Москва в решете

Борминская Светлана Михайловна

— В смысле? — Ирина немножко струсила.

— Не доверяй ему, но будь с ним откровенна, иначе он тебя не возьмёт!..

Прямо сейчас подсядь к нему, он сам с тобой заговорит. Он привык, что к нему обращаются за работой, — Виталина кивнула в сторону ведьмака, который сидел, как сыч, погружённый в собственные мысли.

— Может быть, ты нас познакомишь?

Виталина отрицательно покачала головой, указав вилкой в сторону Архидьяконова, и прошипела:

— Иди!..

Ирина набрала побольше воздуха

в лёгкие и решительно встала.

— Ты из Биробиджана? Садись, — голос Архидьяконова приятно отличался от его лица.

— Нет, я из Томска! — Ира неожиданно для себя рассмеялась.

— Торопишься? Или, может, нервная, как пуля? — показал зубы ведьмак.

Ирина пожала плечами и промолчала. Перед ней за столом сидел на редкость отталкивающий тип, но ей нужна была работа. И она снова села.

— На панель, значит, не хочешь? Ну, что ты молчишь?.. — Архидьяконов говорил с ней буднично, как о погоде.

— Нет, не хочу, да и поздно мне на панель, — Ира снова заставила себя улыбнуться.

— На панель, милая, никогда не поздно, — голос Архидьяконова убаюкивал. — Значит, вас зовут Ира? — перешёл он на «вы».

— Да.

— Хорошо пишете? Не хотите литературным негром поработать? Спичрайтером.

— За кусок хлеба? Нет.

— Кратенько расскажите о себе, — Архидьяконов разглядывал её сквозь очки. — Что закончили, где работали, кем…

Ирина вкратце перечислила свои успехи.

— А зачем вам деньги? — Архидьяконов зевнул.

Ирина вкратце рассказала, в какую ситуацию попала её семья.

Архидьяконов поморщился.

— Карьера преуспевающей журналистки у вас была в Томске, но Москва не Томск, девушка! Вы понимаете это, надеюсь?

— Да.

Архидьяконов с минуту смотрел на неё.

— Я подумаю и перезвоню, — наконец произнёс он. — Хорошо?

— Хорошо, — машинально повторила Ирина и, улыбнувшись, попрощалась.

— Ну что он тебе сказал? — Виталина помахала рукой Архидьяконову, когда Ирина вернулась. Тот мельком поглядел в её сторону и отвернулся с кислым лицом.

— Пока ничего.

— Вот дерьмо, — Виталина вздохнула. — Цену набивает… А ты ему понравилась!

— С чего ты взяла? — удивилась Ирина.

— Он тебе перезвонит, я чувствую. Слушай, а хочешь, как я ресторанным критиком? — вдруг сказала Виталина. — Ну, что?

— Я ж не светский персонаж, — не поверила Ирина.

— А кто тут светский-то? — отмахнулась Виталина. — Ты веди себя, как светский персонаж, им и станешь. Оденься поинтересней, забудь про улыбку, и говори со всеми через губу. Как я.

— Так просто? — не поверила Ирина и отложила вилку. — Тут вкусно, почти как «Вечном зове» в Томске. Ой, спасибо, что привела меня сюда, Вита…

— А ты думала, — кивнула Виталина. — Ну, что, поедем за твоими вещами? Давай-ка, не будем откладывать дело в долгий

ящик!

Они долго стояли в пробке. Виталина курила и думала о чём-то своём, разразившись тирадой на подъезде к Пушкино про то, куда приводят мечты таких наивных, как Ирина, дурочек.

Ирина слушала её в пол-уха и не спорила. Тётя Фира, глядя, как Ирина быстро укладывает вещи, села на кровати и не проронила ни слова.

— Ир, не уезжай, — попросила она, глядя, как Ирина застёгивает сумку. — Слышишь, Ира?

— Я буду приезжать в гости, — обняла её Ирина. — Правда, Фирочка!

— Не уезжай, живи, мы привыкли к тебе, — тётя Фира кивнула на Пашку. Тот сидел, свесив ножки с кровати и обняв верного друга-зайца.

— Я обязательно приеду, — тихо пообещала Ирина.

На столе стояла бутылочка коньяку и торт — угощение, которое она привезла. У Ирины защемило сердце, когда Пашка улыбнулся ей, показав три белых молочных зуба.

— Как бы Сева снова не влез, — кивнула на дверь Ирина.

— Я замок поменяю, — Земфира Ивановна вздохнула. — Не уезжай, Ир, она мне не нравится, — шепнула она, глядя в окно. Там, в машине, сидела Виталина и курила. — Слышишь? Она плохая.

— Почему? — Ирина погладила тётю Фиру по спине.

— У неё в глазах ад, господи прости! — тихо и ожесточённо выговорила Земфира Ивановна.

Ирина покачала головой, подумав, что ад сейчас чуть ли не в каждых глазах, поцеловала Пашку, потом тётю Фиру и попрощалась.

Пока укладывала вещи в багажник, Ирина краем глаза увидела тётю Фиру и Пашку в окне. Они ей махали руками и неожиданно для себя Ирина расплакалась.

— Господи, я так к ним привыкла, — на немой вопрос Виталины пожаловалась она. — Давай, я останусь, а?..

— Ты с ума сошла? У тебя твой родной ребёнок без жилья, между прочим! Думай лучше, как на квартиру заработать! — зло выговорила ей Виталина. — Ну, поплачь-поплачь и поехали уже… Завтра на работу!

У подъезда дома на Большой Почтовой улице, к которому они подъехали, переминалась с ноги на ногу замёрзшая бабка в пальто и тапочках.

— Опять зять выгнал, бабусь? — спросила Виталина у бабки.

— Ага, нажрался и колобродит, — пожаловалась бабка. — Ещё постою и побегу в булочную греться!..

Тесная прихожая квартиры Виталины была завалена вещами и коробками.

— Я-то думала, ты в апартаментах живёшь, — Ирина подняла с пола маску кота из папье-маше. — А тут столько старья…

— Как же, в апартаментах! — передразнила её Виталина. — Это квартира моего дедушки… Не поверишь, но я не хочу тут ничего менять, мне и так хорошо. Устраивайся! — кивнула она на приоткрытую дверь одной из комнат. — Только бельё на кровати поменяй, и матрас вытряси, у меня там негр ночевал знакомый. Ничего личного. Но баб водил порой с вокзала.