Монтагнард
Шрифт:
– Энни я не виноват, – попытался оправдаться парень.
– А кто виноват? – девушка застегнула жёсткий колет из хитина пещерного муравья, стягивая грудь. – Кто занимался продажей настойки и закупкой сырья? Знаешь, что Рик?
– Что Энни?
– Надо было заниматься своим делом! Работать, а не развлекаться! Повзрослей уже озабоченный неудачник.
Девушка одела высокие сапоги со стальными наколенниками и направилась к двери.
– Энни, – окликнул её парень в дверях. – Пообещай мне, что вернёшься, когда я добуду достаточно серебра.
– Рик, – девушка остановилась, что-то обдумывая. –
Энни вышла из лаборатории и побежала. Если он её остановит она не сможет ещё раз его оттолкнуть. Слёзы непроизвольно покатились по её щекам. Она продолжала бежать, понимая с Риком их пути разошлись навсегда. Бёдра и лёгкие горели огнём.
Разбитая и изнеможённая девушка рухнула в каменную пыль туннеля. Её била крупная дрожь истерики. Она всё потеряла и сейчас единственное правильное решение было отрезать прошлое и начать всё сначала. На этот раз всё будет по-другому. Абсолютно всё.
Сбросив с себя слабость, девушка поднялась, вытерла слёзы и отряхнулась. Энни с ужасом осознала, что находиться далеко от безопасной зоны. Её фиолетовые глаза прекрасно видели в темноте. На них она полагалась и из-за них собиралась вступить к искателям.
Искатели отважные люди, рискующие своими жизнями глубоко в туннелях. Один удачный рейд позволит заработать достаточно серебра на новую лабораторию. Необходимо немедленно идти к ним. Чем быстрее вступит, тем быстрее проявит себя и её возьмут в команду. Хорошая команда залог богатства, но сначала она навестит сестру.
***
Подземный город Монтагнард связан с поверхностью подъёмником. Технологическим чудом, вершиной инженерной мысли человечества. Подъёмную платформу сконструировал великий магистр Крамальтук.
Большая деревянная площадка ради безопасности была огорожена перилами, но это не спасало очень любопытных путников. Во время движения платформу невозможно было остановить, как и спасти упавшего с неё человека. Его попросту перемалывало в кашу металлическими зубцами колёс, которые поднимали и опускали платформу. В движение эту махину приводила сила подземной реки, что вращала опущенное в неё колесо. Колёса были скреплены между собой прочным тросом. Когда платформа достигала подземной части, колесо поднимали из реки, давая время на выгрузку, затем его вновь опускали в воду. Платформа делала небольшой поворот её вращающиеся зубчатые колёса попадали в специальные пазы и поднимали платформу вверх.
Энни десятки раз поднималась и опускалась на подъёмнике, но каждый раз как в первый. Она была заворожена как ребёнок, по сути она и была ещё ребёнком. Хорошо сформированная женщина, но ей было всего шестнадцать лет.
На широкой платформе царил гомон. Старатели и искателе поднимались на поверхность имея только одну цель, посещение дома утех. Работники этих самых домов устраивали шоу в центре платформы, завлекая клиентов. Девушки и парни на любой вкус танцевали, изгибались и делали совершенно невообразимые вещи. Самые нетерпеливые искатели получали услуги прямо вовремя подъёма.
Платформа достигла поверхности. Люди замерли, наслаждаясь тёплыми лучами солнца. Многие из них месяцами работали под землёй, чтобы получить шанс
Едва одетые искусители одновременно хлопнули, привлекая внимание. Подземники разбившись на группы как птенцы, толкаясь и торопясь, следовали за своими провожатыми.
Энни дождавшись, когда подъёмник опустеет спокойно направилась к дому утех «Имей мечту». Там работала её сестра Милли. Подземный огонёк Милли. Восходящая звёздочка, пользующаяся огромной популярностью как у мужчин, так и у женщин.
Дома утех, выкрашенные в яркие краски, имели соответствующие вывески, но этот отличался. Лучшее заведение не нуждалось в рекламе. Трёхэтажное здание с широким крыльцом. Толстые бежевые колонны поддерживали просторный балкон с изящной балюстрадой.
Две высокие двустворчатые двери были закрыты. У каждой створки стоял крепкий по пояс голый мужчина. Натёртые маслом мышцы блестели на солнце. Мужчины не двигались, олицетворяя стальную надёжность. Когда Энни подошла к двери никто из них не взглянул на неё. Ей не пришлось стучать, массивные двери как по мановению беззвучно открылись.
Энни шагнула в просторный холл. Пожалуй, это единственное место, в доме которое ей нравилось. Мягкие диваны и кресла, разделённые между собой прозрачной белой тканью. Зеркальный пол и матовый белоснежный потолок украшенный яркими светильниками.
В воздушном кресле прямо напротив входа сидела женщина. Вытянутое, смуглое, ничем ни привлекательное лицо. Наголо бритая готова, яркий макияж и кольца, множество колец. На пальцах, на запястье, на лодыжках, на бёдрах, на шеи, на талии, в ушах, в носу, везде где только можно были серебряные кольца. Кроме них на женщине больше ничего не было. Мадам Ямб. Перед ней стоял круглый столик, на котором лежала раскрытая книга.
Женщина томно подняла веки. Тёмно-карие глаза уставились на Энни. Мадам Ямб подняла левую руку ладонью вниз.
– Госпожа извиняюсь за визит, – коснувшись лбом руки, проговорила Энни.
– Если надумала пойти по стопам сестры ты мне не подходишь, но я могу посоветовать пару домов где тобой заинтересуются, – нежно, едва слышно проговорила женщина.
– Мадам хватит каждый раз предлагать мне одно и тоже, – осматривая холл сказала девушка.
– Твоя сестра работает, – бросив взгляд на книгу, сказала мадам.
– Мы не планировали встречу, – вздохнув, начала Энни. – Спонтанный порыв. Мне необходимо поделиться случившимся. Можно я подожду её?
– Спонтанный порыв? Ах юность, может желаешь воспользоваться нашими услугами? Эвия скоро освободится, – улыбнувшись одной стороной лица, спросила женщина.
– Опять вы за своё, – улыбнувшись в ответ, сказала Энни.
– Всё жду, когда ты сдашься, – мадам Ямб махнула рукой в сторону дивана.
– Спасибо, – поблагодарила девушка.
Энни едва успела коснуться дивана, как к ней подошёл молодой человек. Он был намазан маслом, но в отличии от охранников его мышцы не выглядели мощно. Парень не олицетворял непоколебимую сталь, наоборот он был эластичным, гибким как резина. Энни всем своим естеством захотелось прикоснуться к нему, погладить его мышцы. Когда она осознала, что с вожделением рассматривает его грудь было уже поздно. На нём была белая маска, но без сомнения под ней он улыбался.