Море Щитов
Шрифт:
Он сжал ее еще крепче, спрашивая себя, как судьба может быть такой жестокой. Почему? Почему все произошло именно так? Почему он не мог прибежать сюда хотя бы на несколько минут раньше? Почему у него не было возможности все объяснить?
Но теперь для всего этого было слишком поздно. Держа в руках мертвое тело Селезе, Рис упал на песок вместе с ней. Все его тело содрогалось от рыданий. Рис понимал, что он уже никогда — никогда — не будет прежним.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Гвендолин стояла рядом
Гвен знала, что это именно то, в чем нуждался ее народ. Разумеется, ей тоже нравилось все это великолепие, но ее желание порадовать своих людей заставило девушку устроить это зрелище, сделать его чрезмерным. Она знала, что иногда ее люди нуждаются в укрытии и защите, но время от времени им нужны радость и развлечение. В конце концов, развлечение является жизненной человеческой потребностью, как и любая другая. Чем будет жизнь только лишь с пищей и укрытием? Жизни нужна душа, большое развлечение. Отец всегда говорил Гвен, что хорошие правители учитывают потребности народа, а великие правители учитывают человеческие сердца.
Гвен медленно прошла по площади, предназначенной для церемонии — достаточно большой, чтобы вместить город. Она наблюдала за рабочими и давала небольшие поручения армии слуг, которые создавали декорации, приложив свою руку к свадебным приготовлениям, чтобы она была как можно красивее. Гвен хотела, чтобы ее мать могла сейчас находиться здесь, чтобы все это увидеть, чтобы она могла с ней отпраздновать. Было сложно перейти от похорон к свадьбе, и в глубине души девушка спрашивала себя, стоит ли им это делать. Но она знала, что это именно то, что им нужно, то, что нужно людям, и то, чего бы хотела ее мать.
Кроме того, Гвен также вдохновляла ее любовь к Тору и любовь к ее новорожденному сыну. Ей хотелось, чтобы эта церемония была самой красивой из всех, что когда-то происходили. Тор это заслужил. Их любовь это заслужила. Они с Тором вместе прошли через многое, поэтому на меньшее она не согласна.
Рис тоже хотел, чтобы эта свадьба была великолепной для него и для Селезе. В конце концов, Рис — ее брат, член королевской семьи и он тоже заслуживает самую грандиозную свадьбу, которую только может предложить королевство. Гвен была уверена в том, что отец и мать, будь они живы, хотели бы не меньшего. А поскольку их здесь нет, чтобы стать свидетелями происходящего, как было на свадьбе Луанды, все эти приготовления легли на плечи Гвендолин. Она чувствовала, что должна вести себя не только как Королева и невеста, но и как отец или мать для Риса. Хотя это было легко, учитывая тот факт, как они были близки с Рисом, и как она сблизилась с Селезе, которая уже была ей как
Слуги следовали за Гвен, подгоняя под нее великолепное свадебное платье. Они работали над этим платьем несколько месяцев и теперь оставалось завершить лишь несколько последних штрихов. Гвен старалась стоять спокойно, пока они вносили коррективы, закручивая превосходные шелка вокруг ее рук и ног, делая измерения и усовершенствования.
Гвендолин окинула площадь взглядом и осталась довольна. Хотя в глубине души она не знала покоя. Гвендолин предавалась размышлениям, как поступал ее отец. Она посмотрела через площадь на королевский двор, на свое королевство за ним, и подумала о государственных делах. Гвендолин волновалась, что было присуще хорошей Королеве. Все было идеальным, сверкающим, блистательным, как никогда красивым. Но Гвен почему-то не могла избавиться от ощущения, что надвигается какая-то ужасная буря.
«Миледи? Мы больше не можем ждать», - поторопил ее слуга.
Гвен посмотрела на него и поняла, что он прав. На нее нахлынула волна беспокойства, когда она в миллионный раз спросила себя, где же могут быть Рис и Селезе. Селезе следовало быть здесь еще несколько часов назад, а Рис, насколько она знала, прибыл из Верхних Островов и виделся с их матерью перед ее смертью. Рис тоже должен быть здесь. Но где же он? Неужели они оба могли забыть?
Ей это не казалось вероятным.
Становилось поздно, и Гвен знала, что репетиция должна продолжаться, и она кивнула в знак согласия.
Протрубили в рог, Гвен и Тор пошли по бесконечному свадебному проходу, держась за руки. Каждый из них держал по одному зажженному факелу. Их сопровождал ряд слуг, когда они пошли по проходу во время репетиции, медленно направляясь к алтарям. По обе стороны от них находились пустые стулья, ожидающие гостей. Гвен знала, что скоро тысячи людей займут свои места. Она ощутила бабочек в животе. Все становится реальностью.
Это была последняя репетиция перед большим днем, и сердце Гвен трепетало от волнения. Кроме того, девушка нервничала. Это будет самый великий день в ее жизни, и ей хотелось, чтобы все прошло гладко. Все королевство будет присутствовать на ее свадьбе, а зная людей, она понимала, что они будут высматривать любые признаки предзнаменований.
Они подошли к алтарю и поставили факелы на предназначенное для них место. Тор помог Гвен, когда они поднимались на площадку.
Гвен окинула взглядом алтари и удивилась. Где Аргон? Он должен быть здесь, чтобы председательствовать на ритуалах и церемонии. Неужели он не пришел потому, что это репетиция? Появится ли он в день свадьбы?
Гвен стояла, ощущая растущее дурное предчувствие. Она увидела два других факела на алтаре, где они простояли всю ночь — факелы Риса и Селезе — и, обернувшись, окинула взглядом темноту.
Девушка чувствовала, что что-то не в порядке. Было так не похоже на ее брата и Селезе, которая была здесь с ней на протяжении всех этих месяцев, которая прошла все этапы приготовлений, не прийти на репетицию. В конце концов, они все играли свадьбу в один день, и Гвен знала, как много это значит для Селезе.
Неужели они ушли куда-то вдвоем?
Гвен всмотрелась во мрак и почувствовала боль в животе. «Только не сегодня», - подумала она. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы в этот день не случилось ничего плохого.