Мосты
Шрифт:
Глаза пограничника — только сейчас разглядевшие девушку по-настоящему — округлились от узнавания и страха.
Он даже не стал спрашивать документы.
— Д-да… проходите, пожалуйста.
Так Элья переступила границу Кабрии. Если бы можно было взять хорошую лошадь, то уже через пару-тройку часов девушка была бы на месте. Однако денег на новую лошадь у неё не осталось — особенно с магической фермы, а брать другую ей, нежити, было бы неразумно. По всему выходило, что идти придётся пешком.
И хорошо. Чем длиннее дорога, тем дольше иллюзия свободы. Она, Элья, человек, не сидящий в тюрьме, человек, не связанный клятвой — как тогда…
Кабрия была именно такой, какой Элья её помнила. Стены мрачных скал, маленькие долины, ветер. Иногда нельзя было обойти долину, не поднявшись ещё выше — и тогда девушка поднималась, радуясь, что снова нужно напрягать тело. Ей казалось, через эту усталость к ней приходит очищение.
Но, на самом деле, очищения не было.
Потому что когда она шла по горным тропам, то в какой-то момент оказывалась там, откуда виднелась яркая пропасть озера. По этому самому озеру можно было попасть в Шемею и в Катумский округ. И тогда Элья сразу вспоминала, что ждёт её под этим жидким солнечным пятном. Что всегда будет её ждать, что всегда будет её сковывать — до самой смерти.
Тьма.
Вечер наступал ей на пятки, а иногда толкал в бок — в зависимости от того, как именно проходила та или иная горная тропа. Над западом прицельно зависло налившееся золотом солнце. Тени стали сиреневыми, сине-фиолетовым сделалось большое озеро. Чёрными точками и пятнами обернулись города и деревни в долинах, а также одинокие домики на склонах гор. В полях заканчивались работы…
Появление в Сакта-Кей — к счастью — откладывалось ещё на какое-то время. Не идти же по темноте, в самом деле… Нужно было искать ночлег.
На холмах, к югу, лежал городок Батриба, который можно было сразу опознать по высокой часовой башне с характерной квадратной верхушкой. Элья читала про Батрибу, когда сидела в тюрьме. Знала, что городок, несмотря на размеры, очень развитый и прогрессивный. Но в первую очередь он студенческий, вроде шемейского Стагерри, откуда отправился в свой последний путь несчастный граф Саввей. В Батрибе действовал один из самых известных институтов, была открыта обсерватория и, конечно, имелось несчётное количество музеев и библиотек… Когда Кабрийский округ был просто округом, его жители ещё тогда пытались выделиться среди прочих. Пытались доказать, что и без покровительства Эреста могут быть отдельной страной. У них имелась превосходная армия — та самая, которая сейчас перешла в распоряжение Панго; у них развивались ремёсла и науки. Батриба был одним из тех городов, которые подтверждали научную состоятельность Кабрийского округа. Лучшие профессора, лучшие условия для студентов, возможности…
«Как бы хотелось посмотреть в телескоп», — подумала Элья.
Только в карманах осталось меньше тата, а ночлег там наверняка дороже, чем в любом из близлежащих деревенек или посёлков…
«Ну и что, — подумала девушка, в которой вдруг проснулась прежняя Элья, отдававшая половину жалования за краткое путешествие на монорельсе, — к чему мне экономить? В Сакта-Кей меня ждёт и еда, и крыша над головой, и наверняка как-то можно будет решить вопрос с деньгами. В конце концов, официально я буду считаться подданной государя Панго, а за службу полагается
Убедив саму себя, Элья отправилась в Батрибу.
***
Полчаса спустя она сидела в маленьком трактирчике с дубовыми столами, пропахшими пивом, и жалела, что не остановилась у какой-нибудь сердобольной деревенской бабульки. В трактире было темно, дымно, душно. В углу обосновалась компания молодых людей, человека четыре, громко обсуждавшая свержение Эреста.
— Да он совсем умом двинулся, это даже не секрет уже! — вещал кудрявый студент. Наполовину выпитая кружка пива позволяла ему чувствовать себя смелым и умным. — Шемея и прочие только ждут, когда на трон сядет человек подостойней… Я говорю вам, надо записываться в добровольцы!
— Там и без тебя людей хватает, — откликнулся его товарищ. На него пиво нагоняло расслабленность и сонливость, и он с ленцой цедил слова, подперев кулаком щёку. — С государем тысячи иланцев пойдут…
— Да это только слухи! Когда они пойдут, вот скажи?
«Хороший вопрос», — подумала Элья. Беседа студентов окончательно испортила ей настроение, поднятое горным ветром. Мысль о том, что она провалила задание, до этого момента пряталась на задворках разума, но вот, один вопрос — «Когда они пойдут?» — и всё вернулось. Сумеет ли Тровег передать информацию о ней? Станет ли вообще это делать? На курсах он был одним из тех, кто с презрением смотрел на девушку в грубом тюремном костюме, нервно потирающую запястья… Тровег, конечно, тоже «не имеет значения», как и все, и доложить о ней — его обязанность. Но что будет, если он этого не сделает? Кто что ему скажет, особенно если Элья застрянет в Кабрии, откуда связисты уходят, чтобы затеряться в горах?..
— Да никто не знает точно, когда они выдвинутся… — донеслось со стороны компании студентов. — Но я думаю, осенью…
«До золотого месяца осталось не так много времени…» — всплыло у Эльи в голове. Возможно, именно это Макора и имела в виду. Или же нет?..
Открылась дверь, впуская очередных посетителей.
— …концов, ты же не последний человек в стране, зачем такие сложности?.. — новый женский голос звонко ввинтился в общий гул и затих.
Ответа мужчины Элья не расслышала. Она лениво подняла глаза, чтобы посмотреть на вошедших…
И затаила дыхание.
Господин Эккур — прихрамывающий муж госпожи Залитты, заработавший своё состояние на каких-то приисках. И сама госпожа Залитта, собственной персоной. В плаще с капюшоном, надвинутым так, что видна была лишь часть лица… Но её лицо Элья помнила очень хорошо. Она так долго его разглядывала, когда эта женщина танцевала с Сарретом на балу.
Залитта была взволнована, её муж — мрачен. Появившись в трактире, они тут же подошли к стойке. Элья услышала, как господин Эккур заказывает комнату на ночь.
Очень странно. Что они делают в таком месте? Насколько Элья знала, денег у них достаточно, благодаря тем же приискам, а в Сакта-Кей они бы и без денег нашли приют. Эккур немало пожертвовал на процветание Бельзута, и кто знает, на что ещё. Они у Панго должны быть желанными гостями.
Супружеская пара выбрала столик через один ряд от Эльи и принялась о чём-то обеспокоенно перешёптываться.
— Вы как хотите, а я пойду! — заявил тем временем один из наиболее патриотично настроенных студентов. — Я хочу быть причастным. Государь Панго создаёт новую страну, и мы должны быть вместе с ним, войти в Аасту под его знамёнами!..