Monsta.com: Леди-демон
Шрифт:
На глазах снова выступили слезы. Только они были горячими от радости.
– О, Боги… – выдохнула Айрис, пряча улыбку. – Что мы сделали не так, Крис? Я только что хотела произнести длинную речь о том, что ты свела нас всех вместе… Почему ты опять плачешь?
Я могла лишь судорожно кивать, пытаясь проглотить слезы и прийти в себя.
Нет, вы все сделали так! Я постараюсь больше не плакать. Все будет хорошо. Теперь все обязательно будет хорошо!
Глава 4
Название главы – «Дни минувшего будущего» (англ.)
В комнате нещадно воняло краской. Да и во всей квартире тоже. Хотя два строительных вентилятора работали на полную катушку.
Я просунула палец под респиратор и раздраженно почесала нос. А потом тыльной стороной руки утерла пот со лба, заправила выбившиеся пряди под косынку и оглядела деяния рук своих. Губы чуть изогнулись в улыбке под респиратором. Увиденное показалось мне едва ли не маленьким чудом.
Еще вчера, когда я впервые за несколько месяцев переступила порог нашей с Джен квартиры в Бетесде, то дала себе зарок – не реагировать, что бы меня там ни ждало. А ждала меня практически полностью опустевшая комната Джен. Все ее вещи пропали и из гостиной. Даже часть фотографий и листков с записями с Карты Счастья, Времени и Дружбы, которая продолжала висеть на стене, загибаясь порванными частями к центру. Кажется, тогда я невольно присвистнула – слабое вашингтонское солнце умудрилось поработать на славу за все то время, что карта находилась на своем месте. Под порванной, сползающей со стены бумагой угадывался более темный цвет стены. И еще более серый.
Тогда я порядком разозлилась. Хоть это определенно было мелочно. Припомнила и устроенную Мими «встречу» после моего возвращения в апартаменты из Майами. Фея буквально поднимала глаза к потолку. Будто я не стоила даже ее взгляда. Лишь холодно повторяла, что «мастер Драйден» вернется вечером в пятницу, а в субботу уже отбудет на благотворительный прием, организуемый Присциллой Вульф. Затем вспомнила Мака, когда тот едва мог говорить, и ночь, когда Джен сказала мне те самые слова на крыше этого дома.
Я разозлилась настолько, что полезла снимать карту со всеми фотографиями и стикерами. После этого на стене ничего не осталось, кроме неровных следов большого прямоугольника. И я решила, что просто обязана исправить и это. А может, и покрасить всю комнату вообще! Не возвращать же миссис Дорсетт квартиру в таком виде?
Если, конечно, мне не придется сюда переехать. Снова.
Сложенная карта, оставшиеся фотографии и листики с пометками отправились в картонную коробку, которую я аккуратно подписала маркером. После всего, что было на острове, у меня появились силы сделать именно это. Аккуратно переупаковать прошлое и найти ему новое место – возможно, в рамках со стеклом или в красивом фотоальбоме.
Все-таки хорошие снимки не должны выцветать и желтеть под лучами солнца. Блекнут и воспоминания, что они несут за собой. А мне бы этого не хотелось.
Пальцы
Смешно ли мы выглядели? Да. Очень и очень. Особенно, когда смотришь в прошлое. Только в груди что-то закололо, как осколки стекла.
«Если не получится помириться с Драйденом, значит, я вернусь в нашу старую-добрую квартиру… Понятия не имею, что буду делать дальше, но я вернусь!»
Удовлетворенно посмотрев на окрашенную в один слой стену и пленку на полу и отодвинутой мебели, я опустила валик на длинной ножке в поддон с краской. Неожиданно мой желудок недовольно заурчал. Так отчаянно громко, что это вызвало недоумение.
«Вот гадство! – возведя глаза к потолку, подумала я. – Голодна, как самый настоящий гребаный монстр! Кажется, придется закончить чуть позже, а пока… Нужно сходить за бургерами… или парой кусочков пиццы. Нет, лучше за целой пиццей!»
Переодеваясь в ванной, я невольно бросила на себя подозрительный взгляд в зеркало. Особенно на то, как выглядели грудь и живот. Чувство голода буквально съедало меня изнутри. Наверное, это из-за месячных, которые должны скоро начаться.
У меня же нет причины для беспокойства, верно? Я ведь по сей день пью таблетки. Хотя возможно, через неделю они мне станут без надобности. Возможно…
Я на миг опустила взгляд и закусила губу. А потом состроила зеркалу недовольную мину и начала отскребать засохшую песочно-золотистую краску со щеки. Краска не оттиралась, и мне оставалось только злиться на чертово пятно. А заодно на солнце, на голод, на Ван Райана, да, похоже, вообще на все подряд.
Когда я заставила себя оборвать эти дурацкие мысли, мне показалось, что в моих глазах мелькнул прежний задор. Тот, что ощущался утраченным. Неожиданно я улыбнулась себе в зеркале и через голову натянула черную майку.
На выходе из дома пришлось еще раз проверить почтовый ящик. Утром я вычистила его от газет, рекламы и старых счетов. Присцилла Вульф не посчитала нужным пригласить меня на свой прием, во всяком случае, именная карточка так и не появилась в ящике как по волшебству. И ни сова, ни даже ворон не торопились мне ее принести.
Смешно. Шутить про себя я теперь стала чаще. Это хороший знак.
Но одновременно с этим внутри поселилось неприятное беспокойство.
Драйден ни разу не сказал ничего о своих планах посетить мероприятие. Он действительно решил пойти туда? Потому что так положено? Потому что формально между Троицей и Комитетом нейтралитет? А если это опасно?
Об этом мне тоже придется поговорить с ним. Да и о многом другом. Пусть у нас будет еще один день. И я постараюсь сделать его как можно более… прекрасным. Наверное. Ведь план у меня уже был.