Моров. Том 8
Шрифт:
В дверь кабинета постучали, и прежде чем преподаватель темного факультета успел ответить, створка открылась. Окунев тяжело вздохнул, глядя на приближающуюся Александрову.
В руках директор несла несколько папок, подозрительно похожих на те, которые он сам ей отдавал. Отчеты, будь они неладны, опять бесконечные отчеты.
— Василий Владимирович, — начала Екатерина Вячеславовна, кладя кипу документов на стол преподавателя. — Я просмотрела ваши отчеты. Должна признать, на этот раз вы справились куда лучше, чем
— Не могу обещать, — пожал плечами тот и, чуть отклонившись, стал раскачиваться на стуле. — Я крайне не люблю всю эту бюрократию…
Александрова приподняла бровь, глядя на собеседника, как на нашкодившего мальчишку. Но ее суровый взгляд разбивался о невозмутимую улыбку на лице дворянина.
— Я принесла ваши отчеты, чтобы у вас всегда был образец под рукой, как именно нужно заполнять бумаги правильно, — объявила рыжая. — Учитывая, что они написаны вашей рукой, я полагаю, что вы разберете собственный почерк.
«Косарь» плавным движением выбрался из-за стола и встал напротив директора так, что между ними оказалось не больше пяти сантиметров расстояния. При этом мужчина нависал над Александровой. Боевому чародею очень хотелось наложить руки на ее тонкую шею и как следует сжать пальцы. Но вместо этого он сцепил пальцы в замок за спиной, чтобы не сорваться.
— Мне начинает казаться, что у вас ко мне какой-то нездоровый интерес, — низко и хрипло проговорил он, глядя на свою собеседницу. — Вы придираетесь ко мне по какими-то надуманным мелочам, не упускаете случая, чтобы укусить меня. И вас совершенно не беспокоит, что вы говорите с дворянином. Забываетесь? Власть вскружила голову?
Он поднял лицо к потолку, изобразив задумчивость, и покачал головой, вновь глядя на Александрову.
— Или ты просто меня хочешь? — закончил он свою речь.
Рыжие женщины всегда краснеют красочно. Вот и сейчас Екатерина Вячеславовна покрылась румянцем. Но вместе с тем ее глаза сузились от гнева, а правая рука взметнулась, но оказалась перехвачена «Косарем».
— Не стоит путать вежливость благородного со слабостью бесхребетного, — проговорил Окунев, поднимая руку женщины выше, заставляя ее встать на носочки, а затем тянуться выше. — Я убил больше людей, чем ты когда-либо встретишь в своей жизни, женщина. Прекрати играть с огнем.
Вспыхнула печать защитного артефакта Александровой, но Окунев и глазом не повел. А вот директор, попытавшись вырваться, добилась лишь того, что с ее ног слетели туфли. «Косарь» развернулся и толкнул ее грудью на свой стол.
— Я тебя предупредил, Катя, — произнес он все так же хрипло, положив руку ей на поясницу. — Еще раз ты попытаешься на меня давить своим положением, и я лично возьмусь за твое воспитание. Не переживай, твоей чести ничего не угрожает, я все-таки счастливо женат. Но вот какое дело, выпороть тебя мне ничего не помешает.
Он
А потом встрепенулся, оказавшись на том же стуле, на котором умудрился задремать. На столешнице лежали незаконченные отчеты, но теперь, после такого видения Василию Владимировичу было куда проще на них смотреть.
— Пора завести себе нормального секретаря, — произнес «Косарь», поднимаясь со своего места. — А то я так до рождения сына не доживу.
Уже ступая по коридору, он перебирал контакты в телефоне, и потому не обратил внимания, что из кабинета, мимо которого проходил, вышла студентка. Но опытный чародей легко избежал столкновения, ловко отстранившись в последний момент.
— Большакова? — вскинув бровь, проговорил Василий Владимирович. — Что ты здесь делаешь в такое позднее время?
Кристина Гордеевна застыла, крепко вцепившись в учебники, которые держала в руках.
— У меня была самостоятельная работа, Василий Владимирович, — ответила она. — Нагоняю материал. А вы почему так поздно еще в академии?
— На ловца и зверь бежит, Большакова, — расплылся в улыбке «Косарь». — Скажи-ка мне, насколько я помню, чародей из тебя получается так себе. Как насчет попробовать себя в роли будущего преподавателя?
Кристина Гордеевна вспыхнула от его слов, но все же сразу отказываться не стала.
— Что мне нужно будет делать?
— О, всего лишь небольшая бумажная работа, — беззаботно махнул рукой Окунев. — Составлять и передавать отчеты. А если хочешь, я тебя лично подтяну по магии. Что скажешь?
Думала она недолго.
— Я согласна, Василий Владимирович.
Япония, один из гостевых дворцов императора.
Мужчина в кресле сложил пальцы в замок и положил на них подбородок. Черные глаза внимательно глядели на небольшой сад камней, разместившийся на столешнице. Перед монархом стоял навытяжку молодой человек с планшетом в руках, зачитывающий очередной отчет.
— Таким образом, наш бюджет уже не выдерживает никакой нагрузки, — подвел итог докладчик. — Мой император, если мы не начнем битву в ближайший месяц, наш флот нас разорит. Мы не можем себе позволить больше его содержать и не пользоваться. Все наши торговые партнеры уже сообщили, что их страны будут поднимать пошлины на торговлю с нами.
Монарх повернул голову к нему.
— Что известно из Лондона? — ледяным тоном спросил он.
Внешне ничего не выдавало истинного настроения его императорского величества Тэкэхиро. Умение держать лицо при любых ударах судьбы — первая необходимость для политика. И чем выше таковой взбирается, тем оно востребованней.
Великобритания обещала поддержать Японию флотом и деньгами. Но корабли так и не покинули своих вод, так хоть денег можно было бы стрясти… В конце концов, получить с вонючих гайдзинов оплату за то, что Япония получит назад свои острова — благородное дело. Ни один министр не возмутился от такой идеи.
Но время идет, война не начинается. Мир замер, наблюдая за тем, как английские лорды жадно пожирают друг друга. И было совершенно непонятно, чем это все кончится, учитывая официальные сообщения о том, что принц пытается остановить гражданскую войну, а его отец находится при смерти.