Морской волк
Шрифт:
Мне было горько, досадно, обидно. Она была так близко. Все было так близко… Она меня никогда не унижала. Даже зарплату задерживала на день-два, чтобы сказать: «Вот, я тебе должна, извини за задержку». Она это делала для меня, чтобы мне не было неловко, я это понял еще вчера. Зачем же она послала Альфонса на кухню, ведь могла же догадаться, что я его…
— Стой, шеф! — заорал я. — Разворачивай!
Завизжали тормоза.
— Куда ещё разворачивай? — грозно спросил частник.
Я сидел молча.
Шеф опустил руку и зашарил под сиденьем.
—
Шеф недоверчиво глянул на меня в зеркало. Мягко тронулся.
Я глубоко вздохнул. Когда я перестану быть прапорщиком?
4
Костик был, как всегда, бодр и жизнерадостен. Мне очень не хотелось его огорчать и не пришлось.
— Поздравляю, старичок, — сказал он почти нараспев. — Ты делаешь стремительную и бескровную карьеру, что в наше смутное время — большая редкость. Ты больше не работаешь на дочку, а работаешь на самого Клина, и знаешь кем? Первым в стране частным детективом. Ну что, доволен?
Я всё порывался вставить слово, но тут сделал горлом сухой «глык» и замер.
— Ты что, с бодуна? — заботливо поинтересовался Костик.
Я замотал головой, и он продолжил:
— Вчера вечером гоняли шары, и Клин мне нарисовал ситуацию. Ну, Клин, ну, голова! Запрещения на деятельность нет, гонорары могут состоять из любого набора цифр, информация конфиденциальна. Передовой способ отмывания денег. Вош энд гоу. Гений!
— Так я что, буду прачкой?
— Нет, браток, деньга Клин обслуживает сам, поэтому они у него так быстро размножаются. А ты будешь этим… Тьфу ты, прямо склероз, ну мы все в детстве про него читали…
— Мойдодыром? — догадался я.
Смеяться Костик любил и умел. Отсмеявшись, вспомнил:
— Да Шерлок Холмсом, браток. Представляешь, вылетело, из головы, и всё тут.
Я представил, и перспектива сразу захватила меня.
— Власти, налоги, крышу и бухгалтерию Клин берёт на себя. Помещение есть. Ты делаешь обстановку и даешь объявление. Детективное агентство «Луч» — это Клин сам придумал, луч надежды у потерявших веру. Он тебе платит подъёмные, пока не развернешься, а пойдут клиенты, гонорары — твои. Да, ещё купишь компьютер и возьмешь секретаршу, ноги и грудь от зубов, и все остальное. Кстати, Кристина передает тебе пламенный привет.
— Спасибо. А сколько ей платить?
— Крыське?!! Она что, с тебя деньги требует?
— Секретарше, Костик.
Костик остыл и усмехнулся.
— Браток, если ты начнешь платить кому-нибудь в этой стране, то уже не остановишься. Позвони по училищам, у них практика на носу. Выберешь на свой вкус и бесплатно. Ощути хоть раз себя эксплуататором.
— Спасибо, браток, — сказал я с чувством.
Я ожил. Вот она, работа, в которую можно уйти с головой. И ни о чем больше не думать. Да и кто не мечтал и в детстве, и в зрелости стать детективом?
— А ты и не мечтай. Вот адрес, езжай.
Славу Богу, приехали. Я повернулся к выходу и с удивлением ткнулся в не по голосу невысокую женщину,
— Я выхожу, не видишь, что ли? — Она была рада пообщаться. — Толкается тут.
— Конечно, я должен был уступить место именно вам, уважая ваш почтенный возраст.
Это был удар ниже пояса, но я в училище получил такой же и мстительно отыгрывался.
Она повернулась и, яростно работая локтями, вбуравилась в толпу. Я двигался за её ускользающим задом, вспоминая, как мощно в своё время пробивал пенальти.
— Хотите, угадаю, сколько вам лет? На сорок делится? А на пятьдесят? С большим остатком?
Женщина молча спешила к выходу, не пытаясь сопротивляться. Мне стало стыдно. Я пробормотал ей вслед:
— Простите, мадам, мы оба не читали Карнега.
Я успел проскочить переход на зелёный свет и направился в своё агентство, старательно обойдя стоявшую на краю тротуара крикливую тётку, пока она тревожно рассматривала своё лицо в зеркале пудреницы.
Под детективное агентство Клин отхватил чудненькую двухкомнатную квартиру в доме с окнами на Московский проспект. Клин передал мне через Костика десять тысяч долларов на ремонт и всякие приобретения, Я уложился в неделю, практически ничего не истратив.
Заехал Костик, заглянул в комнаты и озабоченно сказал:
— Браток, знаешь, чего здесь не хватает?
— Ты ещё не был на кухне, — интригующе ответил я. Там стояла моя гордость — большая импортная кофеварка, и я надеялся, что Клин не удер жит ее стоимость из моей зарплаты.
— Браток, здесь решительно не хватает портрета Дзержинского и лужи крови на полу. Ставлю сто баксов против всех твоих расходов, что ты нанял гопников за бутылку, а известь и краску своровал на стройке.
Я сник. Костик похлопал меня по плечу.
— Ничего, ничего. Оботрешься. Я тебе пришлю спеца по интерьеру. Он сначала будет долго смеяться, но потом спроектирует офис и возьмет недорого. А сейчас у тебя кабинет следователя, куда люди добровольно не ходят. И ещё, если Клин дал тебе десять тонн на обустройство, то не надо приносить ему девять тысяч девятьсот девяносто сдачи и ворох квитанций на остальные. Он этого не поймёт. А будет не хватать — вот тогда подсчетаешь, сколько, и сообщишь, но уже окончательно. — Тут Костик замялся, — Кстати, я рассказал Клину про «Мойдодыра». Ему понравилось. — Костик виновато глянул на меня. — Так что «Луч» отменяется, браток.
— Да ты что, Костик, шутишь?
— Мужайся! — Костик снова похлопал меня по плечу. — Клин уже оформил документы на «Мойдодыра». С такими людьми не шутят.
— Но клиенты! Они же не пойдут.
— Я тоже Клину об этом сказал, но он говорит, что клиенты не пойдут, а побегут, только для того чтобы посмотреть на этого… ну, в общем, на человека, который такое придумал.
— Смотреть-то они будут не на Клина, а на меня.
Костик рассмеялся:
— Ну и ладно. А кто не пойдёт — тот не клиент. Да и, честно говоря, я не знаю, нужны они Клину или нет.