Море соли
Шрифт:
Внезапно проснулась и резким движением села в кровати. В комнате я была одна. Через плотно закрытую дверь доносились приглушенные голоса ребят в гостиной. Не могла определить который час, как долго я спала. А на прикроватной тумбочке стояла кружка с еще теплым кофе вместе с шоколадным круассаном. Это было так неожиданно и приятно одновременно. Кто же такой заботливый, интересно… Получается, я так крепко спала, что не слышала, как проснулся Макс, как принесли мне кофе.
Неизвестно, сколько бы я так просидела, предаваясь размышлениям и набираясь смелости выйти
– Как себя чувствуешь? – спросил он почти беззвучно. И искоса взглянул на тумбочку, где стояла нетронутая чашка с напитком. Понятно, чья работа.
Кровь прильнула к моим щекам, я покраснела и смутилась. Откуда у меня взялась способность постоянно краснеть, раньше таких реакций я не замечала за собой.
– Нормально, – шепотом отозвалась я.
На самом деле чувствовала себя растерянно. Но пора было начинать новый день. День, что я люблю вспоминать и сейчас, смаковать каждую минуту прошлого, наслаждаясь палитрой испытанных эмоций, особенно, когда скучаю по Максиму.
7
А вы не думали о том, почему так любите стоять под горячим душем? Считается, что люди, кому в реальности не хватает объятий, тепла, любви, так замещают отсутствие тактильности в своей жизни.
Прикосновение – это биологическая потребность присоединения или приближения; оно расслабляет нас, приводит к расширению сознания. Это одно из самых мощных проявлений любви. Мы передаём наши чувства, часто используя прикосновения. Когда мы встречаем кого-то, кто нам нравится, кто небезразличен, ожидаем, что он или она прикоснётся к нам. К руке, плечу, шее… а может, и затронет душу…
Весь день Максим ходил за мной по квартире. Невзначай касался то руки, то лица, то волос… Сначала я не придавала этому значения, а потом и сама втянулась в игру. Пьянящее было чувство. Танец страсти, нежности и предвкушения.
После завтрака я наводила порядок на кухне, он тихо подошёл сзади и своим дыханием всколыхнул прядь волос у моего виска, вызвав полчище мурашек по спине. Всего лишь взял кружку и налил воды. Кухонное полотенце выпало из его рук, конечно же, к моим ногам. Поднимая его, задел щиколотку, нежно дотронувшись… Невзначай, якобы случайно…
К обеду приехал Эдик, прихватив с собой три большие пиццы. Ребята болтали, обсуждали какие-то рабочие проекты. Я же не вмешивалась в мужские дела, но всё, что Макс говорил кому-то, было сказано для меня. За столом он обязательно оказывался сидящим рядом со мной. Уж очень ему хотелось произвести впечатление, это все понимали. Замечала и я. Толик постоянно раздражался, делал ему замечания:
– Ну что ты так громко разговариваешь, мы тебя прекрасно слышим!
Макс не обращал внимания и продолжал эмоционально что-то рассказывать, шутить, смеяться и украдкой поглядывать на меня, чтобы определить мои реакции.
Его тянуло ко мне. Он следил за каждым моим движением, жестом, будто удав, выжидающий подходящего момента для броска. Мы не
Вечером Максим объявил, что хочет показать мне город. И мы поехали вдвоем. Это было волшебно. Даже в самых смелых мечтах я не могла себе представить, что буду кататься по вечернему Сочи да ещё с человеком, к которому пробуждалась симпатия. Макс говорил много, постоянно что-то рассказывал мне… Я часто теряла нить беседы, не всегда успевая осмыслить поток информации. Сочи великолепен, но без Макса, я бы не полюбила его всей душой.
С одной стороны, Черное море, роскошные пляжи, ослепительно прекрасные, яркие и неповторимые закаты. С другой стороны, горы смотрят на мир спокойно и мудро, будто терпеливо ожидают, когда встретятся с вами глазами. Если вы еще не были в Сочи, обязательно приезжайте, здесь рай.
Гуляя по Олимпийскому парку, я, конечно, была поражена масштабностью сооружений. Оказалось, что Макс – дипломированный экскурсовод и знает о Сочи многое. Он стал рассказывать о том, что было здесь до строительства олимпийских объектов и как проходила Зимняя Олимпиада. Слушая монолог, я размышляла: «Он так много говорит, потому что ему не терпится мне рассказать все и обо всем, либо он просто нервничает».
– Ммм… как же ты вкусно пахнешь! – произнес Максим с придыханием.
Я смущенно молчала. Он такой открытый, чувственный. Мне казалось, что сейчас все звезды, все прожекторы Олимпийского парка направлены на нас, и опять мои щеки предательски покраснели.
– Можно я возьму тебя за руку? – посмотрел мне в глаза Максим, не обращая внимания на проходящую мимо группу туристов во главе с гидом.
– Хорошо, – тихо и неуверенно произнесла я.
– Почему такие холодные? Иди ко мне ближе.
– Да, я всегда и везде мерзну… – стала оправдываться зачем-то я.
После того как Максим слегка приобнял меня за талию, подтвердилась ещё одна догадка. Он увёз меня из квартиры, потому что хотел остаться наедине. Наши желания совпали: хоть бы этот день не заканчивался никогда. У меня было ощущение, что все это нереально, что прогулка, общение и объятия происходят не со мной или просто сон. Я четко осознавала, что мне хорошо с ним.
Олимпийский парк с Ледовым Дворцом «Большой», ледовой ареной «Шайба», ареной «Ледяной куб», стадионом «Фишт» и другими объектами, выстроенными словно в хороводе, занимает огромную территорию. В центре парка – площадь награждения и поющий фонтан.
Мы бродили, болтали, нашли работающее в это позднее время кафе. Я очень замерзла и проголодалась. Максим сам сделал заказ, потому что я долго не могла выбрать. Накормил, напоил вкусным капучино. Заботливо укрыл мои плечи теплым пледом. Наверно, это было наше первое свидание.