Монстр
Шрифт:
Брейкер слез с кровати и пошел в ванную, намылил мочалку и вернулся, чтобы вытереть меня, прежде чем натянул пару спортивных штанов и протянул мне одну из своих футболок и пару штанов.
— Штаны? — спросила я, сдвинув брови.
— Куколка, как бы мне ни хотелось все время пялиться на эти длинные ноги, ни за что на свете я не дам Шоту такой же привилегии.
Я засмеялась, качая головой, когда скользнула в штаны. — Ты знаешь… если мы окажемся где-нибудь в теплом и солнечном месте… Я все время буду в купальнике… Все будут смотреть на мои ноги.
Брейкер
Я засмеялась, качая головой, когда он натянул на нас одеяло.
Раздался стук в дверь, прежде чем раздался голос Шотера. — Там все прилично? Не то чтобы я был бы против увидеть все твои безупречные изгибы, Алекс, дорогая, но Брейкер, да… не хочу знать тебя так хорошо.
— Войди, — позвала я, поднимая голову с груди Брейкера, чтобы увидеть, как входит Шот с кофе в подстаканнике в одной руке и коричневой сумкой в другой.
— Кофе и рогалики, — предложил он, кладя все это на тумбочку между нашими кроватями, снимая обувь, снимая ремень и подходя к сумкам, чтобы порыться в поисках какой-нибудь одежды.
Он задрал рубашку, и я получила полный обзор его тела. И это не было похоже на бесконечные гребни точеных мышц Брейкера. Но он был подтянутым и стройным, с совершенно сексуальной силой, очевидной под всеми его красочными татуировками. И я имею в виду… всеми. Он был покрыт ими от пояса джинсов до орла на шее.
— Есть какие-нибудь новости? — спросил Брейкер, виноватым рывком отрывая меня от моего маленького зрелища.
Шотер направился в ванную, расстегнул брюки, ненадолго прикрыл дверь и вышел в черных баскетбольных шортах, низко сидящих на бедрах. — Во всех новостях. Похоже, они сосредоточились на какой-то идее нового игрока в городе, учитывая, что есть так много «преступных организаций». Дом Лекса, который постиг последний взрыв, был уничтожен пожаром. О нем ни слова. Хейлшторму нанесен минимальный ущерб, — сказал он, потянувшись за кофе, когда сел на край кровати лицом к нам, его глаза скользнули по нашей интимной позе с некоторым любопытством, но в основном со странным одобрением. Как будто он был рад этому. — Но это место практически несгораемо со всеми теми контейнерами и прочим дерьмом.
— Приспешники? — спросил Брейкер.
Шот пожал плечами. — Это место тоже было подорвано. Но их там не было. Рейн, Кэш и Волк были все на каком-то званом ужине, из-за которого Саммер взбесилась.
— Рейн, Кэш, Волк и Саммер? — спросила я, приподняв брови. Я знала о них из своих исследований. Рейн был президентом МК. Кэш был его братом и вице-президентом. Волк был дорожным капитаном. А Саммер была «старушкой» Рейна или как там байкеры называли своих женщин. Я спрашивала не об именах, а о близости, с которой Шотер их произносил.
— В прошлом я выполнял с ними кое-какую работу, дорогая, — сказал
— Есть какие-нибудь версии?
Шотер покачал головой. — Я ни с кем из них напрямую не разговаривал. Просто подслушал разговор одного из их кандидатов.
— А как насчет Малликов? — я поймала себя на том, что спрашиваю, думая о Шейне и его девушке. Я не знала, знает ли он их, но все еще надеялась, что все они живы и здоровы.
— Бар был закрыт, — сказал Шот со странной резкостью в голосе.
— У Чаза никогда не закрывается, — сказал Брейкер, слегка приподнимаясь, и я поднялась с ним.
Шотер кивнул, как будто соглашаясь. — Я знаю. Но так и было.
— Вы же, ребята, не думаете, что это сделали Маллики, не так ли? — спросила я, переводя взгляд с одного на другого.
— Не в их стиле, — ответил Брейкер.
— Тогда что это за странный невербальный разговор, который вы двое сейчас ведете? — спросила я, подняв на него бровь.
— Просто кажется, — начал Шотер, привлекая мое внимание, — что, возможно, им сообщили о взрывах.
— Что? Кто?
— Потому что Джейни умна, — сказал Брейкер, привлекая мое внимание. Я полностью села, отодвинувшись от его груди, чтобы посмотреть на него.
— Объясни, — потребовала я.
— У нее был какой-то план. Блядь, если это дерьмо провернула она? Нехорошо. Ты не связываешься с четырьмя крупнейшими игроками в городе. Это дерьмо равносильно самоубийству. Особенно поиметь людей, которые приняли тебя и обучили, — сказал он, имея в виду людей из Хейлшторма, лагеря выживальщиков, в котором она жила и работала, — она чертовски глупа, раз сделала все это. Но она достаточно умна, что убедилась, что жертв не было нигде, кроме как у Лекса.
— Но зачем вообще взрывать другие места?
— Чтобы создать хаос. Может быть, дать себе шанс уйти, — сказал Шотер, привлекая мое внимание, — как сказал Брейк, Джейни умна. У нее есть какой-то план. Я предполагаю, что дополнительные взрывы должны были сбить всех с толку. Никто не узнает, на кого возложить вину. Что дает ей шанс сбежать или очистить свое имя. Кто знает. Нам придется наблюдать издалека.
Я кивнула. — Брейкер говорит, что мы едем куда-то в холодное и снежное место, где мне придется надеть много слоев одежды, — сообщила я ему.
— Как будто мы собираемся, блядь, трахаться, — сказал Шотер, одарив меня ослепительной улыбкой, — мне нужно наверстать упущенное за неделю, погоня за юбками. Я не собираюсь гоняться за какими-то гребаными эскимосами. Мне нужен легкий доступ. Так что мы едем туда, где тепло и солнечно, и Брейкеру просто придется, блядь, с этим смириться. Верно, дорогая?
Я улыбнулась ему, затем повернулась к Брейкеру, который бросил на меня взгляд, который явно подразумевал, что он не слишком доволен идеей о том, что мы вдвоем объединились против него. А также, зная, что это, скорее всего, произойдет в будущем.