Мошенник
Шрифт:
– Что-то мне это не слишком нравится, – посетовал Далтон. – Уж очень велик шанс, что нас могут увидеть. Мне нужен Химера, но никто не должен узнать, что я его захватил.
Этан встретился с ним взглядом.
– Химера в доме; если он вам нужен, забирайте его. Мне важна только Джейн.
Далтон прищурился:
– Джейн, говорите? Хорошо, пусть будет Джейн. – Он поднял руку, готовясь отдать приказ к атаке...
И тут же Этан, уловив краем глаза мерцание света наверху, схватил Далтона за руку:
– Постойте.
Освещенным на втором этаже оставалось лишь одно окно, выходившее на площадь. Комната Джейн. Перед окном промелькнула женская фигура, как и в первый момент, когда Этан заметил движение.
– Придержите ваших людей, дайте мне войти первым. – не согласен. – Далтон взглядом остановил его. – У Мейвелла полно слуг. Думаю, они вряд ли позволят вам хозяйничать в доме.
– Она здесь одна, я уверен, – возразил Этан. Далтон снова взглянул на фигуру в окне, и на его скулах заиграли желваки.
– Все равно это рискованно.
Этан ощутил прилив энергии. Теперь он знал, что очень скоро сожмет Джейн в объятиях.
– Рискованно? Да это для меня семечки. Я игрок, если вы помните.
Далтон фыркнул.
– Тогда вперед. Ступайте к ней и подайте нам знак. Если у нас получится, мы выведем ее из дома, а потом возьмем его приступом.
– Да, но как быть с ее кузинами? – Далтон кивнул:
– Мы выведем всех леди, если это будет возможно. Ступайте.
На этот раз Этан не заставил себя упрашивать: короткими перебежками он стал приближаться к фасаду дома.
Отдельные части фасада обвивали густые заросли плюща, служившие одним из признаков запущенности, с которыми Мейвелл не считал нужным бороться, но эту идею Этан отбросил. Если Джейн в силу своей ловкости и отсутствия предрассудков могла спуститься по плющу на землю, то более тяжелый человек рисковал попросту сломать шею.
Оставался лишь один способ – вскарабкаться на портик, а затем по карнизу добраться до окна. Единственная опасность состояла в том, что крыша портика просматривалась из окон других спален. Если кто-нибудь случайно выглянет в неподходящий момент...
Поскольку выбирать все равно не приходилось, Этан ловко вскарабкался вверх по одной из колонн, поддерживающих портик, затем перебрался через лепной карниз над дверью. В какой-то момент он очень испугался, когда под его рукой развалился гипсовый резной листок аканта, И ему пришлось целое мгновение, длившееся вечность, висеть над землей, болтаясь на одной руке.
К счастью, в конце концов он нашел, за что ухватиться, и после этого стал действовать осторожнее, более внимательно выбирая, что ему использовать в качестве опоры.
Взобравшись на крышу портика без дальнейших происшествий, Этан посмотрел вниз. Никого из «лжецов» он не заметил, хотя знал, что за каждым его движением следит десяток пар глаз.
Дав знак рукой, что с ним все в порядке, он быстро перебрался
Достигнув окна, Этан убедился, что оно не заперто, и заглянул внутрь. От прохладного воздуха стекло запотело, и все, что он сумел различить, была фигура сидящей перед камином дамы в белом.
Держась одной рукой за проем, Этан тихо распахнул створки.
Девушка перед камином тихо всхлипывала и, верно, поэтому не услышала шум, сопровождавший его появление.
Этан с облегчением улыбнулся.
– Милая...
Ахнув, девушка обернулась и уставилась на него мокрыми от слез глазами.
– М-мистер Деймонт? – У Этана упало сердце.
– Серена? Что ты здесь делаешь одна?
Глава 27
Фиблз с большой осторожностью вез свой бесценный груз по едва начавшим пробуждаться улицам Лондона. Уличные фонари еще горели, а грязное небо на востоке уже жило предчувствием рассвета.
Фиблз старался, чтобы пони шел ровно и повозку не слишком сильно трясло, чтобы леди в сундуке получила поменьше синяков. Жаль бедняжку, она была по-настоящему доброй. Ему нравилось, как она на него смотрела – почти так же, как и мисс Роуз.
Вскоре они выехали на Сент-Джеймс-стрит, где находились лучшие клубы для джентльменов, включая «Уайтс», тогда как «Клуб лжецов» располагался совершенно в другом месте. «Лжецы» обретались на границе небольшого района, славившегося пикантными увеселениями, которые предназначались отнюдь не для солидных господ.
Движение на улицах мало-помалу усиливалось, поэтому Фиблзу то и дело приходилось объезжать многочисленные повозки, разгружавшие мясо и зелень для кухонь. Момент для прибытия в «Клуб лжецов» был выбран самый подходящий – в этот ранний час никто не обратит внимания на грязный сундук.
Фиблз потянул носом в предвкушении аромата свежей утренней выпечки Курта. Когда он вытащит леди из сундука, доставив в клуб, Курт собственноручно преподнесет ему булочку. Пусть у «Уайтса» мраморные ступени и затейливая парадная дверь, зато у «лжецов» самый лучший в мире повар.
Едва впереди замаячили резные двери «Клуба лжецов», Фиблз предусмотрительно остановил повозку и, перебравшись с козел к сундуку, опустился возле него на колени.
– Вот мы и на месте, – удовлетворенно сообщил он.
– Ну так выпустите меня поскорее отсюда, – раздался изнутри тонкий голосок. – Тут так трудно дышать!
Сняв кепку, Фиблз покачал головой:
– Еще минутку, леди. Мне нужна помощь, чтобы занести вас внутрь.
Лишь пройдя через кухню в заднюю комнату клуба, Фиблз обнаружил, что в помещении никого нет, и, обеспокоившись, позвонил в колокольчик мансарды. Ответа не последовало, хотя на этот звонок хозяин отзывался всегда.