Море внутри
Шрифт:
– А может быть, домашнее задание? – спросил Кирилл.
На самом первом занятии Кравцова записала в ежедневник домашние телефоны студентов, чтобы звонить родителям и жаловаться. Тогда она пригрозила, что ее лучше не злить, иначе она перестанет быть доброй, милой и хорошей. Именно это и случилось к началу первой сессии.
Ирина задала им все то же самое, что было в прошлый раз. Яне хотелось только спать, но сначала – добраться до компьютера и записать этот неприятный диалог.
В
Яна выбрала нужный файл и отправила Сереже на электронную почту. Это была история о жизни и приключениях обычной школьницы по имени Аня. За сто двадцать страниц семилетняя дворовая девчонка Аня учится и взрослеет, дружит и ссорится, влюбляется и плачет, смеется и злится. Живет на полную катушку, радуется простым вещам и постепенно превращается в очаровательную молодую девушку. Книга о лучших друзьях, первой любви и взрослении. Целых сто двадцать страниц! Яна удивлялась, как это ей удалось написать так много. Ей нравился процесс, а о результате она почти не думала. Даже наоборот. При мысли о том, что близится финал и придется расстаться со своими героями, ей становилось грустно. Поставив точку, Яна чувствовала себя уставшей и уже через пару дней мучилась от безделья. И страдала до тех пор, пока ей в голову ни приходила новая идея.
Отправляя повесть Сереже, Яна переживала. Эту книгу еще никто не читал, несмотря на то что Яна написала ее почти три года назад. На летних каникулах перед десятым классом.
Сначала она хотела, как в прошлый раз, подсунуть рукопись бабушке Гале, чтобы та прочитала и дала рецензию. Но этот раз бабушка тактично отказалась, сказав, что очень трепетно относится к печатному слову и будет сильно переживать, если ей что-то не понравится.
Интересно, что скажет Сережа?
Эти мысли не давали Яне заснуть всю ночь.
На следующую встречу он пригласил Яну в кафе. Когда они сели за стол, Сережа достал из сумки тяжелую стопку листов с распечатанным текстом. Все страницы были аккуратно скреплены пластмассовой пружиной. Яна узнала свою повесть.
– Я уже прочитал, – сказал Сережа, листая рукопись. На полях Яна заметила пометки простым карандашом. – Знаешь, неплохо. В этом что-то есть.
– Ты что-то писал там?
– Да, я исправлял ошибки, – кивнул он.
– А что, их много? – удивилась Яна. – У меня всегда было пять по русскому и литературе.
– Сама посмотри, – ответил Сережа, протянув Яне распечатку. Она медленно листала ее, читая каждое исправление. Они были на каждой странице. Яна не думала, что их будет так много. – Мне очень понравилась эта девчонка. Как там ее? Анька. Такая глупенькая, но все равно клевая. Ты классно ее описала. Как будто с живого человека. Эта Анька, она существует?
– Ну да, – неуверенно ответила Яна. – Мы раньше жили в одном доме, в соседних подъездах. Мы дружили класса до восьмого, а потом…
– Давай угадаю?
– Попробуй, – кивнула Яна, хоть и была не в настроении шутить.
– Она
– Не совсем так, – ответила Яна, внимательно выслушав Сережу. – Сначала мы поссорились и долго не разговаривали. А потом она улетела в другую страну и уже там окончила школу при посольстве России. У нее родители дипломаты. Я очень сильно виновата перед ней. Так и не решилась попросить прощения, а теперь уже поздно, наверное.
– Понятно, – хмыкнул Сережа. – Наверное, парня не поделили. Ну, признайся, увела у бедняжки парня, а теперь жалеешь, что потеряла подругу. Девчонки!
Яна пропустила его слова мимо ушей.
– Я могу это забрать? – спросила она, кивая на распечатанные листы бумаги.
– Нет, это теперь мое, – просто ответил он. – Оставлю себе на память. Кстати, ты мне его подпишешь?
– Подписать? – не поняла она. – В смысле?
– Ну, как обычно писатели делают на презентациях в книжных магазинах, – объяснил он. – Когда у них выходит новая книга, они собирают встречу с читателями и отвечают на их вопросы, а потом раздают автографы. Так вот. Подпишешь мне?
Яне казалось, что Сергей смеялся над ней. Тихо издевался. Ему не понравилась ее книга. Оно и неудивительно. Ему ведь почти двадцать пять, и он парень, а повесть о первой любви была написана для девочек, которым чуть больше двенадцати. Наверное, это нормально, что ему неинтересно. Он просто не понял весь драматизм событий и переживаний.
Яна расписалась на первой странице рукописи и поставила дату.
– Нет, так не пойдет. Ты должна написать какое-нибудь пожелание. Ты ведь написала столько страниц! Неужели у тебя не хватит фантазии, чтобы написать красивое и душевное пожелание своему бойфренду?
Яна задумалась и дописала: «С любовью Сереже».
– Доволен?
– Отлично! – рассмеялся Трушин. – И вот еще, посмотри. Вот тут. Я сейчас тебе даже зачитаю.
– Может, не надо?
– «Красное солнце падало на дорогу», – проговорил Сережа, еле сдерживая смех. – Красное солнце. На дорогу. Падало. Это как вообще?
– Ты что, никогда такого не видел?
– Ни разу.
– А я видела. Это бывает летом. Вечером, во время заката. Я такое на даче видела, много раз. Знаешь, это красиво. Просто, наверное, я подобрала не совсем удачные слова, чтобы описать это. Звучит и правда смешно. Но я подумаю и обязательно исправлю этот момент.
– Мне так нравится, что ты не обижаешься и спокойно воспринимаешь критику.
Яна улыбнулась, но ничего не ответила.
– Или вот это, слушай. «А глазами он смотрел на ее ноги», – зачитал Сережа и рассмеялся. – Глазами. Смотрел. На ноги. Это же гениально, Янчик! Тебе нужно отдельно записывать такие удачные фразы.
Яна смеялась. Спорить с Сережей не хотелось. Она считала, что он прав и справедливо придирается к ее неумелым текстам. Хоть он и был далек от гуманитарных наук, Яна прислушивалась к нему.