Морф
Шрифт:
Мысли, точно взбешенные кони, обежали круг. Я успела подумать о том, что не осмотрела сумку, что даже не знаю — проверяли ли ее содержимое. Если да — то плакали мои последние жалкие медяки. Если нет — то у меня еще остались шансы убраться отсюда подобру-поздорову.
Я остановилась. Потом присела на корточки и, развязав шнуровку, углубилась в изучение своего имущества. Конечно, сложено оно было совсем не так, как складывала его я, но деньги — о, чудо! — деньги оказались на месте, завязанные в носовой платок и спрятанные вместе с мешочками бисера. Хм. Вот и настал момент, когда приходится решать: либо я тихо, незаметно скрываюсь сейчас, оставив Лерия с носом и рискуя быть пойманной его же слугами, либо
Так что, выскользнув из тоннеля, я не буду звать Хаэлли, который ждет в лодке. Я неслышно шмыгну в кусты, потом выберусь на тракт. Можно будет попробовать пристать к каравану, а можно и вовсе попробовать купить смирного мерина не первой молодости. Мальчишка на дороге — это привычное дело.
…Но все, как обычно, решили за меня.
Тоннель резко вильнул, открылся в темную южную ночь. И там, на фоне бархатного неба с узкой полоской света на востоке, я увидела мужской силуэт.
— Хозяин оповестил меня о вашем появлении, леди Валле, — негромко произнес он, — извольте следовать за мной.
Вот так. Коротко и ясно. Значит, барон имел возможность как-то пообщаться со своим рабом, пока я считала светильники и строила наивные планы бегства.
Вынырнув из тоннеля, я остановилась рядом с Хаэлли. Может быть, воспользоваться своими познаниями от боевых магов и попробовать его нейтрализовать? Ведь просто все как дважды два, и наверняка у меня получится завалить раба-виллана… Наверняка… В этот миг Хаэлли отбросил за спину капюшон, и я едва сдержала возглас удивления. Охр! Передо мной стоял самый настоящий эльф. Миндалевидные глаза, идеально-правильные черты лица, острые уши, торчащие из-под светлой шевелюры. Сомнений не оставалось, но в голове такое попросту не укладывалось: эльф — и верный слуга Лерия? Нет, такого не бывает. Они же все в западном лесу. Или не все?.. И какого охра ему здесь делать?
Мои сомнения разрешил сам Хаэлли (настоящее имя которого наверняка было длиннее раз в десять и включало не только его собственные титулы, но и титулы высокородной родни).
— Я понимаю, что вас удивило, — с усмешкой сказал он, — в моих жилах все-таки половина человеческой крови.
— М-м-м, — промычала я в ответ.
Надежды на то, что я сейчас умелым ударом расправлюсь с этим образчиком эльфийской красоты, стремительно таяли. Он был высок, плечист, и двигался так, что становилось ясно: этот парень, оберегая баронскую лодку, проводит дни в непрестанных тренировках. Да-да, в тени плакучих ив.
Я даже не стала сопротивляться, когда он взял меня за локоть — крепко, по-хозяйски — и повел прочь от тоннеля. Оглянувшись, я усмехнулась про себя: скала за моей спиной стала гладкой. Барон Аугустус нашел умелого мага земли, который зачаровал потайное местечко.
Впереди слышалось журчание воды. Серебрились в свете троелуния царственные плакучие ивы. Шелестел камыш. Короткая летняя ночь неторопливо уплывала на запад, цепляясь чернильными рукавами за зубцы далеких гор.
Я тоскливо покосилась на Хаэлли, который продолжал вести меня к реке. Рискнуть? Одного, достаточно резкого удара по шее хватит, чтобы выиграть несколько минут. Потом — бегом, через пригорок, к лесу. А там затаиться, замереть среди теней. Безупречный профиль эльфа выглядел так, как будто его изваял из мрамора магистр магии камня. В глазах — зелень западного леса и глухая, неизбывная тоска. Он вздрогнул, наши взгляды встретились.
— Даже не думайте о побеге, леди Валле, — насмешливо сказал Хаэлли, — поверьте, я сумею вас найти.
Когда он усмехался, то был почти похож на человека: у истинных эльфов
— Охотно верю, — буркнула я. А что тут еще скажешь?
Спускаемся вниз, к журчащей воде. Оказывается, здесь выступил из почвы белесый кусок доломитовой скалы, а из-под него течет родник. Прокладывает себе сверкающую дорожку, чтобы навсегда кануть в спокойной и темной речной глади. У серой стены сухого камыша — лодка. С холодной улыбкой эльф помогает мне устроиться на носу маленького суденышка, сам лихо отталкивает лодку от берега и запрыгивает в нее, даже не замочив сапог. Я успеваю заметить, что под свободной шерстяной туникой у него кольчуга, а в потертых ножнах дремлет меч. Интересный субъект этот Хаэлли, не удивлюсь, если он еще и наследственный боевой маг. Мне, да еще без оружия, с таким не тягаться. Это вам, деточка, не интернат, Хаэлли голову снесет, а барону скажет — мол, ничего не знаю, нашел леди Валле именно в таком неприглядном виде.
Лодка покачивалась. Хаэлли налегал на весла, впрочем, греб без особых усилий. Три луны почти сошлись в зените, было светло как днем. А я куталась в плащ, подбитый волчьим мехом, и все думала, думала… Внезапно сонную тишь разбил далекий грохот. Эльф насторожился, обернулся в сторону Тальи, а мне сквозь зубы обронил:
— Только попробуй…
Я поспешно отвела взгляд от водной глади и виновато уставилась на носки собственных башмаков. Охр, да он, наверное, мысли читает! Была у меня идея — пока он пялится на далекий силуэт тальинской цитадели, прыгнуть в воду. Плавать я умела не очень хорошо, но уж до камышей бы добралась.
Лицо эльфа окаменело.
— Леди Валле, не испытывайте мое терпение. Мне было поручено доставить вас в имение хозяина, и я вас туда доставлю, чего бы мне это не стоило.
Затем он махнул в сторону Тальи.
— Из мортиры залп дали. Что-то неладно там… в городе.
— Наверное, барон оповещает город о побеге опасного преступника, — мрачно съязвила я.
— Возможно, — согласился Хаэлли, — а возможно, что-то случилось.
И я вдруг вспомнила о зеленоватом свечении на городском погосте. Неужели?.. Эх, тогда веселенькое окончание ночи ждет барона Аугустуса, если ему вообще суждено встретить рассвет. Поднимающиеся мертвяки всегда голодны, убить их невозможно — разве что изрубить на мелкие куски и поджечь, приличного некроманта в Талье наверняка нет… Я в упор глянула на невозмутимого Хаэлли: тот греб себе да греб, и с каждым взмахом весла приближалась моя новая тюрьма.
— Что ты будешь делать, если с твоим хозяином что-нибудь случится?
Он удивленно моргнул, затем тряхнул головой.
— Почему вы задаете такие вопросы, леди Валле?
— Потому что я впервые вижу полуэльфа на положении слуги… или даже раба, — выпалила я, а сама подумала, что сейчас он меня точно изрубит на фарш.
Но Хаэлли загадочно усмехнулся.
— Мое положение — оно принято добровольно, леди Валле, и на короткий срок. Моя служба Лерию Аугустусу может закончиться очень скоро. Но, полагаю, нет нужды объяснять, в каких условиях почти-что эльф может согласиться служить человеку?
— Думаю, лучше объяснить, — я покачала головой, — я читала, что истинный эльф… ну, или почти истинный скорее убьет себя, чем…
— Вы совсем не те книги читали, — Хаэлли впервые взглянул на меня как-то по-новому, с уважением, что ли? — Есть условия, при которых даже чистокровный эльф может добровольно принять рабство, и эти условия…
Вдалеке гулко отгремел еще залп, и я заерзала на досках.
— Это возможно, если человек спас эльфу жизнь, — быстро закончил Хаэлли. И, нервно передернув плечами, проворчал, — знать бы, что происходит в Талье на самом деле…