Мосты, гордыня, фальшь...
Шрифт:
– Здравствуйте, я Виктор. А Вы, наверное, Алекс, – поздоровался он. – Я муж погибшей Камиллы, из – за которой Ваша супруга попала в больницу. Все лечение и все расходы будут мною уплачены, – продолжал он свою речь, в течении которой, Алекс не сводил с него пристального недовольного взора, на последней фразе его взгляд более – менее смягчился.
– Хорошо, что Вы это понимаете, – наконец отозвался он, – Да, ситуация сложилась ужасная. К счастью для Инессы, у нее не был задет ни один жизненно важный орган, поэтому в скором времени она встанет на ноги. Мне очень жаль, что так получилось с Вашей супругой. Вы, надеюсь, понимаете,
– Да это я понимаю, – протянул Виктор. – Это я виноват, не уследил за ней. Несколько последних лет я замечал странности в ее поведении, но не придал этому должного значения, Камилла всегда была своеобразной. А потом я, все таки, решился прочитать ее дневник, в нормальной ситуации я так никогда бы не поступил. – Виктор резко замолчал на некоторое время, словно думая о чем – то свое.
– Я знал, что Камилла меня никогда не любила.
В нашей семье я любил ее за двоих, пытаясь оградить от всех жизненных невзгод. Она так страдала последнее время, а я совершенно ничего об этом не подозревал. Хорошо, что хотя бы что – то хорошее я смог сделать: вовремя оказался в нужном месте и смог спасти Вашу жену. – Виктор на некоторое время замолчал, Алекс не стал нарушать его молчание.
– Похороны состоятся послезавтра, приходите.
– Да, непременно приду, – ответил Алекс, уже выходящему из комнаты Виктору.
– Забыл Вам сказать, что Вероника находится сейчас у меня. Пускай остается до полного выздоровления Инессы.
Через мгновение дверь уже закрылась за ним.
Алекс задумчиво подошел к кровати Инессы, рассматривая ее немного осунувшиеся, но от этого не менее красивые черты лица. Сейчас он корил себя за свое неправильное поведение в прошлом. Как он вообще не рассмотрел истинное лицо Риты? Мало того он был так увлечен ею, ее странности лишь придавали девушке шарма. Отношения с Инессой на их фоне казались такими пресными, из –за его мимолетней прихоти пострадал для него близкий человек. Алекс удрученно тормошил рукав своей идеально выглаженной белоснежной рубахи.
– Привет, – неожиданно Инесса открыла глаза.
Алекс опустил на нее расчувствовавшийся взгляд.
– Привет, ну как ты? Я очень за тебя переживал. Хорошо, что ты, все таки, пошла на поправку. Прости меня за все.
– Привет, Алекс, – слабым голосом отозвалась Инесса. – Что со мной произошло? – непонимающе огляделась она, затем ее взгляд на некоторое время затуманился, словно она что – то вспоминала.
– Алекс, где Вероника? – тревожно поинтересовалась она.
– Не волнуйся, твоя дочь находится у Виктора – мужа Камиллы, – успокоил он взволнованную девушку. – Он сегодня мне об этом сказал и добавил, что она может оставаться у него до полной твоей поправки.
Инесса посмотрела на Алекса долгим задумчивым взглядом.
– Алекс ты, что до этого момента не знал где моя дочь? Тебе, что это было абсолютно не интересно? – спросила она каким – то неожиданно искусственным голосом.
– Конечно же, это для меня важно, но я очень беспокоился за тебя, и мне было просто не до этого. Инесса закрыла глаза. В этот момент внутри нее словно все перевернулось. Алекс не потрудился узнать, что случилось с ее ребенком. Он же знал, что это для нее важнее даже, чем ее собственная жизнь.
– Я устала, Алекс, – прошептала она тихим голосом. – Я хочу отдохнуть.
– Конечно, родная я все понимаю. Я зайду позже.
Алекс поцеловал
– Нужно обязательно найти Пашу, – прошептала она тихим решительным голосом. – Я больше не допущу тех ошибок, которые допускала раньше. Теперь я буду жить так, как хочу именно я и для тех людей, которые меня по – настоящему ценят.
Через несколько дней Инесса уже стучала в двери Пашиной квартиры. Еще легкая слабость после болезни давала о себе знать, к тому же ее волновало, как он ее встретит, после того, что было в последнюю их встречу. После продолжительного перерыва в общении Инесса чувствовала себя очень неловко перед предстоящей неизвестностью. Через несколько мгновений двери открылись, и Инесса увидела заспанного Павла. Сердце учащенно забилось, как и прежде тогда в прежние времена. Они долго стояли молча, не сводя друг с друга глаза.
– Привет, – прошептала девушка.
– Привет, – удивленно застыв на месте, вторил ей Паша, после чего они остались стоять в том же положении.
– Можно войти? – через мгновение спросила девушка.
– Дa, конечно, проходи, – открыла пошире двери ее первая любовь.
Девушка прошла в комнату и как ей показалось, окунулась в обстановку прошлых лет. Все тот же бардак, конечно, несколько другой, но ситуации это не меняло. Окурки и пивные бутылки в углу, неприбранная постель и тарелки с едой возле компьютера. Ничего не поменялось, прошло много лет – другая квартира, другая мебель, но все в принципе по – прежнему.
– Ну как ты живешь? – поинтересовалась девушка.
– Да как видишь, по – прежнему, – обвев взглядом комнату, сказал Паша.
– Да, вижу, – протянула Инесса.
– А как в остальном? – поинтересовалась она, хотя уже заранее знала ответы на все вопросы. Паша перебивается с одного места на другое, нигде не задерживается по жизни. Все также самым важным в его жизни являются друзья и мотоциклы ну и она конечно. Они любили друг друга но… Всегда на пути к счастью у них было это но. Но он не готов к серьезным отношениям. Они могут встречаться от случая к случаю проводить вместе время и это правда любовь, но… Знакомая ситуация еще с тех лет. Ничего не изменилось и ничего не изменится. Инесса тяжело вдохнула, взглянув в его глубокие, взволнованные и испуганные глаза.
– Все также, – обреченно ответил он.
– Ну да, я понимаю, – ответила Инесса. Говорить уже было совершенно нечего, слова ненужным балластом фальшиво наслаивались одно на другое. Если бы они сказали что – то такое необычное, нетривиальное, что зацепило бы их за живое, все можно бы было изменить, но… Время шло, а также нужные слова так и не были произнесены. И вот между ними словно образовалась стена. Холодная высокая и непробиваемая стена. Стена, которую все сложнее и сложнее с каждым моментом разбить.
– Как ты после того случая? – сделала одну попытку Инесса.
Паша посмотрел на нее взглядом, в котором читалась гамма эмоций, начиная от невысказанной боли до злости на все и всех: на судьбу, на Алекса и на нее, в частности, что она так малодушно исчезла из его жизни в тот момент, когда она ему была больше всего нужна. Инесса, понимая, что уже точно ничего нельзя исправить, опустила глаза. Паша молча задрал штанину, где в области колена виднелось два неровных некрасивых шрама.
– Это Алекс сделал? – подавленно спросила девушка.