и шепчу в губы:
– Тебе понадобилось чуть больше времени, чтобы это понять… Я тебя прощаю потому, что тоже очень сильно тебя люблю. Давай договоримся, что с этого дня никаких секретов друг от друга и если ты хоть в чем-то усомнишься, то спрашиваешь для начала меня, а потом уже всех остальных, обещаешь?
– Обещаю, - радостно говорит Дима, опаляя горячим дыханием мое лицо.
И вот ещё, - резко поворачиваю его на спину и, оседлав, поднимаю его руки поверх
Дима
Удивлённо смотрю на нее, затем не выдержав, начинаю просто ржать.
– Теперь даже страшно с тобой целоваться, - страстно шепчу ей в губы, когда успокаиваюсь, переворачиваю на спину так же как она, хватаю ее руки и поднимаю их над головой, - но я все-таки попробую рискнуть. Надеюсь, мой язык останется при мне. Он тебе ещё пригодится, поверь мне.
Припадаю к ее губам, врываясь в ее сладкий рот языком и исследуя там все.
Ммм…
Еле отрываюсь от нее, тяжело дыша и испытывая физическую боль. Я мазохист, готов на такие муки, лишь бы она была рядом. Прижимаю ее к себе, кладя ее голову себе на грудь и чувствуя невообразимое счастье. Она в домашней свободной футболке, приподнимаю слегка и начинаю водить в районе пупка незамысловатые узоры пальцем. Чувствую, как ее кожа покрывается мурашками.
Не я один страдаю.
На нее наша близость действует точно также.
Привыкай, родная, это возбуждение. И оно, походу, теперь с нами всегда.
Но самое большое счастье испытываю от того, что этот мажор не трогал мою Ириску и она только моя. Нетронутая и чистая.
Мы долго лежим молча, потом я вспоминаю ее слова и спрашиваю с лукавой улыбкой на лице:
– В смысле, мне понадобилось чуть больше времени? Когда ты поняла, что жить без меня не можешь?
Смотрю на нее, она закатывает глаза и смеется, я тоже начинаю лыбиться как придурок. Люблю смех моей Конфетки. Безумно! И никаких слез! Ну если только от счастья!
– Ну так-то лет семь есть уже как я это поняла…
Ложусь на нее, удерживая себя на локтях, чтобы не раздавить и удивленно смотрю в ее глаза.
– Серьезно? Ты полюбила меня еще тогда?
– Серьезнее некуда, - проводит рукой мне по лицу, смотря на меня влюбленными глазами.
– Как можно было в тебя не влюбиться? Ты был такой маленький, а уже делал поступки, достойные настоящего мужчины.
Сглатываю ком в горле, вспоминая отца.
– Меня так воспитали…
– Я знаю, любимый. Твой отец был лучшим примером для подражания. Я рада, что ты таким вырос и очень ему благодарна.
Не хочу думать о грустном, когда она рядом.
– И как тебе это
Улыбаюсь своей самой шальной улыбкой, приблизив к ней свое лицо.
– Дерьмово. Как будто на ИВЛ подключили, и без нее уже не выжить.
Она от удивления даже свой сладкий ротик приоткрывает, затем бьет по плечу, пытаясь отодвинуться, но я не даю. Удерживаю крепко, все также удобно лежа на ней. Приближаю еще ближе свое лицо и серьезно шепчу прямо в губы:
– Шучу, моя Конфетка. Офигенно! Но то, что не выживу без тебя это факт! Не оставляй меня больше без кислорода…
Вижу, как маленькая слезинка скатывается с края ее глаза. Вытираю большим пальцем, остальными гладя ее по лицу.
– Не буду…
– И никаких больше слез, поняла меня!
Она улыбается, шмыгая. Кивает. Вот так-то лучше. Начинаю покрывать ее лицо легкими поцелуями, пока не дохожу до губ. Хватаю верхнюю, всасывая в рот и протяжно стону.
Такими темпами я точно скоро не выдержу!
Она сама углубляет поцелуй, прижимая мою голову к себе. Слетаю с катушек, залезая рукой ей под футболку и пробираясь наверх. Такая сладкая!
Ммм…
– Дети! Завтракать! – кричит мама возле двери, не заходя к нам.
Ириска, отрывается от меня, испуганно смотря в глаза.
А я прижимаюсь лбом к ней, пытаясь выровнять дыхание.
Вовремя.
Сам бы я уже не смог остановиться.
Ложусь, прижав ее к себе.
– Мы что не выйдем? Неудобно, что тетя Надя обо мне подумает…
– Подумает, что у ее сына наконец-то появилась нормальная девушка. Не могу я к ним выйти в таком виде, мне нужно остыть, дай мне пять минут - замолкаю, приходя в себя, затем вспоминаю еще одну немаловажную проблему, - что будем делать с твоими родителями?
– Это самое сложное, - выдыхает Ириска, - убедить родителей не искать мне жениха потому, что …
– Жених у тебя уже есть!
– Правда? – лукаво улыбается она, вопросительно глядя на меня.
– Правда! Хочешь возьмём и распишемся после моего восемнадцатилетия? Тогда они точно от тебя отстанут.
– Нет, во-первых, нам ещё очень рано об этом думать, а во-вторых, они должны понять, что искать мне жениха и вот так сватать меня это не дело. Тем более подставного жениха уже нет, одной проблемы меньше.
Встаю и протягиваю ей руку.
– Поехали к твоему отцу, попробую с ним поговорить.
– Ты уверен? – вкладывает свою руку в мою, но вставать не спешит, - он был не очень рад, когда я ему сказала про тебя в прошлый раз.
– Это я уже понял. Я найду правильные слова, других вариантов нет. От его одобрения зависит наша дальнейшая жизнь.