Море соблазна
Шрифт:
Он положил руки ей на бедра, и девушка, чувствуя, что колени ее подгибаются, медленно стала оседать на пол, – но Дивон тут же подхватил ее и стал заваливать назад, пока ее ягодицы не коснулись края стола, а его тяжелое тело не легло сверху. Естество его, стиснутое брюками, огромное и живое, бунтовало все неукротимей. Ощутив это прикосновение, Фелисити сама раздвинула ноги, словно приглашая насладиться сладкими глубинами своей плоти.
Капитан стонал, готовый взорваться каждую секунду.
Быстро
Палец его, наконец, нашел вход в волшебную пещеру, столь жаждущую властного проникновения, – в ней было горячо и влажно. Затем он медленно нажал на крошечное чувствительное ядро над входом, и Фелисити взвизгнула, содрогаясь в непроизвольных конвульсиях.
Дивон был даже не в состоянии полностью освободиться от мешающих ему брюк – он лишь стянул их книзу, чтобы не мешать своему трепещущему естеству, и развел ноги девушки еще шире.
Его вхождение на этот раз было мягким и глубоким, вызвавшим обоюдный стон. Локти Дивона опирались на грубо сработанный стол, а руки сжимали льющееся золото ее распущенных волос. Гладкие и упругие ноги обнимали его работающие бедра, а за окном с монотонным шумом лил дождь. Губы любовников под становившийся все более сумасшедшим ритм сливались все плотнее.
Первой почувствовала приближение оргазма Фелисити; она на мгновение замерла, сосредоточившись на одном ощущении и затаив дыхание, а затем содрогнулась в неистовом порыве, вбирая его плоть в себя еще глубже, впиваясь в потную скользкую спину и безудержно крича. Через секунду ей ответил и Дивон, изогнувшись и посылая в сокращающуюся воспаленную бездну свое семя.
Фелисити в изнеможении молчала, глядя на спутанные волосы капитана. Оба они едва переводили дыхание. Тела их казались невесомыми. Затем девушка открыла, было, рот, но тут же сомкнула его, не зная, что сказать. Дивон, не отрываясь, смотрел на ее истомленное счастливое лицо.
Перед ужином они зажгли все имевшиеся на кухне масляные лампы, и теперь она была освещена, как в праздник, но, увы, яркий свет все равно не давал возможности прочитать выражение его задумчивого лица. Наконец Фелисити смогла встать и нежно положила свою ладонь на спутанные колечки волос на его широкой груди.
В ответ он молча прижал ее руку своей – под ее пальцами радостно и доверчиво билось его сердце. Затем Дивон тоже поднялся и небрежно потянулся.
– Должно быть, стол был жесткий, а? – заметил он, подбирая разбросанную по полу одежду.
– Я не заметила, – честно ответила Фелисити. Капитан улыбнулся,
– Я бы, пожалуй, тоже не заметил.
Девушка беззащитным жестом прикрыла юбкой грудь, что весьма удивило и насмешило Дивона.
– Неужели нам действительно надо говорить о чем-то… теперь… как ты думаешь? – Первый раз в голосе его проскользнула нотка неуверенности.
– Не знаю, – девушка отвернулась, находя неприличным смотреть на то, как Дивон надевает брюки. – Кажется, здесь вообще не о чем говорить.
– Мы же занимались любовью на столе, Пресвятая Дева! – рассмеялся он, застегивая брюки и пробегая рукой по спутанным волосам, падающим на лоб.
– А вы полагали, что мне это неизвестно? – Для Фелисити удивительней была, скорее, скорость, с которой это произошло, и, завязав нижнюю юбку, она быстро натянула через голову платье и поспешила к выходу. Капитан догнал ее в холле и крепко взял за руку.
– Ну, в чем дело? Ты опять беспокоишься об этом… как там его зовут, словом, твоем… твоем нареченном?
– Его зовут Иебедия, – она попыталась вырвать руку, но тщетно. Тогда девушка почти со злобой посмотрела в красивое мужественное лицо. – Запомните: Иебедия! И если уж на то пошло, я действительно обеспокоена. – Она чуть замялась. – Ему бы не понравилось то… чем мы с вами сейчас занимались.
– Что-то я не видел его поблизости! – Дивон еще сильнее сжал тонкие пальцы. Раздражение его было абсолютно беспочвенным, и он знал это. У девушки есть жених – этого вполне достаточно, чтобы оставить ее в покое, но, увы, нелогичность его эмоций, вызываемых Фелисити Уэнтворт, не поддавалась ни анализу, ни укрощению.
Девушка втянула в себя воздух.
– Иебедия – наичестнейший, благороднейший человек. Он заслуживает девушку лучше меня! – Фелисити прикусила губы, вспомнив, что она уже таковой не является, а виновник этого стоит перед ней собственной персоной.
– В таком случае, нечего ему было отпускать тебя шляться туда, где кипит война, черт побери!
– Он меня и не отпускал! Тем более, это все равно не оправдывает моих действий! – Слезы уже застилали ей глаза, и она пыталась незаметно смахнуть их.
Рука Дивона разжалась.
– Итак, ты хочешь получить с меня обещание, что происшедшее уже дважды больше не повторится?!
Девушка подняла на него глаза, полные мольбы, видеть которую он не мог и не хотел.
– Послушай, – примирительно сказал он, усаживаясь на нижнюю ступеньку лестницы. – Я и сам не знаю, как это вышло. – Он закашлялся. – Я, конечно, виноват, но… Впрочем, ладно. Впредь я постараюсь.
Девушка присела рядом с ним на ступеньку лестницы, но капитан тут же поднялся.