Мост через тьму
Шрифт:
— Девочка, ты заблудилась? — женский голос вывел меня из моей фантазии, где я караю себя страшными муками за халатное отношение к напарнику.
— Я, — голос перехватило, — мне нужно узнать кое-что про друга.
— Как зовут твоего друга? — женщина была полненькой, низенькой и очень милой.
— Вольф, — горло перехватило, в голове зашумело я боялась услышать что-то страшное, что он не пережил перенос или что погиб уже здесь.
— Вольф? — она нахмурилась видимо, пытаясь вспомнить кого-то с таким именем, — Что-то не
— Его перенесли с Гораны, он еще был без сознания, — я затараторила так быстро, что казалось от скорости, с какой слова слетают с моих губ, зависит все вокруг.
— Не знаю, но если без сознания, значит он в госпитале, если это так, то не переживай, Генри любого на ноги поднимет, — она ободряюще улыбнулась.
Я задумалась, могу ли я воспользоваться добротой этой женщины и попросить провести меня в госпиталь, или мы пленники и за помощь мне ее накажут?
— А мне можно в госпиталь? — решила я бросить пробный камень
— А почему нет? — она была так удивлена и ее кудрявые светлые волосы даже подпрыгнули в такт ее словам, выражая удивление.
— Мы же с Гораны, я не знаю, какой у нас тут статус, — честно призналась я, — а она ахнула, всплеснув руками.
— Так тебя притащили вместе со всеми, ох, кто бы подумал, и поселили здесь? Среди мужчин, ну, Морис, ну и получит он у меня! — она потрясла невидимому Морису кулаком и мне заранее стало его жаль, — пойдем со мной, — она, как маленький круглый мячик, подпрыгнув, развернулась и помчалась с огромной скоростью из дома, я же помчалась следом, гадая, куда же мы направляемся.
Выскочив из бокового входа, пройдя по аллее, мы вышли через калитку, чтобы нырнуть в следующий вход в виде арки, пройдя через внутренний дворик, мы вошли в здание, где, пройдя пару коридоров. пришли в круглое помещение с лестницей, уходящей вверх.
— Морис, как это понимать? — она ткнула в меня пальцем, а, обернувшись, заметила, что я прячусь за ее спиной, ее это не устроило, потому, схватив меня за руку, она вытащила на всеобщее усмотрение.
— Милая, я ее вижу первый раз, и я давно тебе говорил, мне не нравятся немощи, я люблю твою фигуру, — я покраснела вся, женщина же, всплеснув руками, тоже чуть смутилась.
— Я не о том, старый ты развратник, ты зачем девоньку поселил с парнями в одном доме, совсем на старости лет лишился ума-разума?
— Кхе, — он посмотрел на меня внимательно, — девица? — я неуверенно кивнула, нет я не сомневалась в себе, а вот то, что он сомневается, настораживало, — странно, все выглядели как парни. Молли, это ошибка!
— Так исправь ее!
— Постараюсь, но приказ Владыки: поселить их всех в одном месте…
— Она девочка! — не прониклась серьёзностью к приказу Молли и нахмурила беленькие бровки, — а еще ей надо в госпиталь, у нее там друг.
— Всех пришлых поселили в доме, в госпитале никого из них нет, — мне от этих слов стало плохо. Перед глазами начало все темнеть.
—
— Даже так? Так успокаивайся и пошли искать твоего друга, — он так выделил интонацией слово «друг», как будто вкладывал другой смысл.
Минут через десять и после потери пары литров моего пота, мы таки добрались в госпиталь, мне было жарко, не спасала даже легкая одежда, которую я надела после душа, а еще накатывала слабость.
— Посиди тут и попей водички, я сейчас все узнаю и вернусь, — я с удовольствием уселась в приемной на кушетку и взяла стакан воды, просто невероятно вкусной.
Я мечтала о лете, не зная, что это так жарко или, может быть, это с непривычки.
— Сейчас из пришедших только один больной, пойдешь к нему? — я кивнула и резко встала, голова закружилась, но я прогнала головокружение и пошла за Морисом.
В палате, куда мы зашли, стояло три кровати и только на дальней кто-то лежал, подойдя ближе, я увидела худого парня, вот только это был не Вольф.
— Это не он… — тихо сказала и стала озираться, как будто его могли от меня прятать где-то в другом месте.
— А больше тут никого нет, — мужчина тоже растерялся, — мне очень жаль, — он, видимо, еще что-то хотел сказать, но я стала резко махать отрицательно головой, не желая слушать слова утешения. Ненавижу слова утешения!
— Клара, помоги! — я не видела, что творилось вокруг, и кто пришел, только почувствовала прикосновение энергии к себе и на автомате выставила щит. А вот то, что мне в руки впихнули чашку с чем-то, этому не сопротивлялась и даже выпила, просто пить хотелось сильно, а потом накатила темнота.
Я из бойца превращаюсь в изнеженную девицу — это была последняя мысль перед спасительной темнотой.
ГЛАВА 7
— Знаешь, это крайне неправильно, что ты сама поперлась спасать принца, то бишь, меня, лишив меня эффекта неожиданности и возможности заползти к тебе в окно с цветами в зубах, — это были первые слова, которые я услышала, придя в себя, лежа на кушетке все в том же госпитале.
— У меня там окон нет, — прохрипела я сиплым голосом, улыбаясь этому бесшабашному и немного ненормальному напарнику. Хотя с «немного» это я ему польстила, очень ненормальному, а еще похудевшему и осунувшемуся.
— Ладно, окно отпадает, но цветы в зубах — это тема!
— Валяй, — разрешила я, а он приподнял бровь, видимо, сомневался, нормальна ли я, — засовывай в зубы цветы и спасай, принц.
— Есть! — с этими словами он действительно взял веточку с белыми цветочками в зубы и пантомимой и мычанием пытался донести до меня какую-ту информацию.
Посмотрев на него секунд тридцать, я громко засмеялась, со смехом отпуская страх, который забрался в самое сердце и там прочно угнездился, подчиняя себе.