Морпех – победитель магов
Шрифт:
В общем, когда мы наконец-то за очередной черной скалой увидели ласковый белый песочек и куртины диких желтых лилий, источавших райский аромат, счастью моему не было предела. Ну а вся команда разразилась троекратным:
– Долгие лета капитану Лоду!
Мы с дядей Вовой тоже что-то такое прокричали, чтобы не думали, что мы отбиваемся от коллектива.
Но мнение у нас на этот счет было вот каким: после того как Лод из скромного кока Магона превратился в капитана, кормить на «Голодном кракене» стали просто отвратительно:
Пока корабль отдавал якоря, мы с дядей Вовой упражнялись в остроумии по поводу названия бухты.
– Что это еще за фигня такая – Одинокая Девственница? – спросил дядя Вова. – Что они хотели сказать словом «одинокая»?
– Может, хотели намекнуть, что если бы она была не одинокая, так девственницей точно не была бы?
Дядя Вова вдруг погрустнел и неожиданно спросил меня:
– Сергуня, вот скажи, ты хоть одну девственницу знаешь? Ну, чтобы точно знать про кого-то, что она девственница.
– Ну, про младшую сестру…
– Прекрати, ей двенадцать лет всего… Я имею в виду половозрелых девушек.
– Чтобы наверняка – не знаю. Они же мне не отчитываются…
– Вот и мне не отчитываются, – вздохнул дядя Вова. – Выходит, что? Пропало понятие. Ушло из нашей жизни невозвратимо – как какие-нибудь тарантасы, флер-д-оранжи или рампетки…
– Но из их-то жизни, наверное, не ушло? – сказал я, обводя наших новых товарищей объединяющим жестом.
– Ну разве что из ихней… И ты знаешь, я почему-то им завидую!
Когда мы с дядей Вовой высадились на берег, нам пришлось пару часиков поскучать.
Конечно, происходи дело в наших краях, я первым делом полез бы купаться – уж очень пляж был образцовый.
Но тут лезть в воду совершенно не хотелось. Мало ли какая саламандра построила себе среди подводных коралловых садов дачный домик?
К слову, какая-то живность, в том числе хищная, на острове Висельника точно водилась.
Из джунглей, стеною обступающих бухту, поверх птичьей разноголосицы то и дело доносились то мощный рык хищника, то истошное верещание раздираемой жертвы…
– Эволюция по Дарвину, – с нервным смешком прокомментировал очередные вопли дядя Вова.
А вот наших новых друзей такое звуковое сопровождение совершенно не смущало. Лод приказал матросам прорубаться сквозь подлесок в джунглях при помощи каких-то местных мачете – и они это делали с методичностью людей привычных и неленивых.
– Зачем нам столько палок? Мы что, будем тут строить хижины? – спросил я у Лода, который надзирал за процессом, по-наполеоновски сложив руки на груди.
– Хижины? Еще чего! Наш дом – море! – презрительно фыркнул он. – Сейчас мы ищем тропы. Их должно быть две. Когда найдем обе – выберем левую.
– Почему именно левую?
– Слишком
Одну тропу нашли быстро, а вот поиски второй затянулись до самого вечера.
Солнце уже село, когда наконец партия гребцов – в которых вознаграждение, обещанное Лодом, раздувало энтузиазм, – провозвестила: нашли!
Да, они действительно нашли – заплетенные косой старые лианы, которыми был провешен маршрут сквозь густой лес. Тропой я бы это безобразие не назвал, конечно… Но за неимением лучшего…
Вот первая тропа – та да, была вымощена камнем. А вторая – ну разве что снабжена этой нитью Ариадны из лиан. Деревья и кусты над этой тропой давно уже сомкнулись, образовав узкий тоннель, по которому приходилось идти, то протискиваясь боком, то сгибаясь в три погибели.
И вот по закону подлости оказалось, что нашему отряду нужна именно она: неустроенная и неухоженная вторая тропа.
– Сейчас отбой. Пойдем завтра с рассветом, – неохотно постановил Лод, почесывая свой гладко выбритый подбородок (что-то не спешил наш Рыжая Борода обзаводиться бородой, не спешил, даже став капитаном…).
Мы поднимались по тропе в гору не менее двух часов.
Нас было шестеро: мы с дядей Вовой, Рыжая Борода и трое матросов, которым Лод особенно доверял.
Подъем выдался тяжелым. Когда мы пришли на место, мою тельняшку можно было выкручивать – так сильно я вспотел.
Хотелось, конечно, думать, что всему виной местная влажность, а не хроническая гиподинамия корабельной жизни…
Остановились мы возле живописного водопада – так велел Лод.
Впрочем, именно возле этого водопада тропа и оканчивалась, как бы на что-то намекая.
– Я пойду один, – веско сказал пиратский капитан.
С этими словами он извлек из поясной сумки футляр, а из него – фактурный амулет необычного дизайна на цепочке. Я не успел его толком разглядеть, но мне показалось, что он изображает двух ящеров, вцепившихся друг другу в хвосты.
Амулет Лод надел на шею и спрятал под рубаху.
– Но куда, куда ты пойдешь? Тропы-то дальше нет! – не удержался я.
Лод посмотрел на меня как на дурачка – даром что у дурачка в руках был «АК-12» – и… шагнул прямо под струи водопада!
Капитан отсутствовал довольно долго – с полчаса. Наконец, оглашая окрестности громогласными проклятиями, он вышел из-под водопада к нам. Мокрый и неласковый.
– Там внутри ящики. Вытащите их сюда. Посмотрим на все это барахло при свете дня…
– Нашелся клад Фарида? – спросил я, хотя уже по недовольному лицу пирата видел: ни хрена он не нашел, потому что победители обычно выглядят пободрее.
– Наверное, какая-то ошибка, – злобно проскрипел тот.
– А что в ящиках? – спросил я, матросы как раз выносили один такой из-под серебристых струй.