Мосты
Шрифт:
— Да, — наконец сказала Элья. — Да, наверное.
Она отвела глаза.
— Давай я картошку разогрею, мы поужинаем, а потом я пойду учить? — сказала Элья после долгой паузы, кивнув на шифровку. — Потому что это надолго.
— Чтобы разогреть картошку, нужно сначала растопить плиту. Я всё сделаю, ты лучше занимайся тем, что я тебе сказал, ладно? Будешь готова, позови, я проверю.
12
Элья ушла в комнату, где горела ещё пара кристаллов, и села на кровать. Она слышала, как Саррет вышел из дома, потом вернулся; лязгнула
Элья сидела, уставившись на запись сигналов. «К — Ж — З — С — С…». Она должна это выучить. Должна, иначе подставит его так же, как остальные. Так же, как Герек. Так же, как Ааста, которая забрала половину магов для своего чёрного дела, и даже когда оставшихся магов стали убивать прихвостни Панго, никто не спешил присылать новых.
Саррет назвал её сегодня ненадёжной, и Элье мучительно хотелось дать ему понять, как же он ошибается. Пусть знает, что она готова для него в лепёшку расшибиться. Раз ему нужно, чтобы она выучила шифровку — она её выучит, пусть даже до утра придётся сидеть.
Элья вновь и вновь перечитывала запись сигналов.
Ка-Же-Зе… Эс, Эс. Зе-Ка-Зе-Же. Эс…
Ритм. Странный, рваный…
Но даже под такой ритм можно танцевать.
Элья решительно скинула пальто. Хотела разуться, но посмотрев на не очень чистый пол, подумала, что и так сойдёт. В конце концов, она же не выступать собралась. Совсем необязательно делать все движения — достаточно просто обозначить их для самой себя.
Но скоро выяснилось, что даже подобие танца, если его танцевать в сапогах — это довольно громко. Особенно в доме, где половицы ходят ходуном.
— Развлекаешься? — саркастически осведомился Саррет, появившись на пороге комнаты. — Заняться нечем?
Элья подняла глаза от шифровки.
— Мне просто так легче, — объяснила она. — Мне проще запоминать движения танца, чем последовательность букв… Ты, кстати, знаешь, что у тебя тут очень удобно стоят буквы «С»? Они чередуются: сначала две, потом одна, сначала две, потом одна…
— Знаю, — сказал Саррет. — На самом деле, чередование такое: два синих и синий с зелёным. Это пробелы. Если зелёный идёт после синего — значит, понятно, что он не относится к следующему слову… Прервись, пошли поужинаем.
Пока они ели картошку — надо признать, неплохо пожаренную — Саррет рассказывал Элье про тангрольского агента, который откликался на имя Гартан.
— Он, само собой, скрывает, что маг, и прислуживает в забегаловке на Вокзальной улице. Забегаловка называется «Вагон»…
— Изобретательно, — проворчала Элья.
— Не перебивай, пожалуйста. Значит, ты приходишь в этот «Вагон», заказываешь два пиррея, садишься за свободный столик — там всегда есть свободные столики. Какое-то время спустя к тебе подойдёт темноволосый мужчина в зелёном фартуке, ростом чуть пониже меня, и спросит, в какой гостинице ты остановилась. Ты говоришь: «Ни в какой, друг, я только что с поезда». Тогда он порекомендует тебе остановиться в гостинице «Белый цветок» на той же Вокзальной улице и скажет номер комнаты, которую тебе нужно будет снять. «Белый цветок» платит «Вагону» за рекламу, так что рекомендовать эту гостиницу у них в порядке вещей. Ты его благодаришь, выпиваешь пиррей — или не выпиваешь, как хочешь — идёшь в гостиницу и снимаешь указанный номер. Потом садишься и ждёшь. Через час, максимум, два, он к тебе придёт и отправит сообщение. Дальше ты отдаёшь передатчик ему, назначаешь
— До второго дня летящего месяца. Я всё помню, не волнуйся. Кстати, если придёт сообщение, как я его расшифрую?
— Если у меня всё получится, шифр будет тебе известен. Если нет — ты знаешь, что делать. — Он вздохнул, побарабанил по столу пальцами, затем взял в руку столовый нож. — Но на всякий случай, жди до второго… Ещё вопросы?
— Нет. — Элья отодвинула пустую тарелку. Хотелось пить. — А что у тебя там в кастрюлях такое?
— В одной — вода греется, в другой — рябиновый компот. Но он ещё даже не закипел, так что придётся подождать. Вообще я надеялся, здесь где-нибудь что-нибудь выпить есть, но, видимо, зря надеялся. Тоже мне, охотник… В погребе только яблоки.
Саррет меланхолично вертел нож в руке. Нож то и дело застывал на его указательном пальце, балансируя на тупой стороне лезвия — и снова оказывался в ладони. Элья давно не видела Саррета вне работы и предположила, что у него завелась эта дурацкая привычка ещё со времён неудач в тире, просто он давал ей волю только когда имел право быть самим собой.
— Здесь есть погреб? — спросила она, наблюдая за его манипуляциями.
— В кладовке лестница, ты разве не видела?
Элья покачала головой.
— Да ты — сама наблюдательность.
В голосе — ни намёка на шутливость. Просто теперь, когда Саррет сказал всё важное, он воспользовался случаем и сцедил ещё одну порцию яда.
Элья молча взяла другой нож, так же сбалансировала его на пальце, находя центр тяжести, и молча метнула в дверной косяк. Лезвие надёжно вонзилось в древесину.
Девушка так же молча встала и вышла из кухни. Через две секунды раздался глухой стук рукоятки о косяк и звук падения ножа на пол. Не рассчитал… Покачав головой, Элья вновь принялась за зубрёжку.
Саррет какое-то время возился на кухне, но потом тоже появился в комнате, чтобы растопить печку. Разводя огонь, он искоса наблюдал за тем, как Элья, уткнувшись в листик с шифровкой, делает шаги и повороты.
Когда в печке запылал огонь, полицейский бесцеремонно полез в её ранец.
— Эй! — возмутилась Элья.
— Я за книжкой.
— А спросить?
— Не хотел тебя отвлекать.
— Угу. Вот уж не отвлёк так не отвлёк.
Саррет усмехнулся — впервые за эти долгие часы, у Эльи аж сердце ёкнуло — но извиняться не стал и молча ушёл на кухню вместе с «Историческими курьёзами». Правда, вернулся уже через четверть часа — принёс кружку с рябиновым компотом. Горьковатым, но подслащённым мёдом, уже настоявшимся и лишь слегка подостывшим — одним словом, идеальным. У Эльи от первого же глотка рот расплылся до ушей — до чего же вкусно!
— Где ты научился готовить?
— «Научился» — это сильно сказано. Чтобы поджарить картошку и сварить компот, большого ума не надо.
— И всё-таки?
— Ну, я довольно долго жил один. Так что, можно сказать, жизнь заставила. Как шифровка?
— Вроде бы выучила, — неуверенно отозвалась Элья. — Я как раз думала, тебя звать. А как книжка?
— Байки какие-то, — поморщился Саррет. Потом забрал у неё листик с сообщением и уселся на стул. — Ну, давай.
Элья слегка съёжилась под его выжидательным взглядом. Потом села на краешек кровати и закрыла глаза.