Морская дева
Шрифт:
В кают-компании "Зевса" они встретили капитана Ершова.
— Здравствуйте, Алексей Иванович, вот пришли посмотреть судно, это моя жена Катя.
— Я слышал, что ты женился, — сказал капитан, — поздравляю, и с удовольствием хочу отметить, что вкус у тебя хороший. Где же ты нашел такую красавицу?
— Спасибо, Алексей Иванович. Это долгая история.
— Тем не менее, мне хотелось бы ее услышать, но не сейчас, я надеюсь, ты, в конце концов, вернешься ко мне на "Зевс"?
— Я бы с радостью, я в кадрах уже надоел всем
— В прежние времена команду всегда набирал капитан, и хорошая морская практика подтверждает, что это было правильно. Пойдемте ко мне в каюту, и там ты объяснишь, почему ко мне не обратился.
— Я не посмел, Алексей Иванович, — сказал Миша, когда они поднялись в каюту.
— Мне странно это слышать, удивил ты старика. Может быть, объяснишь?
— Мне пришлось работать почти на двух десятках судов, а капитанов было еще больше, но уважал я далеко не всех, полностью соответствовали моим представлениям о капитане дальнего плавания только трое из них, и вы в их числе, Алексей Иванович. А лично мы с вами почти не разговаривали, поэтому я и не посмел обременять вас своими проблемами.
— Катя, выпьете с нами коньяку?
— Чуть-чуть, пожалуй, выпью, Алексей Иванович. У меня такое впечатление, что я попала на страницу книги Станюковича, мне все так странно, так интересно, я ведь впервые на настоящем судне.
— Пожалуй, для моряка это звучит как комплимент, особенно, если такие слова исходят от красавицы. Вот ваш Михаил сказал, что мы с ним почти не разговаривали, хотя работали вместе на судне не один месяц. Так оно и было, но я хочу это исправить, и приглашаю вас в гости к себе домой. Как вы на это смотрите?
Для Михаила это приглашение показалось странным и неожиданным, и он сказал первое, что пришло в голову:
— Для нас это большая честь, Алексей Иванович, но у меня такое ощущение, что мы как будто напросились…
— Только без церемоний, Михаил.
— Мы обязательно придем, спасибо.
— Тогда в пятницу в девятнадцать часов мы вас ждем.
С территории базы Миша с Катей возвращались по полосе прибоя вдоль Никольской сопки.
— Вот уж никогда не ожидал, что Алексей Иванович пригласит нас в гости. Мне казалось, что он и внимания на меня не обращал на судне.
— Но хоть как-то вы общались?
— Всего дважды был короткий разговор.
— И о чем же вы говорили?
— Первый раз он вызвал меня в каюту, когда мы немного повздорили со старпомом. Я работал на шлюпочной палубе, подошел Дюжиков, наш старпом, и сказал, что нужно "снимать остатки", то есть произвести ревизию продуктов. Меня выбрали председателем хозкомиссии. Я прервал свою работу, спустился в каюту старпома, говорю: "давайте накладные".
— Что за новости, зачем это тебе накладные? — Дюжиков был грубоватым парнем.
— Если вы хотите, чтобы я провел ревизию, то мне нужны накладные.
— Вы мне
— Либо вы что-то не понимаете, либо я. Меня выбрали в хозкомиссию, чтобы я проверял расход продуктов, то есть вашу работу, а таскать мешки ради вашего удовольствия я не намерен.
Он еще что-то кричал, я повернулся, и ушел. Потом меня вызвал капитан. Он выслушал меня, и сказал Дюжикову, чтобы тот отдал мне накладные, и матросов в помощь.
А второй раз капитан сам подошел ко мне на палубе, и позвал на бак…
— Подожди, Миша, как закончился инцидент со старпомом?
— Мы провели ревизию сами, потом я принес старпому ее результаты. Недостачи не было, даже небольшие излишки. Дюжиков после этого стал меня немного уважать, я его тоже, за честность, хотя мы и раньше знали, что он не ворует продукты.
— Извини, я тебя перебила.
— У нас шлюпочная палуба и бак покрыты деревянным настилом. Алексей Иванович показывает мне щели между досками, и спрашивает, нельзя ли придумать какое-то устройство, чтобы аккуратно залить их гудроном?
Я смастерил нечто вроде лейки на колесах, отдал ее боцману, и щели были ликвидированы.
— Наверно капитан придал этим случаям большее значение, чем ты сам.
— А я думаю, что его поразила твоя красота, и ему захотелось еще тобой полюбоваться.
Глава 3
Капитан Ершов
Алексей Иванович с женой Таисией Николаевной жили в скромной двухкомнатной квартире. В глаза бросалась богатая библиотека, собрать которую по нынешним временам было непросто, поскольку книг в продаже практически не было, за исключением трудов Ленина, и прочей партийной "литературы".
Мишу по-прежнему мучил вопрос, почему заслуженный, и всеми уважаемый капитан вдруг пригласил их в гости, и он был в некотором смущении, в отличие от Кати, которая находилась под надежной защитой собственного обаяния.
Таисия Николаевна была подвижной невысокой женщиной со смуглой кожей и приветливыми карими глазами. Ее лицо сохранило следы былой красоты, которая легко угадывается в любом возрасте. Миша вручил ей цветы, и почувствовал себя немного лучше.
На суровом лице Алексея Ивановича блуждала легкая улыбка, и выглядел он чуть более оживленным, чем привык его видеть на судне Миша.
— Рад снова видеть вас Катя, — сказал он, осторожно пожав ей руку. — А ты, Михаил, на судне всегда держался более уверенно, чем в этой квартире. Но я надеюсь, что мы это легко исправим. Прошу за стол!
После двух рюмок коньяку Миша расслабился настолько, что позволил себе сделать несколько комплиментов в адрес Таисии Николаевны, которая, в свою очередь, с нескрываемой симпатией общалась с Катей. Обстановка за столом стала непринужденной.
— Алексей Иванович, сколько лет вы работаете на флоте? — спросила Катя.