Мотылёк

Драч Маша

Сизый дым окутывал меня и рассеивался в зимней морозной ночи. Постепенно я начала по-настоящему успокаиваться и расставлять вереницу последних событий по полочкам. Разум просветлялся, измученное сознание по крупицам стало выстраиваться в единое целое полотно. Я переживала и за Лероя, и за Калэба. Как бы там ни было, но мы столько времени провели под одной крышей и нужно быть просто бесчувственной и эгоистичной сукой, чтобы безразлично относиться к происходящему. Правда, слова о пансионе меня немного смутили, я не хотела расставаться с Калэбом даже на день, но если так ему будет лучше, то я уж потерплю его брата в одиночестве.

Докурив сигарету, я хотела потянуться

еще за одной, но почему-то в последний момент не решилась этого сделать. Знакомое ощущение выжигающей боли, которой так неожиданно пропитался воздух и вся атмосфера вокруг меня, ввели в оцепенение. Несколько секунд я стояла неподвижно, словно мышь, попавшая в ловушку гипнотического взгляда змеи. Сглотнув комок в горле, я медленно повернулась и увидела перед собой Лероя. Он был все такой же бледный, но теперь еще сонный и немного растрепанный. Под складками расстегнутой рубашки я увидела бинты и маленькую красную точку, проступившую сквозь них. Грейсон привалился одним плечом к дверному косяку и окинул меня неодобрительным взглядом. Я и не думала, что так быстро увижу его на ногах. Похоже, его все-таки не так-то и просто сломить. Мне почему-то резко захотелось обнять Лероя, просто подойти и обнять. Возможно, я бы решилась на этот беспечный поступок, если бы колючий взгляд Грейсона не зацепился за пачку сигарет, что все это время лежала на бортике балкона. Ну, неужели сейчас какие-то сигареты имеют для него значение?! Ведь здесь и сейчас мы стоим друг напротив друга! После всех этих дробящих мозг событий он просто продолжает сверлить взглядом несчастную пачку сигарет.

— Кажется, я тебя предупреждал, что сделаю с тобой, если еще раз увижу с этой дрянью во рту, — его голос звучал тихо, но уж очень зловеще. В темных глазах заполыхало адское пламя. Он это сейчас серьезно? Черт, да что же нужно сделать, чтобы сорвать маску с этого ублюдка?!

28

Я увидела в этом всем очередную насмешку судьбы. Тут, на этом балконе Лерой уже однажды застал меня с сигаретой в руках. Тут же он меня поцеловал, насильно вогнав мне в легкие добротную порцию никотина. С тех пор прошло не так уж и много времени, но для меня оно сродни бесконечности. В мире Дьявола время течет не так, как в реальности. В голове зародилась совершенно неожиданная мысль: здесь все началось, здесь же все и закончится. Не знаю, почему я так подумала. Это был лишь миг, мысль вскользь, появившаяся из не откуда и ушедшая в никуда.

— Почему ты так со мной поступаешь? — мой голос прозвучал надломлено, я уже просто не выдерживала. Именно сейчас я находилась на грани, от которой так ошалело пыталась убежать на протяжении всего того времени, что находилась в особняке. — За что ты меня так ненавидишь? — я устала, по-настоящему устала от напряжения, дерьмовой жизни, дерьмового отношения к себе, необъяснимого отвращения Лероя.

Я ведь человек, просто человек, чью душу искрошили, переживали и выплюнули. Уничтоженное детство, изуродованная психика в этом вся я. Что я сделала такого, за что судьба нехило так поимела меня? Грейсон смотрел на меня непроницаемым взглядом, ни единый мускул не дрогнул на его болезненно красивом лице. Ему плевать на меня, так было с первой секунды нашего знакомства. Он ведь даже не посмотрел на меня тогда в борделе. Для Лероя я ничто, пустое место. Но я все равно… Все равно думала, что между нами что-то поменялось. А на деле нет… Даже после ранения он держится отстранено не изменяя своим принципам. Стало больно, морально и физически.

Я достала дрожащими пальцами сигарету и подкурила.

Меня всю трясло. Рассудок начал мутиться. Повеял холодный ветер. У меня больше не было сил давать отпор, держать оборону и делать вид, что слова и поведение Лероя никак не трогает меня. Я сломалась… Окончательно. Все внутри закоротило, замкнуло и перегорело.

— Сука, — Грейсон, несмотря на свою рану, стремительно подошел ко мне и выбил сигарету из рук. — Я что тебе сказал? — он замахнулся и ударил меня по лицу с такой силой, что я не удержалась на ногах и упала на пол.

Боль пришла не сразу, только отчетливый вкус крови неприятно обжег горло. Мне стало смешно… Это все нервы. Вот то, чего я заслужила… Хлесткий удар и полное унижение.

— Если уже бьешь, то бей так, чтобы я не встала, — сквозь смех проговорила я, с трудом поднимаясь на ноги.

— Я тебе блять сказал не курить, какого хуя ты это делаешь?! — взревел Лерой больно схватив меня за волосы на затылке. Он дернул их назад и с хрустом в шейных позвонках моя голова откинулась. Разъяренный взгляд почерневших глаз сжигал меня, убивал, превращал в пепел.

— Нервы сдали, — выплюнула я. — Пока тебя вытягивали из дерьма, я напрочь ебнулась, понятно?! Но тебе плевать! Главное, чтобы все было, как ты хочешь! Тебе похуй на чувства других людей! А мы с Калэбом себе места не находили! — я ногтями вцепилась в предплечье Грейсона, раздирая его кожу. — Ты мне предлагал убить тебя, я не смогла и сейчас бы тоже рука не поднялась. А раз так… Лучше уж ты пристрели меня. Сделай это, прекрати мои мучения.

Глаза Лероя в потрясении от моих слов расширились. Казалось, что он не верит в то, что услышал. Неожиданно он медленно отпустил меня.

— Ты не знаешь, о чем просишь, — голос его звучал отстраненно.

— Почему же? Посмотри на меня… Что меня ждет? Ничего хорошего. Нет ни прошлого, ни будущего. Да я человеком себя никогда не ощущала. Едва ли мне светит семья, загородный дом и собака, — мой истеричный смех смешался с рыданиями. — У меня ничего нет, и не будет. Я вещь, просто вещь. Нахуй мне все это надо. Просто пристрели меня, — рыдания сдавили горло, и я замолчала, больно прикусив губу. В голове больно пульсировало и внезапно захотелось просто перешагнуть бортик балкона и упасть. Жаль, что высота не смертельная. Я сдалась.

Лерой ничего не говорил, он лишь смотрел куда-то вдаль задумчивым взглядом. Не знаю, показалось мне или нет, но я увидела, что в его глазах блеснула влага. Если бы этот монстр умел плакать, я бы не была сейчас доведена до опасной грани.

— Ублюдок, — внезапно послышалось шипение за спиной Лероя, а потом его кто-то схватил за плечи и повалил на спину. Все произошло так стремительно, что я не сразу среагировала. Единственное, что я поняла, ругательство принадлежало Калэбу.

Прижав брата с полу, мой друг оседлал его, и начал остервенело бить. Звуки ударов эхом отдавались у меня в голове, заставляя кровь стыть в жилах от немого ужаса.

— Сука! — хрипел Калэб, нанося новый и новый удар по лицу Грейсона. — Не прощу! Не прощу! — его стеклянный взгляд пугал.

Калэб же говорил, что если Лерой еще раз обидит меня, то он не станет молчать. Но я забыла об этом, сконцентрировалась исключительно на своих эмоциях и вот к чему это привело. Грейсон, не сопротивлялся, то ли не было сил, то ли он просто не хотел навредить Калэбу.

— Прекрати! — вскрикнула я, подбегая к другу и хватая его за шею. Он был слишком силен, и я при всем своем желании не смогла бы его сдвинуть с места. — Калэб! Калэб! — я кричала не своим голосом, умоляя его, но он будто не слышал меня, поглощен своей местью.