Шрифт:
Original title: Mon petit frere est une pasteque
Text by Laurent Rivelaygue and illustrations by Olivier Tallec
Мы
Бабушка говорила тихо, она лежала в смешной синей рубашке с трубкой в руке. Я спросил про трубку: у бабушки закончился бензин и её заправляют? Бабушка рассмеялась и кивнула, а мама сделала огромные глаза: «Юлик, веди себя прилично, или неделю будешь без видеоигр!» Я уселся в кресло, было ужасно скучно. Потом бабушка сказала, чтобы мы не волновались и спокойно шли домой. Больница – не место для маленьких. (Маленький – это я. Хотя мне восемь с половиной, а выгляжу я на все десять.) Так себе место, это точно, тем более что я пропускаю новую серию «Вельзевулика – космического
До сегодняшнего дня самым ужасным в моей жизни был день, когда в столовой меня накормили брюссельской капустой.
Хуже всего: у бабушки в палате был телевизор, но бабушкина соседка решила, что она главная по пульту от телевизора, как папа дома. Она держала пульт двумя руками, будто я собирался его отнять – честно говоря, у меня были такие мысли, – и смотрела передачу про стариков, которые пытались составить слова из перепутанных букв, а потом принялись что-то считать… Ужас!
Я сказал этой соседке, что по другому каналу идёт «Вельзевулик – космический дьявол» – любимый мультфильм детей и, понятно, взрослых больных тоже. Она приложила палец к губам: «Тсс!» – и я почувствовал сзади мамин взгляд. Ещё я сказал, что если мадам любит считать, то мы можем поменяться с ней местами: пусть она идёт в класс мадам Бруйяр и садится в третьем ряду между Кевином и Фатуматой, а мне оставит пульт от телевизора.
Тут мама отвела меня в сторону и сказала: хватит! Она велела мне поцеловать бабушку, только быть поосторожнее с бабушкиным бензонасосом.
Было жарко, очень хотелось пить, а мама отказывалась покупать газировку – от неё якобы выпадают зубы. Впрочем, думаю, настоящая причина – мама уже выбрала себе в любимчики моего младшего брата. Мне пришлось пить тёплую воду. Мама сильно вспотела, и у неё болел живот.
Я был не в восторге, что у меня появится младший брат, но, говорят, поначалу это нормально, а потом я его полюблю. И всё-таки… Мне придётся делить с ним комнату! Папа уже перекрасил её в лавандово-голубой: мама считает такой цвет более подходящим для младенца, чем тёмно-фиолетовый – цвет космического дьявола Вельзевулика. Одним словом, с моим мнением никто не считался. Нам уже купили двухъярусную кровать, и я буду спать наверху. Вообще-то здорово: я забираюсь наверх по лесенке и чувствую себя как в домике на дереве.
Конец ознакомительного фрагмента.