Монетка на удачу
Шрифт:
— Ну, я рад, что все закончено.
— Кроме бумажной волокиты. — Джош покрутил головой, поводил плечами, прокашлялся: — А ты что здесь делаешь?
— Я нашел одного из тех детей — мальчика. Его зовут Бен. Имя матери — Ребекка Муни. Муни — ее девичья фамилия. В замужестве — Реймонд. Но самое важное — она училась с Дженнифер в школе.
Глаза Джоша широко распахнулись.
— Да ну! Значит, девочка на записи с камеры слежения действительно Стефани?
— Да. — Уайт занервничал, осознав, как близок к возвращению дочери. — И Бен опознал Дженнифер в женщине,
— Парнишка не знает, где его мать?
— Нет. По его словам, каждую пару недель она исчезает на несколько дней. Думаю, связана с каким-то эскортным агентством. Бен сказал, что она обычно отсутствует недолго, но на этот раз ее нет около двух недель. Вскоре после исчезновения его матери и появилась женщина, назвавшаяся матерью Эмили… Так он зовет Стефани.
— Понятно. Продолжай.
— Когда женщина — ее имени Бен не помнит — сказала, что забирает Эмили, Эмили-Стефани закатила истерику. Не хотела бросать своих друзей. Поэтому та женщина забрала и Сару, сестру Бена. Сказала, что присмотрит за ними, пока не вернется мать Бена.
Джош поднял руку ладонью вперед.
— Погоди, я запутался. О скольких женщинах мы говорим?
— Всего о двух — Джен и Ребекке.
— И троих детях?
— Да, одна из них Стефани, но она живет под именем Эмили.
— А двое других — Бен и Сара?
— Да. Стефани жила с Беном и Сарой, когда Джен занималась своими делами, один бог знает где.
Джош с отвращением покачал головой:
— Джен украла твоего ребенка и бросает его с кем попало. Убил бы ее.
— Занимай очередь, — зловеще произнес Уайт.
— Где сейчас Бен?
— У Адрианны.
— Шеф-повара «Винченцо»?
— Она мне помогает, — ответил Уайт, старательно игнорируя любопытство, вспыхнувшее в глазах приятеля. — Я использовал ее как наживку. Решил, что дети объявятся, если снова увидят ее в проулке за рестораном, и оказался прав.
— И все? Она всего лишь… наживка?
Под пристальным взглядом Джоша Уайт вздохнул.
— У меня сейчас нет на это времени.
— На мои вопросы? Или на Адрианну? Мне показалось, что вы очень сблизились.
— Адрианна мне просто помогает.
— И поэтому ты приволок ее на помолвку сестры? Я позвонил Саммер извиниться за то, что пропустил вечеринку, и она мне все уши прожужжала о тебе и красавице брюнетке, от которой ты не мог отвести глаз и с которой на час исчез наверху.
— Саммер слишком болтлива.
— А еще она сказала, что ты уже два года столько не улыбался.
— Не помню, чтобы я улыбался, — пробурчал Уайт. — И это мое личное дело. Адрианна чувствовала себя виноватой из-за того, что не обратилась за помощью, когда столкнулась с детьми, и хотела все исправить.
— Какое благородство!
— Она хороший человек, очень хороший, — убежденно сказал Уайт и заметил понимающий блеск в глазах Джоша. — Хватит. На это у меня нет времени. Я должен работать.
— Валяй. Еще полчаса, и я в деле.
—
— Когда ты так близко к Стефани? Даже не думай. Чем я могу помочь?
— Ребекка работала в ночном клубе, закрывшемся несколько месяцев назад, — «Рикки». Танцевала стриптиз под именем Делайла Реймонд. Возможно, и Джен там танцевала. Я должен найти любого, кто работал в клубе до закрытия.
— Я поговорю с парнями из отдела нравов. Может, у кого-нибудь остались контакты.
— Отлично, спасибо.
— Знаешь, Уайт, если в твоей жизни появится женщина, это не самое худшее на свете.
— Я все еще не очухался от своей последней женщины, — проворчал он, направляясь к своему столу.
Час спустя Уайт уже многое знал о Ребекке Муни. В двадцать лет она вышла замуж за Генри Реймонда, затем родила двоих детей, Бена и Сару, которым на данный момент соответственно двенадцать и девять. Генри погиб в автокатастрофе, когда Бену было восемь, а Саре пять. Ребекка устроилась секретарем в компьютерную фирму, разорившуюся через год, за последующие два года сменила несколько временных работ и в конце концов приземлилась в клубе «Рикки». За восемь месяцев после закрытия клуба никаких сведений о работе Ребекки в Сан-Франциско не было. Чем бы она ни занималась, ей явно платили наличными, так что отследить ее будет сложно.
Нахмурившись, Уайт листал компьютерные файлы в поисках информации. Последним известным адресом Ребекки значилось многоквартирное здание в Сан-Франциско, однако Бен сказал, что они много месяцев жили в мотеле, так что эта информация бесполезна.
— Кажется, я что-то нашел, — сказал Джош, подходя к столу Уайта с листком бумаги в руке. — Некая Ким Брейди танцевала в «Рикки» стриптиз. Теперь она работает в цветочном магазине на Юнион-стрит, и как раз ее смена. Я сказал, что хочу посоветоваться насчет цветов на мою свадьбу, и назвал твое имя. Она тебя ждет.
— Отлично. — Уайт вскочил на ноги. — Большое спасибо.
— Не за что. Продолжу поиски на случай, если с Брейди не выгорит.
— Я свяжусь с тобой после разговора.
Выходя из участка, Уайт позвонил Адрианне и обрадовался, сразу же услышав ее голос.
— Бен еще с вами?
— Да, смотрит телевизор. Я сушу его одежду. Он немного расслабился после вашего ухода, и не похоже, что спешит уйти. Как ваши успехи?
— Ищу его мать. Джош нашел женщину, работавшую в «Рикки». Еду поговорить с ней, а затем перезвоню вам.
— Буду ждать. Надеюсь, она скажет что-нибудь полезное.
— Я тоже.
Уайт прыгнул в свою машину и помчался через город с максимально дозволенной скоростью. Юнион-стрит, с дорогими бутиками, ресторанами и барами, протянувшаяся всего в нескольких кварталах от набережной и залива, была популярным в Сан-Франциско местечком. Когда Уайт припарковал машину и вышел, его окутали ароматы еды из морепродуктов и хлеба на закваске, с коими он и ассоциировал эту часть города.
В цветочном магазине Уайт увидел привлекательную рыжеволосую женщину, расставлявшую цветы на главном прилавке.