Мошенники
Шрифт:
– Отец, - вздохнула Анна. – Он производил «железо» и он же тестировал его на предмет хрупкости. Знаешь, Маркус, мое детство было расписано по часам и секундам на годы вперед. Я посещала балетную школу, двух репетиторов по английскому и французскому языку, училась играть на скрипке, а в свободное время колола «железки», которые штамповал отец. А он их делал на совесть. Иногда даже сам не мог справиться и вызывал кого-нибудь из своих друзей, чтобы они нашли уязвимые места. Тут ему и пришла идея обучить меня. А я хотела играть в куклы, гулять с подругами, смотреть мультики… Но вместо этого царапала себе до крови пальцы, получала подзатыльники и училась, училась, училась. Пока однажды не расколола особо сложный экземпляр,
– Если тебе неприятно, давай закроем тему, - поспешил вставить Маркус, когда Анна умолкла и открыла бутылку с водой, чтобы смочить пересохшие губы.
– Все в порядке. Ты сам говорил, что мы семья. А в семье делятся даже такими фактами.
– Хорошо, Анна. Продолжай, - кивнул он, сложив руки на груди.
– Я почти закончила. Да, отец в тот радовался, словно я получила Нобелевскую премию. Он скептически хмыкал, когда я впервые сыграла ему один из «Каприсов» Паганини. Не высказал радости, когда я прочла Гюго на языке оригинала без помощи словаря. Зато «железо» вызвало у него какие-то чересчур радостные эмоции. Он был странным человеком. Он любил свое дело, любил меня, дал мне прекрасное образование. Но очень глупо погиб.
– Поделишься?
– Да. Одна из проданных «железок» оказалась вскрытой в рекордный срок, а её владелец, какой-то крупный торговец «мукой», ночью пришел в дом отца и снес ему полголовы из обреза. Отцовские друзья его потом нашли и наказали. Но мне было плевать. Отца-то не вернуть. А я… я была обычной девочкой, не приспособленной к жизни на улице. Пришлось подстраиваться. Пока меня не нашел старый друг семьи, Уго. Он взял меня к себе, познакомил со своей дочкой, а когда я окончила университет, дал работу. Колоть «железо», как ты выразился. Самое забавное в этом то, что я полюбила эту работу, хотя раньше попросту ненавидела эти огромные, холодные ящики. Знаешь, почему я полюбила новую работу, Маркус? – спросила Анна, заглядывая мужчине в глаза. Тот покачал головой, ожидая продолжения. – Внутри «железо» оказалось горячим. Оно приносило радость и богатство. Тогда-то я и поняла, к чему на самом деле меня готовил отец. Весь этот балет, скрипка и репетиторы были обычной ширмой. Он готовил преемницу, которой оказалась его дочь.
– Спасибо за открытость, Анна, - тихо произнес Маркус, когда девушка закончила.
– И тебе спасибо. Твои крысы куда ужаснее, - засмеялась та и, зевнув, прикрыла рот ладошкой. – Надо поспать. Тебе тоже.
– Доброй ночи, - задумчиво произнес мужчина и, дождавшись, когда девушка закроет глаза, тихо вздохнул. Он вновь подумал о Ларе, о ссоре и тысячах километров, которые их разделяли.
Глава девятая. Приговор.
Маркус проснулся от того, что колеса самолета жестко ударились о бетон посадочной полосы. Зевнув, мужчина сладко потянулся, улыбнулся и повернулся в сторону своих спутников. Патрик тоже проснулся и теперь массировал затекшую шею. Анна слушала музыку, по-прежнему не открывая глаз. Кивнув ирландцу, Маркус посмотрел в иллюминатор и скривился, заметив, что по толстому стеклу стекают жирные капли. Китай встречал путешественников холодной и дождливой погодой.
После того, как троица покинула самолет и, пройдя международный аэропорт Пекина, очутилась на улице, к ним тут же подошел коренастый китаец в свободной кожаной куртке. Он подмигнул Маркусу и задал вопрос, которого мужчина не понял.
– ?
– Прошу прощения, - улыбнулся Маркус. – Я не говорю по-китайски.
– Я говорю, вы друзья Мина? – спросил азиат, переходя на английский. Он чуть шепелявил, а когда улыбался становилось понятно, что у китайца нет одного из передних
– Да. Маркус, - представился мужчина, протянув руку. Китаец крепко её пожал и знаком приказал следовать за ним. Долго идти не пришлось. Почти у самого входа в аэропорт стоял неприметный фургончик с наполовину облупившимися иероглифами на боках. Приятель Мина улыбнулся еще раз и протянул Маркусу ключи, после чего развернулся и вознамерился раствориться в толпе, но Маркус тактично кашлянул, не сомневаясь, что китаец услышит. – Где оборудование?
– Внутри, друг, - усмехнулся китаец, указав рукой на машину. – Все там. Не волнуйся. Мы знать Мина. Мин знать нас. Он брат. Ты брат. Они тоже братья.
– Ну, ладно, - кивнул Маркус и повернулся к Патрику, передавая ему ключи. – Давай за руль, а мы с Анной осмотрим снаряжение.
– Есть, босс, - зевнул ирландец и, закурив сигарету, отрыл водительскую дверь. Еще через несколько минут машина тронулась по широкой дороге в сторону горевших огней Пекина. До Запретного Города было примерно три часа езды.
Внутри фургончик производил более приятное впечатление, чем снаружи. В углу обнаружились большие сумки с требуемым снаряжением и Анна, не выдержав, распаковала один из наборов инструментов, после чего облегченно выдохнула, заставив Маркуса улыбнуться.
Помимо уже найденных Анной инструментов, в сумках нашлась свежая одежда, очень похожая на ту, которая использовалась при предыдущих ограблениях. Три пистолета с глушителями. Набор инъекционных дротиков. Две аптечки. Распечатанная карта Запретного Города, скачанная предварительно из «DarkNet» и различная мелочевка, вроде фонариков, мотков веревки и нескольких пачек лапши быстрого приготовления. Маркус удовлетворенно поцокал языком и отложил в сторонку три темно-синих комбинезона, на которых светоотражающей краской были нарисованы непонятные иероглифы. Затем мужчина достал мобильный телефон и, набрав нужный номер, принялся считать гудки. На третьем гудке трубку взяли.
– Здравствуй, милая, - улыбнулся мужчина. – Мы на месте.
– Привет, чипиздик. Рада за тебя, - съязвила Лара. – Проблем не было?
– Нет. Нас встретили. Сейчас едем к нужной точке. Как у вас дела?
– Скучаем. Сирил ушел осматривать периметр дома, где лежит стекляшка номер два.
– Отлично. Помните, что я сказал?
– Более чем. На рожон не лезть, - хмыкнула девушка. – Только собрать данные.
– Умница.
– Иди в жопу, Маркус. Я на тебя еще дуюсь.
– Я так и подумал, - улыбнулся он. – До связи. Позвоню, как закончим.
– Ни пуха, коротышка. Только, блядь, попробуй не вернуться, - предупредила Лара и добавила тихо. Так, чтобы ее слышал только Маркус. – Я же, блядь, тебя люблю, долбоеб ты эдакий.
– И я тебя, милая, - вздохнул Маркус, нажимая отбой и переводя взгляд на Анну. Судя по тому, как покраснели кончики её ушей, он сделал вывод, что Анна все слышала. Как и Патрик, чья довольная морда виднелась в зеркале на лобовом стекле.
– Подъезжаем, босс, - громко сказал ирландец, сворачивая на очередную улицу. – Где мне встать?
– Возле отделения банка будет вход в подворотню. Сворачивай туда и спрячь машину за мусорными баками.
– Откуда ты знаешь про баки? – подозрительно спросил Патрик.
– Друзья Мина подсуетились. Меньше вопросов. Паркуйся и лезь назад. Тебя ждет дивный наряд китайского электрика.
– Хуй! Ебаный дерьмоед!
– Спасибо, Пэт.
– Прости, босс, - виновато шмыгнул носом ирландец. – Постараюсь сдержаться.
– Уж постарайся, - хмыкнул Маркус. – Работаем!
Через полчаса из странного облезлого фургона на улицу вышла не менее странная троица европейцев, облаченных в стандартную экипировку китайских электриков. Троица крадучись пробежала до противоположной стены, рядом с которой темнел мокрый канализационный люк.