Московский лабиринт Минотавра
Шрифт:
– Мне хочется отметить это событие с ней, - прошептал Петр Данилович, представляя себе ровный чистый профиль невестки.
Господин Корнеев считал часы до встречи: он чувствовал себя юношей, готовящимся к первому свиданию.
Глава 12
Нана Проскурова будто в воду канула. Смирнов исчерпал все свои возможности и не нашел ничего лучшего,
– Вдруг они еще раз позвонят?
– Это что-то даст, по-твоему?
– возмутился тот.
– Сейчас все грамотные, долго не болтают. Засечь их не удастся, ты прекрасно знаешь.
«Зато я проверю, не водишь ли ты меня за нос», - подумал Всеслав. В тупиковых ситуациях он прибегал к испытанному способу - наблюдать за окружением клиента. Что-то да всплывет.
– Кстати, дай мне фотографию Олега Хованина, - попросил он.
– Если есть.
– Где-то были, - пробормотал Эдик, полез в ящик стола, потом в книжный шкаф.
– Братишка терпеть не мог фотоаппаратов, бежал от них, как черт от ладана.
– Да?
– прикинулся удивленным сыщик.
– Почему?
– По глупости! Придумал дурацкие суеверия - дескать, изображения человека привязывают его к земному миру! Что за чушь? Диггерство сделало Олега мистиком. Он, например, утверждал, что в глубоких подземных тоннелях время перестает существовать. Как такое может быть? О, вот!
– Проскуров вытащил из альбома несколько снимков.
– Это я через окно его щелкнул, тайком. А это нас мой батя фотографировал за столом. Олег получился неважно, но узнать можно. Зачем тебе? Кому-то показать хочешь?
– На всякий случай, - уклонился от ответа Смирнов.
– А записная книжка у него была?
– По-моему, нет. По тем же соображениям! Олег не любил ничего фиксировать и делал это только в крайних случаях.
От Проскурова сыщик поехал в мастерскую по изготовлению ключей, телефон которой записал в клубной книге Хованин. Показал снимки мастерам в грязных фартуках поверх одежды. Те покачали головами.
– Столько людей приходит, разве упомнишь? Нет, не знаем этого парня. Может, и делал у нас ключи или еще что.
– Посмотрите внимательно.
Мужики переглянулись, подавили готовое прорваться недовольство.
– Сказали же, не знаем! У нас работы полно, всем все срочно требуется! Некогда нам лясы точить.
Всеслав не разочаровался, потому что и не ожидал особых результатов от посещения мастерской.
Примерно то же произошло и в библиотеке. Строгая дама средних лет посмотрела на сыщика поверх очков, отыскала карточку Хованина и показала посетителю. Список литературы не вдохновил Всеслава: книги по геодезии, по строительству подземных сооружений, городских коллекторов, по архитектуре Москвы и Подмосковья.
– У нас специальный отдел, - объяснила дама.
– Приходят студенты или профессионалы в этой области.
Она узнала на фотографиях Олега.
– Да, этот молодой человек иногда заказывал книги, здесь, на полках, только малая часть литературы, остальное в архиве. Он работал инженером в «Геопроекте»,
«Это я и без тебя знаю», - подумал сыщик.
– Больше он к вам не придет, - сказал Смирнов, надеясь, что дама еще что-нибудь вспомнит.
– Его убили.
– Убили?! Какой ужас!
– воскликнула библиотекарша, но ничего к сказанному не прибавила.
Тогда сыщик показал ей фотографию Наны. Это было жестом отчаяния. Разумеется, дама Нану не узнала.
– Нет!
– решительно сказала она.
– У меня хорошая память на лица.
Проездив по городу без толку, Всеслав проголодался. В кафетерии рядом с «Геопроектом» еда оказалась невкусной, а Ева обещала на обед судака, запеченного с овощами, поэтому он с удовольствием отправился домой. Посещение Вятича можно отложить на вечер.
Судак удался - мягкий, сочный, окруженный нарезанными помидорами, цветной капустой, луком и морковкой.
– Я звонила по тем двум номерам из клубной книги, - сказала Ева, накладывая рыбу в тарелки.
– Никто не берет трубку.
– Надо идти на телефонную станцию.
– Смирнов сказал это без особой надежды на успех. Ну что ему скажут абоненты еще двух номеров из одиннадцати? Наверняка ничего значащего.
– Нам еще повезло заполучить записи из книги «Ахеронта»!
– добавил он.
– Кажется, Хованин даже собственной записной книжки не имел.
– Тебе удалось установить, как Олег провел последний день своей жизни?
Сыщик отрицательно покачал головой,
– Я пытался. Все очень приблизительно. Утром Олег поехал на работу в «Геопроект», провел там полдня, отправился обедать… и больше не вернулся. Обед у них с часу до двух.
– А где Хованин привык обедать?
– спросила Ева.
– В кафешке неподалеку. Обычная забегаловка: из еды - пельмени, пара салатиков, картофель фри с бифштексом, чай и отвратительный кофе. Я туда ходил с его фотографией. Официантки признали в Олеге завсегдатая, но точно никто вспомнить не смог, приходил он в тот день или нет. В обеденное время у них полно посетителей, лица мелькают, шумно - в общем, поручиться за то, что Хованин был перед смертью именно у них, они не могут. Вроде бы видели, но есть вероятность путаницы - один день похож на другой, те же блюда, те же лица. Спросил я и про мотоцикл: «Хонду» Олег оставлял за углом, во дворе дома, где расположено кафе. Он ставил там свой мотоцикл практически ежедневно, поди упомни!
– И подойти к машине мог любой?
– Угу, - промычал Славка с набитым ртом.
Он хотел сказать, что при вскрытии в желудке покойного были найдены остатки пищи, но это не доказывало, где конкретно он обедал. Одинаковые блюда подают во многих маленьких кафетериях и закусочных. Впрочем, за едой лучше помалкивать о таких вещах. У Евы надолго испортится аппетит.
Сыщик жевал, а Ева размышляла. Если даже точно выяснится, как прошли последние часы жизни Олега Хованина, это не поможет в поисках Наны. Хотя… ведь звонил же кто-то Проскурову, намекал на то, что судьба брата может постигнуть и его? Лгал Эдуард или говорил правду?