Мор
Шрифт:
Задрапированные простенькой однотонной тканью стены, туалетный столик, широкая кровать. Не иначе – гостевая.
Я махнул рукой развалившемуся на диванчике Валентину, и усач в один миг оказался рядом.
– Что нужно делать?
– Сейчас мальчишку вытащу, ты его за ноги примешь. И аккуратней, не сломай ему ничего!
– Все в лучшем виде сделаем! – фыркнул Дрозд.
– Ты напился уже, что ли? – пригляделась к нему Берта.
– Да все в порядке! Чего вы на меня наговариваете?
–
Сам заскочил в комнату, обошел экзорциста со спины и осторожно потянул на себя. Тот, как стоял – будто к доске примотали, – повалился назад, и мне с трудом удалось удержать его от падения, перехватив под мышки уже у самого пола. Тяжелый, зараза!
Попятился, стукнул пяткой в дверь и кое-как переступил через порог. На помощь сразу кинулся Валентин, и в четыре руки мы под звон нашитых на кожаное одеяние серебряных колокольцев занесли паренька в соседнюю комнату. Там Дрозд наступил на край плаща и едва не завалил нас всех на пол, но устоял и, тяжело отдуваясь, спросил:
– На кровать его?
– Нет, отпускай.
Кое-как мы установили уподобившегося изваянию монаха на ноги, убедились, что он не упадет, и отошли к двери.
– А чего не на кровать? – уже в коридоре удивился Валентин.
– Чтоб не расслаблялся.
С немым удивлением наблюдавший за нами маркиз шумно сглотнул и покачал головой:
– Вот это раскорячило его!
– Бывает, – махнул я рукой и вытер с лица пот.
– С Вероникой точно все в порядке? – с подозрением уставился на меня Левич.
– Все в порядке, – уверенно заявил я и с невозмутимым видом соврал: – Брат-экзорцист почти завершил ритуал, остались сущие пустяки.
– Поверю вам на слово, – успокоился хозяин дома и повернулся к неуверенно заглянувшей в холл служанке с грудью столь вызывающих размеров, что просто удивительно, как маркиза еще терпела ее в доме. – Марта, проходи!
– Да, ваше сиятельство…
– Себастьян?
– Смотри, красавица, – улыбнулся я и крутнул меж пальцев золотую монету, – есть полновесный флорин и непутевый девственник. Поможешь мне избавиться и от того, и от другого?
Марта вопросительно глянула на маркиза, тот кивнул, и тогда девица ловко перехватила золотой.
– Легко! – фыркнула она, но когда заглянула к экзорцисту, то неуверенно замерла на пороге. – Ой…
– Все в порядке, – ободрил я служанку. – Ты, главное, расшевели его.
Девица хихикнула и скрылась в комнате, а правильно истолковавший вырвавшийся у меня нервный смешок Левич отпил бренди и подмигнул:
– Не беспокойтесь, Марта и мертвого расшевелит.
Маркизу было видней, но все же я
– Берта! – окликнул я с трудом удерживавшуюся от смеха девушку и тихонько попросил: – Иди присмотри пока за Вероникой. – Но сразу придержал ее и шепотом уточнил: – Надеюсь, у тебя нет противоестественной тяги к молоденьким девицам?
– Моя единственная противоестественная тяга – это ты, – парировала девушка, зашла в комнату и уже через порог спросила: – На что обращать внимание?
– Если судороги начнутся или корчи, сразу меня зови. И за свечами следи, как прогорать начнут, предупреди.
– Знаешь, – улыбнулась вдруг Берта, – ты ведь вполне мог не тратить золотой, достаточно было просто попросить меня…
– Даже не смотри в его сторону, – украдкой погрозил я циркачке. – И не думай даже!
– Ты ревнуешь, дорогой?
– Нам с ним еще работать, поэтому не рой себе яму. Усекла?
– Как скажешь, любимый…
– Тьфу на тебя, – тихонько выругался я и захлопнул дверь. Взял оставленный на столе бокал и одним махом влил в себя бренди.
– Миклош, наполни бокал Себастьяна! – распорядился развалившийся на диванчике Левич.
– Не стоит, ваше сиятельство. Пока не стоит.
– Долго еще?
– Уже скоро.
Какое-то время я слонялся из одного угла в другой и посматривал на часы, потом не выдержал и заглянул к Берте.
– Все в порядке, – обернулась та на скрип двери. – Потеет только сильно, и все.
– А свечи?
– Горят.
Я с шумом перевел дух и, стараясь не выказывать беспокойства, перешел к соседней двери. Требовательно постучал, и уже через пару минут в холл выскочила растрепанная Марта.
– Ваш мальчик такой проказник, такой проказник! – прощебетала она, поправляя платье. – А уж какой выдумщик!
– Марта! – шикнул на служанку Левич, и хихикнувшая девица убежала из холла.
Следом показался нахлобучивший на голову широкополую шляпу брат-экзорцист.
– Ваше сиятельство… господа… – растерянно оглядел нас монах, и даже закрывавшая низ лица полумаска не помешала разглядеть, что похвалы девицы вогнали его в краску.
– Посмотрите мне в глаза, – потребовал я. Пригляделся и, не уловив ни малейших признаков бесноватости, уже со спокойной душой поторопил его: – Работайте. Время не терпит.
Звеня колокольчиками, экзорцист заскочил в комнату с бесноватой; мгновение спустя оттуда вышла Берта и вопросительно глянула на меня.