Московский клуб

Панов Вадим Юрьевич

Стрелять пришлось раньше, чем рассчитывал Гуй, гораздо раньше. Или наоборот — гораздо позже, чем можно было бы ожидать. Это, как говорится, с какой стороны посмотреть.

До подвала основного здания китайцы добрались успешно. Технический тоннель, в который они вышли под «Шашлычком Сююкишвили», не был оснащен камерами слежения, а единственную перекрывавшую проход металлическую дверь спецы Тао вскрыли в считаные секунды. И главное — на всем пути следования поднебесникам не встретился ни один канторщик! Удача? Еще какая!

Она изменила китайцам в полушаге от

цели. Грузовой лифт, в котором поднимались поднебесники, остановился на седьмом этаже, двери разошлись, и три канторщика, неосмотрительно решивших им воспользоваться, получили свое. Шума не было — на «дыроделах» спецназовцев стояли мощные глушители, но «балалайки» неудачников автоматически переслали на главный сервер охранной системы печальную новость, и еще до того, как лифт достиг восьмого этажа, на базе была поднята тревога.

— Прорыв!

— Что?!

— В здании гости! Трех наших завалили…

— … Ассоциация!!

Из коридора донеслись выстрелы.

— Противник у грузового лифта!

Первым делом Звиад приказал закрыться аварийной двери — пятисантиметровой титапластовой плите, установленной в кабинете как раз на такой случай, — и только после этого подключил «балалайку» к общей системе:

— Общая тревога! Закрыть периметр базы! Закрыть все здания! Проверить каждый уровень! Проверить подвал!

Паника на девятом этаже улеглась. Охранникам удалось оттеснить нападавших — судя по отрывистым докладам, их было от четырех до семи человек — к левому крылу и заблокировать там. С восьмого и десятого этажей уже поднимались подкрепления, так что ликвидация диверсантов была делом времени.

Зузинидзе перевел взгляд на мониторы внешних камер: ворота целы, над базой никто не летает… Это не штурм, диверсионная операция. «Меня вычислили или безы проверяют все канторы? Или не безы, а те, кто грохнул Посредника?» Звиад сжал кулак. «Что делать? Что делать? Если это безы, то сразу же за неудачной диверсией начнется полномасштабный штурм. Или не рискнут? Петра ведь у меня!»

Зузинидзе вызвал охранников нижнего уровня:

— Немедленно доставить девчонку в мой кабинет!

— У них тревога!

Три длинных звуковых сигнала, прокатившихся по подвальным коридорам, и замигавшая на стене красная лампочка не оставляли сомнений: на базе Зузинидзе неспокойно.

— Из-за нас?! Дырку в стене нашли? — Петруха судорожно сжал «дрель». — Б… я же говорил, что это идиотизм!

— Какую дырку, кретин! — рявкнул Тимоха. — Если бы нашли ход, в подвале сейчас канторщиков было бы больше, чем крыс! Не в нас дело!

— А в ком?

— Кто-то еще появился.

— Безы? — неуверенно предположил Митроха. Он не пререкался с братьями, а не отрывал взгляд от пустого — пока еще — коридора.

— Если Звиада штурмуют безы, надо уходить, — покачал головой Петруха. — Они всех положат!

— Проверим левое крыло и уйдем! — решил Тимоха.

Правую часть подвала Бобры уже осмотрели. В запертые комнаты не ломились, но, судя по тишине и отсутствию охраны, в этом крыле не было ничего интересного. А что будет дальше? Есть ли вообще на этом

уровне хоть что-нибудь заслуживающее внимания? Если есть, то это наверняка надежно охраняется, и канторщики, разбуженные воплями охранной системы, будут готовы к появлению диверсантов.

— Уходить надо, — жалобно повторил Петруха.

— Заткнись, малой! — выдохнул Митроха. — Мы подписались.

И сделал шаг вперед.

— С дирижабля докладывают, что на десятом этаже основного здания базы идет перестрелка, — сообщил Слоновски. — Выбиты стекла, видны вспышки взрывов. Стационарный наноскоп показывает активное перемещение людей.

— Диверсия?

— Кто-то решил пощупать Звиада, — согласно кивнул Грег.

— Кто?

— А мне откуда знать?

Мертвый замолчал.

— Что будем делать, шеф?

— Зузинидзе может запаниковать и убить Петру, — размышляя вслух, медленно проговорил Кауфман.

— Если уже не убил.

— А значит, в данном случае, у нас нет выбора. — Макс резко посмотрел на Грега. — Иди на штурм, Слоновски. Разнеси эту кантору.

— Опоздала! — Эмира едва сдержала злые слезы. — Опоздала!

Проклятые безы оказались проворнее и не дали ей возможности принять участие в нападении на Звиада. Хотя бы минута! Хотя бы шестьдесят секунд, чтобы успеть добраться до базы и открыть огонь, тогда бы федералов не выкурили оттуда до конца боя. Но безы опередили федералов, высыпали отовсюду, как тараканы, выставили оцепление, и теперь любая попытка проникнуть за него автоматически приравнивается к «агрессивным действиям в отношении сотрудника СБА». Что ж, Кауфман прекрасно подготовил свою атаку, и остается только поздравить его — пока все идет как по нотам.

— Уходим?

Эмира посмотрела на Фатиму, скривилась:

— Подождем. Не каждый день безы устраивают спектакли.

— Внимание! В районе проходит полицейская операция! Жителям предлагается соблюдать спокойствие и не препятствовать работе СБА! Будьте осторожны: во время операции наши сотрудники имеют право стрелять без предупреждения! Мы не гарантируем безопасности людям, проникшим за оцепление!

Жители испуганно разбегались от выскочивших, как из-под земли, безов. Кто не успевал спрятаться, падал на землю, лицом вниз, руки сцеплены на затылке, всем своим видом демонстрировал миролюбие. Только так можно было надеяться, что без не станет стрелять. И громовой, проникающий повсюду голос:

— Внимание! В районе проходит полицейская операция! Жителям предлагается…

Как и было рассчитано, первая колонна оказалась напротив базы Зузинидзе через шесть минут после сигнала Слоновски. Бронетранспортеры на ходу съехали с платформ, протаранив фальшивые стенки фургонов, и напрямик, разворачивая попадавшиеся на пути мобили, устремились к базе. Две машины прорвались через стены, две — через ворота и, оказавшись во дворе, открыли огонь по окнам домов. Следом посыпались безы. Вторая колонна атаковала не столь удачно — в ней не было бронетехники, но после того, как подлетевшие «Пчелы» почистили пехоте дорогу, ход штурма продолжился по графику.