Море света
Шрифт:
— Эй, Линкольн, — говорит один из парней за столом, указывая на карту. И он переключает внимание на своего приятеля.
— Ребята, в прошлом месяце вы были в районе Неа-Бэй, как там рыбалка?
Я до сих пор не знаю, почему он смотрит на меня так, как смотрят на худшего человека в мире, но теперь я знаю его имя.
Линкольн Харди.
И, возможно, я никогда не забуду это имя после сегодняшней ночи.
— Я принесу ваш заказ, — говорю им, последний раз взглянув украдкой на Линкольна. Кажется, он не особо хочет смотреть на меня, но его глаза предают, встречаясь со мной взглядом.
Большую часть ночи я едва справляюсь с заказами, постоянно поглядываю на Линкольна и думаю, что он хотел бы не смотреть в мою сторону, но смотрит.
В разгаре смены выхожу из бара подышать свежим воздухом. На улице затяжная дождливая морось, и вместе с ней стелется туман. Мне нравится, как он нависает над причалом, проносясь через доки и оставляя после себя дух таинственности.
В такие моменты мне хочется курить. Я говорю это только потому, что чувствую, что в такие ночи, как сегодня, сигарета помогла бы расслабиться. Но я не курю. Девушка, у которой проблемы с сердцем, вероятно, не должна делать ничего такого, что может еще больше укоротить ее жизнь. Кто-то может подумать, что после пересадки сердца я должна быть в полном порядке, верно? Не совсем так. Теперь у меня гораздо больше шансов выжить, но мой организм может отторгнуть сердце. Прошло почти шесть лет, но я никогда не забываю о рисках трансплантации. Рак, инфекция и длинный список побочных эффектов. Не говоря уже о лекарствах, которые принимаю. Скажем так, я живу очень скучной жизнью. Не могу пить, курить, принимать наркотики. Мне нельзя всякое приятное дерьмо. Кроме секса. Вот… такие дела.
Не хочу секса с Линкольном, по крайней мере, я так думаю, но в этот момент я смотрю на бар, мой взгляд останавливается на окне, перед которым он сидит. Парень все еще прислоняется к кирпичной стене, держа алкогольный напиток в руке, но меня привлекает улыбка на его лице. Она такая же красивая, как и он сам. Широкая и счастливая, она даже отражается в его глазах. Линкольн поднимает руку, кружка с пивом касается его губ, а затем он выглядывает в окно. Я спряталась в тени, он никак не сможет увидеть меня через окно, но такое чувство, что видит.
— Джорни? — кричит Эйв. — Ты здесь?
Черт возьми. Он застукал меня. Выхожу из тени и сворачиваю за угол к черному ходу.
— Да, просто вышла подышать свежим воздухом.
Положив руку на дверной косяк, брат вздыхает и хмурит брови.
— Ты хорошо себя чувствуешь?
Киваю и делаю еще один шаг к нему.
— Я в порядке. — Честно говоря, не знаю, сказала ли бы я ему, если бы это было не так. Эйв потратил слишком много времени и денег, пытаясь спасти меня.
— За четвертым столиком хотят еще выпить, — бормочет он мне через плечо, когда дверь за нами захлопывается.
Вернувшись в бар, вдыхаю запах несвежего пива и жареной еды. Подхожу к столу и слышу, как Линкольн разговаривает со своим братом.
— Нет ничего плохого в том, чтобы ловить рыбу на побережье вдоль Ла-Пуш.
Прочищаю горло, и Линкольн единственный, кто не смотрит на меня.
— Парни, еще добавки?
Мужчины за столом кивают, но я жду
— Будешь еще? — спрашивает его брат.
— Нет. — Линкольн отодвигает от себя пустой стакан.
Мысль о том, что он уйдет, пугает меня по причинам, которых не понимаю, и я выдаю, не подумав:
— Выпивка за наш счет.
Эйв меня убьет.
— В таком случае… — усмехается Бэар, протягивая мне пустой кувшин. — Еще добавки, дорогая.
Я бы хотела, чтобы твой брат называл меня дорогой, трахая при этом.
О, боже мой. Откуда это взялось? Меня бросает в жар от этих мыслей. Тянусь за кувшином и замечаю, как Линкольн уставился на мою грудь. Я стараюсь не носить рубашки с глубоким вырезом, потому что ненавижу вопросы, которые задают мне люди, увидев мой шрам. Они всегда говорят одно и то же: «Ты так молода».
Да, но не настолько молода, чтобы не иметь проблем с сердцем.
Поворачиваюсь к бару с пустым кувшином. Мэл и Пресли стоят там с улыбками на лицах. Как только я подхожу, они набрасываются на меня с вопросами.
— Что между тобой и тем рыбаком в углу? — спрашивает Мэл.
Я тайно влюблена в него и была бы не против иметь от него красивых детишек. Притворяюсь, что не понимаю, о ком они говорят.
— А?
— С ним. — Мэл указывает на Линкольна. — Он наблюдает за тобой всю ночь, как будто хочет откусить от тебя кусочек.
Я бы позволила ему. Не могу это описать или даже понять, но притяжение к нему не похоже ни на что, что я когда-либо чувствовала раньше. Как будто мы связаны, и моя душа знает его из предыдущих жизней.
— Я не понимаю, о чем вы говорите. — Вместо того чтобы передать кувшин Мэл, которая обычно наполняет их пивом, я делаю это сама.
— Кто они? — спрашивает Мэл, глядя на Пресли в поисках ответа.
— Тот, что возле стены — Линкольн, а другой — его младший брат Бэар. Они рыбаки из Илвако. — Подруга кивает в сторону их стола. — Двое других из Ашары. Я не знаю, как их зовут.
Наполнив кувшин, возвращаюсь к столу. Чем ближе подхожу, тем больше понимаю, что раньше Линкольн бросал на меня беглые взгляды, будто не хотел быть замеченным. Теперь… он откровенно пялится на меня, и я изо всех сил стараюсь не споткнуться. Ставлю кувшин на стол и начинаю собирать пустые тарелки из-под еды.
Я не стою долго возле их стола, или, по крайней мере, стараюсь, но каждый раз ощущаю его присутствие. Линкольн занимает место в углу и мои мысли в течение нескольких часов. Не могу избавиться от них или от чувства, что мне нужно узнать его поближе.
Около двух часов ночи компания встает, собираясь уходить. Бэар подходит ко мне с кошельком в руке.
— Сколько с меня? — Он наклоняется к барной стойке, подмигивая. Он милый, даже очаровательный, с густой черной бородой и яркими голубыми глазами, но они не завораживают меня, как загадочные глаза его брата.
Бэар расплачивается со мной.
— Ты была права, — говорит он, улыбаясь, и засовывает кошелек в задний карман.
Смотрю на него, теребя наличку в руке.
— Касательно чего?