Морской бог
Шрифт:
— Нужна подмога! — прокричал Люк, догоняя ее. — Я вызову вертолет.
— Подожди, вон его серф. — Она махнула рукой в направлении неподвижного темного силуэта на доске с желтой молнией. — Я справлюсь.
Люк что-то крикнул в ответ, но она не услышала. Пропустив высокую волну, Мэдди нырнула под следующую. Она выгребала в море, преодолевая сопротивление стихии. В считанные секунды прибой и мощное течение обессилили ее. Вцепившись в плотик, Мэдди продвигалась вперед практически на автопилоте. К счастью, волны прибивали незадачливого серфера ближе к берегу. От
Мысль, что он ранен, заставила ее удвоить усилия, пробиваясь сквозь бурлящие водовороты. Плечи и руки болели, ноги сводило от холода.
— Все в порядке! — крикнула она, добравшись до пострадавшего. — Я вам помогу.
Он застонал, кровь из рассеченного лба вновь густо окрасила щеку. Чтобы переложить мужчину на плот, Мэдди нужно было сначала отстегнуть страховочный шнур, приковавший его щиколотку к серфу. Пальцы нащупали карабин, но в этот момент их накрыл ревущий вал.
«Сосредоточься, — велела себе Мэдди. — Отстегни шнур».
Оттолкнув серф, Мэдди подсунула плотик под торс утопающего и обхватила его руками, прежде чем следующая волна потянула их обоих на дно. На мгновение ее охватил страх, однако сработала профессиональная подготовка. Впившись пальцами в край доски, она резко толкнулась ногами и вынырнула на поверхность. Грохот волн оглушил ее. Мэдди понадобилось несколько секунд, чтобы сориентироваться. Резиновые ноги почти не слушались, грудную клетку сводило от каждого вдоха. Но, прижавшись к распростертому телу, она яростно толкала доску к берегу.
Казалось, прошла вечность, прежде чем ее подхватили сильные руки. Она повернула голову и, превозмогая резь в глазах, разглядела рядом мокрую голову Люка.
— Я держу его! — крикнул он. — Выходи на берег.
Мэдди встала на дрожащие ноги, с трудом осознавая, что кромка песка совсем рядом. Когда Люк вытащил доску с серфером на берег, пошатываясь, подошла ближе. Ее напарник, у которого было больше опыта в оказании первой помощи, осматривал пострадавшего. Наконец осторожно переложил его на спину на приготовленные носилки и закрепил неподвижное тело ремнями.
— Он дышит, — с явным облегчением заметил Люк, поднимаясь с колен. — Скоро придет в себя. Видимо, ударился головой о доску, точнее пусть парамедики разбираются. Следи, чтобы он не двигался, а я схожу за одеялами, надо согреть вас обоих.
Мэдди кивнула, разглядывая незнакомца. Он не отличался классической красотой, но решительный разлет темных бровей, высокие скулы и щетина, оттенявшая упрямые, жесткие линии подбородка, придавали худому небритому лицу диковатые черты языческого божества. Взгляд спасательницы скользнул дальше, охватывая широкие плечи, мускулистую грудную клетку и узкие сильные бедра, четко обрисованные блестящим черным гидрокостюмом. Она почувствовала, как на холодном ветру ее охватывает жар. «Что это со мной?» — одернула себя Мэдди. Бедный парень ранен и продрог насквозь, а она любуется им, как стриптизером на дамской
Мэдди опустилась на песок и провела ладонью по его лицу. Покалывание щетины вызвало новую неуместную волну жара, которую она предпочла игнорировать. Вероятно, настало время серьезно взбодрить сексуальную жизнь, если она начала вожделеть полуобморочных незнакомцев…
— Все хорошо, — пробормотала она. — Вы в порядке.
Мэдди убрала с его лба мокрые русые кудри. Кровь уже не лилась потоком, как недавно в море, но тихо сочилась из узкой раны под волосами. Мэдди прижала палец к красной полоске, и вдруг мужчина широко раскрыл восхитительные синие глаза. Бирюза радужки резко контрастировала с покрасневшими белками. Его глаза напомнили Мэдди синеву Карибского моря на старых открытках, слишком яркую, чтобы быть правдоподобной.
Серфер попытался приподняться, но ремни удержали его на месте.
— Какого че… — пробурчал он, изогнув бровь. — Кто меня привязал?
— Я. — Мэдди успокаивающе сжала его предплечье. — Вам не стоит двигаться.
Потрясающие синие глаза сузились.
— Кто вы такая?
Ее щеки горячо вспыхнули, несмотря на холод и моросящий ноябрьский дождь.
— Я работаю на спасательной станции. Мы вытащили вас из воды, когда вы поранили голову.
Мужчина оставил попытки освободиться и тяжело вздохнул.
— Фантастика, — произнес он с непонятной горечью, потом коротко добавил: — Спасибо. Теперь развяжите меня.
Командирский тон не понравился Мэдди, но она оправдала его грубость пережитым стрессом.
— Не буду, — сказала она голосом строгой, но доброй сестры милосердия. — Мы должны дождаться скорую.
Он сжал челюсти:
— Не надо врачей. Развяжите.
— Потерпите немного.
— Тогда я сделаю это сам. — Опустив плечо, пациент изогнулся и рывком одной руки разорвал ремень.
Мэдди быстро отодвинулась. Опираясь на локоть, он резко сел, со стоном дотронулся до раны и тихо выругался, увидев следы крови на пальцах.
— Поделом вам, — с легким злорадством сказала Мэдди, уже понявшая, что добротой от этого упрямца ничего не добьешься. — Лежите и ждите, когда медики вас осмотрят.
— Я сам решу, что мне делать, — отрезал он.
— У вас могут быть внутренние повреждения. — Она с трудом сдерживала негодование.
Мужчина бесцеремонно оглядел Мэдди, задержав взгляд на обтянутой гидрокостюмом груди. Ее соски мгновенно затвердели и предательски выпятились вперед, как наконечники торпед.
— Я готов рискнуть. — В голосе звучал сарказм, но губы дрогнули в подобии улыбки, а глаза смотрели уже не так сурово.
Мэдди снова ощутила жар. Невероятно. Неужели самый упрямый пациент в мире собирался за ней приударить? Но он сморщился, и она решила, что ей почудилось.
— Эй, приятель, ты куда собрался? — нарушил напряженную паузу Люк, подошедший с ворохом одеял.
«И куда только его за ними носило так долго! — раздраженно подумала Мэдди. — В Тимбукту?»
— Я ухожу. — Серфер с трудом поднялся на ноги, пошатнулся, и Люк поддержал его.