Монастырь
Шрифт:
– Мы пошли в Дельту, - не ответил юноша.
– В Дельте живет их сила. Туу-Пси призвал нас уничтожить Дельту и все Смертельные Земли.
– Разве можно их уничтожить?
– изумилась девушка, и Эль согласно закивал, снова кашляя кровью.
– Убить там все, - мрачно проговорил рассказчик.
– Убить все живое, сжечь растения и засыпать реки. Так сказал Туу-Пси.
– Вы никогда прежде не были вблизи Смертельных Земель!
– воскликнула Элоиз.
– Тому, кто их видел, подобное даже не придет в голову! Да вашу саранчу Дельта и не заметит, тамошним тварям она на один зубок!
Воин оскорбленно замолчал,
– Все под силу людям. Вырубить леса, убить всех самых страшных гадин, извести под корень мерзкое племя пауков-людоедов. Но люди должны осознать свое единство. Только сообща мы можем победить. В Первый Великий Поход шли со мной десятки сотен, во Второй с моими сыновьями пойдут сотни сотен сотен. Мы призовем под наши знамена людей из Леса, с Гор, прибрежных жителей. И прежде чем чудовищ из Смертельных Земель, прежде чем даже смертоносцев, мы будем убивать предателей. Тех, кто помогает проклятым раскорякам пить кровь своих собратьев!
«Прикуси-ка язык!
– добавил Туу-Пси только для Элоиз.
– Если я расскажу этим людям, кто тебя вырастил, оба вы, ты и твой друг, не доживете до заката!»
«Куда ты ведешь свою армию?- беззвучно выкрикнула девушка.
– Что еще ты затеял?» «Нет больше никакой армии, - погрустнел старик.
– Этот отряд и еще один такой же, идущий следом за нами, - вот и все, что осталось. Столкнувшись с Дельтой, с необходимостью идти на смерть ради победы грядущих поколений, степняки струсили и принялись разбегаться… Они нарушили данную мне клятву! Однако без шамана Туу-Пси предатели сделались беспомощной добычей патрулей смертоносцев, и Степь усеяли их кости. Тогда проклятые дезертиры потребовали, чтобы я помог им вернуться, они убили троих из пяти моих сыновей! И я повернул оставшихся верными мне назад. Но не затем, чтобы кого-то спасти, а только чтобы мстить!» «Мы видели много трупов в Степи…»
«Не думаю, чтобы хоть один сумел вернуться домой! Я нахожу их, спрятавшихся от смертоносцев, и убиваю! Несколько лет я скитался от племени к племени, убеждал, просвещал. Я дал им луки, дал им организацию, дал им надежду! А теперь степняки ломают новое оружие, потому что хотят снова жить как прежде. Подлые твари. Но больше всего они хотят убить меня. А Туу-Пси хочет, чтобы никто из предателей не вернулся домой. И у него есть несколько десятков верных людей, которые помогут ему это сделать».
«Постой-ка… - Элоиз только теперь поняла размеры катастрофы.
– Все мужчины Степи ушли с тобой в поход, а эти люди с тобой - все, кто вернулся?» «Эти и еще пара сотен скитающихся по округе дезертиров. Как раз сейчас мы преследуем еще один такой отряд. Никому из них не скрыться, я чувствую, всех их чувствую!» «Но Степь обезлюдеет!
– захлебнулась от негодования Элоиз.
– Ты увел людей на смерть ради своих дурацких планов и теперь…» «Десятком лет раньше, десятком лет позже… - Старик ускорил шаг, показывая, что разговор окончен.
– Степь обезлюдела не из-за меня, а из-за твоих друзей, проклятых смертоносных раскоряк. Кроме того, ты неблагодарна к своему спасителю. Подумай об этом, у тебя есть немного времени до темноты».
Старик
– Привал!
– наконец скомандовал вождь своей маленькой армии в тот момент, когда Элоиз уже совсем было собралась мысленно попросить пощады для такого же несгибаемого, но уже едва дышащего Эля.
– Костров не жечь, где-то неподалеку смертоносцы. Много развелось в нашем небе этой нечисти, почуяли неладное…
– Туу-Пси!
– обратился к старику сын, командир одного из двух отрядов.
– Должен ли я послать человека к Пси-Раа с приказом объединиться на ночь?
– Пси-Раа так сильно ждал этого приказа, что уже и сам почти догнал нас, - ухмыльнулся отец и зыркнул хитрым глазом на Элоиз. Видимо, лишний раз блеснуть возможностями своего разума перед пришелицей из далекого края было для него чрезвычайно приятно. Впервые с момента этого странного полуспасения-полупленения девушка почувствовала себя обнаженной, и вместе с этим пришла ясность того, что ощущение это у нее появилось тоже с ведома старика.
– Пойди сам, Пси-Соо, обрадуй старшего брата.
Осчастливленный юноша будто скинул с себя всю усталость после долгого перехода и бегом помчался известить Пси-Раа о совместном привале. Между тем его отец отошел в сторону, чтобы дать своим бойцам какие-то распоряжения, и девушка воспользовалась случаем, чтобы перекинуться несколькими словами с Элем.
– Надеюсь, у них хороший знахарь, - прокряхтел охотник сквозь кашель.
– Харкаю кровью и ноги не чувствую совсем… Есть тут всякие специальные травы, да я их и не знаю толком, нас женщины лечили…
– А что за странные у них имена?
– Элоиз давно тревожил этот вопрос.
– Вроде бы, они степняки, а имена не ваши.
– Есть сказка о племени Пси… Может, это и не сказка… - прохрипел Эль, вытягиваясь на траве.
– Хоть и короткая, но лучше в другой раз расскажу… А ты понравилась старику…
Элоиз почувствовала, что сейчас веснушчатого охотника просто необходимо поцеловать, и без колебаний сделала это. Эль с благодарной улыбкой прикрыл глаза, а суета, сопутствовавшая остановке на ночлег, на миг прервалась. Мужчины-степняки успели привыкнуть к непривычной в их краях стати девушки и явно ею заинтересовались.
Это заставило Элоиз потратить несколько минут на сооружение из веточек кустарника и травы хоть какого-то наряда. Идти в нем было, конечно же, нельзя, а вот сидеть на траве, не привлекая безумных взглядов - вполне. Армия… Хорошо еще, что степняки не отличались пылким темпераментом, вырождение живших почти изолированно племен делало свое дело.
Разобравшись со своим внешним видом, а заодно и сложив для терпеливого Эля подобие подушки из листьев, девушка попробовала прислушаться к разговорам воинов. Те сноровисто копали «колодец» (обычное дело в Степи, где вода почти всегда оказывалась не более чем в двух локтях под травой), ловко сооружали из снопиков травы лежанки, разводили огонь, ловили съедобную мелочь, которой под ногами здесь всегда довольно тому, кто ею не побрезгует.