Мордред

Надя Яр

Мордред

Дисклеймер 1

. Идея Богов над Городом позаимствована в этой форме из романа Максима Макаренкова «Ангелы крови». Остальное в рассказе моё, т. е. это никоим образом не фанфик, а попытка нащупать раскрытие темы Воцарившихся Богов с интересными мне героями в интересном для меня ракурсе. В романе всё это вообще никак не раскрыто, а тема вкусная, так что я полагаю себя в своём праве.

Дисклеймер 2

. Гомоэротика есть. Читатель предупреждён.

I

— Я

выбрал, — сказал Герт Лайт.

— Да?.. Что же?

Голос Артура звучал невнятно и сонно. Герт понял — звонок его разбудил.

— Я в своём кабинете. Сейчас я выйду отсюда, выйду из Управления, спущусь в гараж и возьму одну из «серых» машин. Хочу, чтобы меня никто не видел.

На том конце воцарилось молчание. Герт стоял у панорамного окна, глядя на башни Города и на Обители Богов и представляя напряжённое лицо Артура. Старый лис быстро соображал, как выкрутиться.

— Никто. Это и будет твоё доказательство. Сделай это — и я поверю тебе во всём.

Герт врал — поверить он мог бы разве что в колдовство Артура, никак не в его убеждения, мировоззрение и аргументы, которыми бывший регулятор отстаивал дело всей своей жизни. Но колдовство было ложью, как всё остальное — …

— Хорошо, — сказал Артур. — Выходи и иди в гараж, только ни на кого не смотри. Даже мельком. От твоего взгляда сыплется штукатурка со стен.

— Чья бы корова мычала. Я выхожу. До скорого.

Городской регулятор Герт Лайт положил телефон в карман, взял кейс и вышел. Вики, его секретарша, работала за столом в приёмной. От ноутбука в розовые ушки женщины змеился проводок наушников. Музыку слушает, уши заняты на работе — а ведь Герт это ей запретил… Он отвёл взгляд — условия есть условия — но отметил, что Вики не обращает на него внимания. Обычно она вздрагивала и поднимала глаза, как только он появлялся — неважно где, перед ней, сбоку, сзади.

— Виктория? — негромко сказал Герт, надеясь, что её просто отвлекла музыка, как в тот раз, когда она пропустила звонок из Думы, после чего он и вынужден был запретить ей наушники. Краем глаза он видел, что Вики перестала печатать и нервно оглянулась по сторонам — но не сказала ни слова, хотя её босс стоял в проёме двери. Герт думал, стоит ли заговорить с ней, но тут Вики сделала то, чего никогда бы не сделала, если бы поняла, что он рядом — сунула пальцы в вырез блузки и поправила лямку бюстгальтера, сбившуюся на плечо. Сомнения исчезли. Она его действительно не воспринимала.

Второй его секретарь, Симон, даже на нервный взгляд пожлобился. Герт вошёл в его кабинет и с минуту стоял перед самым бюро, рассматривая бумаги и корешки книг в шкафу, но краснощёкий молодой юрист даже не почесался. Он продолжал упорно что-то искать в сети. Герт обошёл бюро и заглянул в его ноут. Симон скачивал порнографию. Вкусы его оказались консервативны — звёздами роликов в видимых окнах были полногрудые сочные брюнетки, своего рода вульгарные и развратные версии Симоновой жены-южанки, интеллектуальной и жгучей. Герт усмехнулся, но в общем остался доволен. Действительно неприятно было бы обнаружить, что Симон втайне предпочитает мальчиков. Или собак.

Герт шёл по коридорам. Изумление его росло. Поражала не столько невидимость — никто, в самом деле

никто

из десятков его подчинённых его не заметил, не поздоровался, не кивнул, не удостоил улыбкой, в точности как заказано — с этим он очень быстро смирился. Нет. Поражал весь открывшийся новый расклад. Герт миновал посты на выходе из здания — у

него не проверили пропуск — охрану — ОПОНовцы не моргнули, когда он щёлкнул пальцами перед носом у одного из них — первую дверь — вторую — стальные врата — оказался на лестнице под открытым небом — и всё это время думал одно, одну мысль: как это Артур позволил себя победить, лишить должности, власти, вышвырнуть из кабинета, убрать за Город? С этими ТТХ! Как такое случилось?

У входа в гараж Герт засомневался. Надо было сунуть пропуск в сканер — а ну как машина его не узнает, пропуска не прочтёт, поднимет тревогу, а там и проход его обнаружится мимо постов? Объясняй давай, как выбрался из кабинета невидимкой… Герт вдруг понял, что это так или иначе придётся объяснить, как только он вернётся на работу. Чёрт с ним.

Однако сканер сработал. Машину Герт выбрал жёлтую, неприметную и дешёвую, как и положено неофициальным, «серым» колёсам. Сел за руль, поразмыслил и позвонил Артуру. Тот долго не отвечал. Когда Герт уже собирался нажать отбой, звонок был принят.

— Алло?

Артур молчал. Герт слышал только его дыхание — громко и как-то неравномерно — и только поэтому знал, что связь есть.

— Я в гараже, выезжаю, — сказал он.

Артур судорожно втянул воздух — будто бумага зашелестела — и ответил:

— Не надо. Завтра… Нет, послезавтра.

— Послезавтра?..

— В воскресенье приезжай.

— Окей, — легко согласился Герт. — Время мне пригодится. Надо подумать.

На том конце что-то щёлкнуло.

— Артур?

Молчание — на этот раз полное, никаких звуков. Герт посмотрел на экран, но так и не понял, оборвалась связь или нет. Он положил телефон на приборную панель, завёл мотор и без проблем выехал из гаража через «серый» ход. Обогнув Кольцо Сити, регулятор вырулил на запад. По мере того, как машина выбиралась из тени домов Богов, Герту становилось легче — всё, думать, чувствовать и дышать. Он до сих пор не понимал, была ли это психосоматика или реальный эффект

их

присутствия в мире, да и не особенно задавался этим вопросом. Они не давали ему дышать полной грудью, вот что было важно. Через двадцать минут светофоров и лёгких пробок жёлтый «серяк» катился по Толл. Герт ехал к Артуру.

II

Машину тоже никто не видел — или не обращал на неё внимания, что означало одно и то же. Магия? Просто надёжная «серость»? Насколько она надёжна и он невидим? Что можно себе позволить? Герт не позволил себе ничего, хотя проехал мимо нескольких дворцов, хозяев которых давно хотел навестить с ордерами на обыск, арест и высылку в арктические просторы. По мере того, как Толл уползала в закат, дворцы сменились усадьбами, те — милями обыкновенных домов, дачными посёлками, чудом уцелевшим унынием нищих довоцаренческих деревень и снова усадьбами, виллами, а потом и дворцами. Он тоже мог бы здесь жить, где-то на золотой миле, но отказался от мысли — не из принципа, как полагали части электората, а потому, что знал, насколько эта местность незащищена. Проживай Герт здесь во время Галлюциногенной, прошлогодней войны с мафией, ни он, ни его семья не пережили бы зиму. Хозяева Толл не желали видеть под носом фликов, охрану и прочее «быдло», держали его подальше, поэтому в случае чего никто не мог бы доехать до их домов вовремя, чтобы спасти хозяев. Артура от меня никто не защитил — даже охрана — даже его — подумал Герт.