Мост

Андрижески Дж. С.

Врег фыркнул от смеха.

— Вот уж точно, бл*дь.

Ревик продолжал смотреть на эту штуку.

У Джона сложилось стойкое впечатление, что речь фантома в тот раз обеспокоила Ревика, и хотя он сам не узнавал этот тон, он мог представить себе, что это может быть тот голос, которым Элли разговаривала со своим мужем наедине. Нахмурившись, он переводил взгляд с Ревика на голограмму, раздумывая, стоит ли вмешаться и вытащить его из этой ситуации.

— Я в порядке, Джон, — сказал Ревик.

— Ты уверен, приятель?

Я думаю, нам лучше просто уйти.

— Уверен. Я просто хочу знать, с чем, бл*дь, мы имеем дело.

— Эта штука нам этого не скажет, — произнёс Врег, взглянув на Джона, как будто заметив его реакцию на Ревика. — Он прав, laoban. Эта бл*дская машина тратит наше время впустую.

Фальшивая Элли с недоверием посмотрела на них всех.

— Машина? Серьёзно, Врег? Господи, почему ты их слушаешь, Ревик? Говорю тебе, я в порядке. Завязывай с домашним насилием, ладно? Просто поговори со мной, детка.

В этот раз Ревик тоже вздрогнул.

Более жёсткое выражение не покидало его глаза.

— Домашнее насилие? — он уставился на неё, и в его голосе звучало открытое презрение. — Мне кажется, ты путаешь мою жену с кем-то другим. Она любила драться.

Что-то в том, как он это сказал, заставило Джона усмехнуться. Когда он взглянул на Врега, то увидел ещё более резкий блеск в глазах китайского видящего, а также слабую улыбку.

— …Она особенно любила драться со мной, — добавил Ревик, его голос стал холоднее.

Фальшивая Элли сложила руки на груди, одарив его застенчивой улыбкой.

— Ты уверен, что дело только в драке, любовничек?

Ревик сжал челюсти, отчего на щеке вздулся мускул.

Он оглянулся, собираясь ответить, но Джон увидел гнев, который на мгновение вспыхнул в его глазах, полыхнув ещё ярче прямо перед тем, как спираль боли покинула свет другого мужчины с такой силой, что Джон отступил назад, сглотнув. Он подавил этот порыв, но в конце концов всё равно взглянул на Врега, и его лицо стало ещё горячее, когда он увидел выражение дискомфорта на лице китайского видящего.

— Угу, — негромко сказала не-Элли и снова щёлкнула. — Так я и думала.

— Не слушай её, laoban, — посоветовал Врег. — Она всего лишь дешёвая копия. Они пытаются заморочить тебе голову, вот и всё.

Фантом скосил глаза, холодно посмотрев на Врега. Её радужки стали ещё более ярко-зелёными, прежде чем вернуться к Ревику.

— Ну и что? — сказала она. — Ты действительно не собираешься говорить со мной, муж?

— Я поговорю, — сказал Ревик. — Но сначала я хочу, чтобы ты меня ударила. Попыталась хотя бы.

На этот раз его голос прозвучал тише, мертвенно тихо.

Он на глазах Джона грациозно отступил в сторону, кружа перед ней, и его шаги были небрежными, но обладали кошачьей грацией,

которую Джон помнил по тем немногим временам, когда они были вместе на ринге. Глаза фальшивой Элли следили за его движениями, но она не пыталась подражать им. Она только поворачивала голову, пока Ревик медленно обходил её по дуге.

Джон подумал, что в том, как Ревик двигался во время драки, жило какое-то нетерпение. Как будто он не желал возиться с предварительной подготовкой. Он просто хотел как можно скорее приступить к делу.

Если подумать, Элли в этом была немного похожа на него.

Воспоминание вызвало ещё одну вспышку острой боли в груди Джона, заставив его снова улыбнуться, на этот раз непроизвольно, да так, что лицо чуть не заболело. Он чувствовал, что то же самое происходит и с Ревиком — что-то вроде видения эмоций вокруг воспоминания Элли такой, какой она была, и удара от отсутствия её в образе перед ним.

Он чувствовал в другом мужчине прежде всего гнев, но также и горе… и раздражение… и недоверие… когда он смотрел на плохую копию своей жены.

И всё же что-то в том, что он мог вот так просто ударить её по лицу, подсказывало Джону, что Ревик делает это и для себя. Он показывал себе, что это не она; судя по выражению его лица, он даже сейчас пытался понять, что это не она.

Джон понял кое-что ещё — он сообразил, когда это, должно быть, уже дошло до Ревика. Это не просто заранее записанная программа, созданная Касс и Фиграном. Это даже не просто программа искусственного интеллекта, настроенная на то, чтобы выглядеть и звучать как можно ближе к Элли.

Касс управляла этой чёртовой штукой.

Касс стояла за всем, что эта штука говорила и делала, даже сейчас.

— Согласен, брат, — пробормотал Врег.

Ревик бросил на него беглый взгляд, и Джон увидел понимание и в его прозрачных радужках. Что-то в выражении лица Ревика заставило Джона расслабиться, по крайней мере в том, что касалось душевного состояния элерианца. Мысль о Касс крутилась у него в голове по другому пути, где-то между недоверием и отвращением.

Это делала Касс.

Она стояла прямо за этой штукой, контролируя её, говоря через неё. Свет Касс каким-то образом смешивался с ней и проецировал эту фальшивую версию света Элли, а значит, что она изо всех сил старалась почувствовать себя Элли.

От осознания этого его затошнило.

То есть, по-настоящему затошнило.

Чувствуя, как напрягаются его челюсти, Джон наблюдал за лицом Ревика, гадая, как он на самом деле справляется с этим. Он не мог отделаться от мысли, что Ревик начал терять контроль над ситуацией, теперь уже не столько от горя, сколько от гнева. Элерианец задышал тяжелее, и глядя на него, Джон мог сказать, что он вовсе не запыхался, во всяком случае, не от напряжения.