Моря Африки
Шрифт:
Подходит человек:
— Я видел ваш флаг. Я тоже итальянец. Живу здесь уже тридцать лет, у меня механическая мастерская. Если вам что-то нужно…
Подходят таможенники в шортах и гольфах, светлые волосы расчёсаны безупречно.
— Добро пожаловать в Южную Африку. Сейчас закончим таможенные процедуры и сможете опустить жёлтый флаг.
Они с удовольствием задерживаются поболтать и выпить с нами кофе. Говорят что Южная Африка это новая страна и нам понравится.
— Давай, Лиззи. Пошли искать бриоши
25. Глядя на горизонт
Уже
И хотя Южная Африка индустриальная современная страна, мы столкнулись с большими трудностями. Сначала мы не могли найти верфь, которая могла бы поднять нашу лодку.
«Barca Pulita» оказалась слишком тяжёлой для кранов, которые обычно поднимают яхты, и слишком лёгкой и деликатной для гигантских кранов коммерческих верфей. Потом нам удалось убедить ответственного за подъём небольших буксиров использовать его платформу для подъёма нашей лодки.
— Только придётся подождать. Как только у меня случится маленький буксир, я подниму вас вместе с ним. — пообещал он.
В воскресенье мы стояли у мола верфи в ожидании оказии быть поднятыми на берег, когда вдруг чуть не стали участниками жуткой аварии.
Я читал в каюте, когда услышал странный звук, какая то вибрация исходила от дна и заставляла дрожать всю лодку. Я вышел посмотреть в чём дело: корма огромного судна возвышалась над моей головой. Я сразу понял, что что-то у них идёт не так. Судно было слишком близко и дистанция сокращалась. На выпуклой части кормы над моей головой угрозой возвышалась надпись «Msc-Michelle-Panama», а прямо передо мной на уровне моря винт, медленно вращался на заднем ходу, лопасти появлялись и скрывались на поверхности воды. Моряки на палубе кричали. Один из них, глядя на меня, развёл руками с обречённым видом, словно говоря:
— Мы здесь ничего не можем поделать.
Я словно окаменел, глядя на происходящее как в замедленном фильме. Однако в мостике или в машинном отделении видимо заметили ошибку, потому что винт неожиданно остановился и начал крутиться в противоположном направлении. Вода вскипела. Слишком поздно! Нужно время, чтобы остановить движение судна!
Судно продолжало двигаться, прошло в десяти метрах от нас и врезалось в берег как раз где был слип. Я видел как задрожала и сместилась вбок платформа, словно сдвинутая мистической силой. Сталь сминалась словно картон и лопался бетон мола, а буксир на платформе трясся словно игрушечный.
В несколько мгновений всё закончилось. Мол разбит, платформа смята, слип искорёжен, буксир в шатком равновесии на борту платформы. Судно наконец остановилось и брызгало водой изо всех отверстий, пытаясь с помощью трюмных насосов остаться на плаву. У нас единственный ущерб — порвало швартов от водоворота поднятого винтом.
Лиззи вернулась десятью минутами позже.
— Что за чертовщина здесь происходит?
— Нам
Однако все наши планы изменились. Нужно было ждать, пока починят слип, возможно на это понадобятся месяцы. Мы решили не озадачиваться и перейти к молу яхт-клуба на западной стороне порта.
— Не беспокойтесь, пока ищете верфь для ремонта, познакомитесь в городом. Можете стоять у нашего мола сколько понадобится. Бесплатно разумеется.
Невероятное гостеприимство. Бесплатное место у чистого гостевого причала, вода и электричество для работ, душ, бассейн и все структуры клуба, приглашения на ужин от членов клуба по очереди.
Красота!
Не знаю насколько мы были обязаны такой любезности тому, что цвет нашей кожи был таким же как у посетителей яхт-клуба. Но мы соглашались и наши дни стали длинными и ленивыми. Мы делали небольшие ремонтные работы, искали запчасти, писали, смотрели вокруг под чистым и жарким небом Южной Африки.
И действительно, Южная Африка очень странная страна. Днём, когда идёшь по оживлённым улицам полным автомобилей и магазинов, город похож на любой американский. Вокруг небоскрёбы, зелёные парки, супермаркеты и большие отели. Белые и чёрные смешиваются на улицах и в магазинах в пёструю разноцветную озабоченную толпу.
Вечером же улицы становятся пустынными, словно действует негласный комендантский час.
— Осторожно, не ходите пешком ночью. — была первая рекомендация чиновников, тоже белых, когда мы прибыли в Дурбан из Ричардс Бей, после двухдневного плавания по спокойному морю, которое ничем не напоминало свирепого монстра, каким оно было неделю назад.
Видимо ходить по Дурбану ночью очень опасно. Белые после заката передвигаются только на автомобилях с заблокированными дверями и заряженным пистолетом в бардачке. Улицы превращаются в царство банд чёрных и отчаявшихся. И достаточно посмотреть вокруг чтобы понять, что здесь в Южной Африке, несмотря на благие намерения многих, проблема цвета кожи остаётся очень серьёзной.
В этой большой стране, полной лесов и природных ресурсов, живёт сорок один миллион человек. Тридцать миллионов чёрных, шесть миллионов белых, четыре миллиона метисов и миллион индийцев. Белые делятся на буров, пришедших из Нидерландов, и англичан, которые в своё время основали колонию. Буры и англичане говорящие на разных языках, никогда не находили общего языка и продолжали воевать до недавнего времени (всего несколько десятилетий назад).
Чёрные в свою очередь разделены на племена. Зулу происходят от легендарных воинов которые в прошлые века захватили и терроризировали всю южную часть Африки. Ещё есть xhosa. К которым принадлежит Нельсон Мандела, сото, тсвана, венда, индебеле, тсонга, свази, педи и так далее. Множество языков, разные традиции, племена, каждое со своими вождями и традициями независимости от которых трудно отказаться. И наконец индийцы, привезённые сюда англичанами в качестве полурабов и оставшиеся в стране основав общины отделённые от всех других. Их женщины, маленькие с чёрными блестящими волосами, одеваются в сари, готовят только с карри и выходят замуж только за индийцев.