Монстр
Шрифт:
— Гаст? — несколько отвлеклась девушка от сокровенного места Гасты.
— Да, я подумал, что ей нужно дать новое имя, — ответил я и снова прикусил ушко лежащей передо мной девочке. — Слышишь? Теперь твоё имя Гаст, — прошептал я, когда удостоверился, что получил её внимание.
— Ара-ара, а я, видимо, здесь затем, чтобы наглядно продемонстрировать этому ребёнку суть взрослых отношений? — ехидно поинтересовалась Акэно. И стала расстёгивать мне ширинку.
— Я знал, что ты поймёшь меня.
Она освободила мой напряжённый инструмент, и девочка, прижавшись к нему,
Акэно начала водить руками, а после и вовсе стала лизать его. Девочке тоже перепадало, она, постанывая, хотела большего, только я не давал ей этого. Затем Акэно запустила в неё свои пальчики и стала играться с клитором, добившись от Гасты более сладких и громких стонов.
Бывшая ферзь Риас даже отвлеклась от меня, усиленно доводя девочку до финала. Не переставая играть с ней, она в какой-то момент решила добавить немного электричества, на её лице проступила садистская улыбка и она пропустила сквозь пальцы лёгкий заряд тока. В ту же секунду девочка издала громкий писк на грани с ультразвуком и финишировала.
— Да, — кивнула Акэно. — Теперь я понимаю, почему Гаст.
— Ага, именно поэтому, — согласился я. — Продолжим? — спросил я, откладывая в сторону девочку.
— Конечно! — ехидно сказала она, запрыгивая на меня.
Не терпя ни секунды, она направляет меня в себя и со сладким стоном опускается. Одновременно с этим она начала покрываться словно саваном из молний, который лишь добавлял острых ощущений и пикантности ситуации.
Мы не спешили и двигались размеренно, страстно целуясь, и ждали, пока девочка придёт в себя и увидит эту картину. Я при этом игрался с её объёмной грудью и добивался большего сжатия. Вот любит она пикантную боль…
Левой рукой помогаю ей двигаться, а правой играюсь с её соском, то неторопливо его покручивая, то оттягивая, а то и вовсе начиная тянуть её грудь к себе. Не вытерпев, начинаю играть с её грудью своим языком.
В этот момент девочка наконец-то пришла в себя и стала наблюдать за нами, играя с собой. В комнате стояла лёгкая полутьма, так как за окном уже был вечер и освещение было соответственным, однако в комнате плясали маленькие золотые молнии, освещающие всё вокруг небольшими вспышками бело-золотистого света, при этом иногда они перескакивали на девочку и доставляли ей удовольствие.
А мы тем временем всё продолжали играть друг с другом, и девушка тоже игралась с моим телом. Я же в какой-то момент стал терять терпение, наши движения стали нарастать… чтобы в один миг прекратится. И нет, это был не конец, я просто решил сменить позу.
Акэно ещё не успела понять, что произошло, а я уже поставил её в позу собаки и стал нетерпеливо в ней двигаться, при этом я стал оттягивать её к себе за руки, в отчасти даже заламывая их. Девушка отреагировала так, как я и думал — она вмиг стала более чувствительной и громкой. Да, ей нравится такое, ей нравится, когда над ней доминируют. Что поделать, ведь она, даже будучи садисткой, при этом отчасти является мазохисткой.
Движения
— Ара, кто-то была плохой девочкой и игралась с собой, пока мы показывали тебе, чем занимаются взрослые, — прокомментировала это Акэно. — Атрум, что скажешь, её нужно наказать?
— Определённо нужно, — согласился я.
— В таком случае… — многозначительно сказала она.
— О да… — понял я.
Миг — и мы держим девочку за руки и за ноги. Акэно раздвинула ей ноги и стала лизать, а я начал играться с её телом, попутно не давая ей перевернутся и уползти… и спустя несколько секунд замечаю, что она и не пыталась этого сделать.
Видя это, я снова пристраиваюсь сзади к Акэно. И снова повторяется процесс, но теперь Акэно бьёт электричеством и меня, и Гасту, что вызывает у девочки стоны удовольствия. Похоже, они нашли друг друга… В процессе они обнялись, и Гаст, чувствуя меня внутри Акэно, при этом пыталась слегка туда-сюда ёрзать.
Но всё когда-нибудь заканчивается, и закончили и мы, и девочке, что находилась в обнимку с нами, тоже перепало немного той энергии, что циркулировала между мной и Акэно. Однако мы не давали ей ощутить удовольствие полностью, хоть она и хотела.
Пока она ещё не готова к этому, и пусть ей уже 15, но всё же ей необходимо переосмыслить всё произошедшее и решить, нужно ли ей это. Акэно, кстати говоря, потом долго игралась с ней и держала её на грани, не давая кончить.
Теперь даже если она и задумается о своём положении, то воспоминания о том времени, когда она была Гаспером, будут вызывать у неё дискомфорт и некую неприязнь, словно страшный сон или фильм о событиях, что произошли словно бы и не с ней. Думаю, что после такого она крайне неохотно станет вспоминать свою прошлую жизнь полувампира. Ведь именно став полноценной девочкой, она получила доступ к удовольствию, причём уже тогда, когда сознание ещё только осознавало всё то, что произошло с ней.
Всё-таки сознание — это штука довольно прихотливая, и даже если думаешь, что всё в порядке, а нет-нет да обнаруживаются некоторые отклонения. К примеру, его мания, будучи ещё Гаспером, одеваться в женское — это именно отклонение. Так что теперь у меня в стае хотя бы нормальная девочка была, а не непонятное нечто, которое и само-то определится не может, кто оно.
На следующей день я презентовал компании Гасту, и вот теперь их реакция была правильной: девочку облепили со всех сторон и даже стали тискать. Она сразу поняла, что тут не нужно стеснятся, да и довольно сложно стеснятся, когда на тебя со всех сторон изливают тепло.