Монахи моря
Шрифт:
– Ты можешь сделать так, чтобы их подобрали, – сказал Лоу. – Для этого достаточно сообщить по телефону…
Мейси качнул головой.
– Это мы уже проходили, парень.
– Но тебе-то какая разница?… Через три недели придет сменный катер, и все все равно узнают, что ты здесь… Неужели ты дашь утонуть двум ребятам ради этих трех недель?
– Дело не в том.
Не веря своим ушам, Лоу глядел на него:
– Ты хочешь сказать… ты желаешь, чтобы они утонули?… Я думал, Рози – твоя девушка.
– Маленькая грязная сучка, – пробормотал Мейси. – Утонуть и так слишком хорошо для нее…
Атмосфера за завтраком была напряженная, как никогда. Смотрители почти не притронулись
Напряженность слегка спала после завтрака, когда смотрители поднялись наверх, чтобы заняться прожектором. Только тогда Мейси смог позволить себе некоторое время не обращать на них внимания. Один из них находился наверху на платформе, полируя оптический прибор, а другой, расположившись на верхней ступеньке стремянки, протирал стекла. Мейси перегнулся через перила, внимательно всматриваясь туда, где раньше виднелось желтое пятнышко. Теперь там ничего не было, ни малейшего признака, указывающего на присутствие беглецов.
Уныние выразилось на его лице, он разочарованно отвернулся от моря. Чувство злорадного удовлетворения, связанное с вероятной гибелью дезертиров, было недолгим. Теперь он сознавал, что остался один. Бейкер и Рози были не самой веселой компанией, особенно после смерти Митчела, но это было лучше, чем ничего. Мейси никогда раньше не существовал просто сам по себе, во всяком случае насколько он мог вспомнить. Вокруг всегда были люди, почтительно смотрящие на него, любующиеся им. Это придавало силы. Теперь же он остался один. Положение вожака исчезло, потому что вести за собой было некого. Его маленькое королевство развалилось на кусочки. Всего несколько дней назад, с горечью думал он, у него было шесть человек, чтобы выполнять его приказания. Трое лейтенантов и трое рабов. Теперь же из шести остались только двое. Два врага, чтобы разделаться с ним… Криса можно уже не считать. Крис скоро умрет…
На какое – то время его охватила жалость к самому себе. Он всеми покинут… Если бы Крис не вылез без спроса, Митчел не был бы застрелен, а Бейкер и Рози не сбежали бы… Ни от кого из них не было никакой пользы. Не стоило тратить на них столько сил. Паршивая мелкота, не стоит даже думать о них… Тем не менее ему их не хватало.
Потом его настроение изменилось к лучшему. Да, сейчас его положение не из лучших, но очень скоро он заставит говорить о себе. Его репутация, пожалуй, пострадала, но еще далеко не все потеряно. Любой, кто так подумает, очень сильно ошибется. Он не собирается умирать – пока еще, во всяком случае. И если умирать, то, конечно, прихватив с собой побольше народу. С ним все еще его револьвер – такой же могущественный, как и всегда. Он может нагнать страха на Лоу и заставить замереть на месте Робсона, наведя на них пушку. Они видели, что пуля сделала с Митчелом, они не захотят, чтобы такое же случилось с ними. Он все еще может заставить Лоу выполнять его поручения и готовить еду, а Робсона – делать невинные отчеты
Когда Мейси ближе к вечеру начал думать, как устроиться на ночь, он ясно понял, каким опасным для него стало теперь соотношение сил.
Беда в том, что он не мог сразу связать обоих смотрителей. Можно заставить одного из них связать другого. Так он выходил из положения всю вторую половину дня. Робсон уже много часов сидел связанный. Но второй все еще оставался свободен, и Мейси ничего не мог с ним поделать: чтобы завязать узел, нужны две руки, и ему тогда пришлось бы положить револьвер и оказаться один на один с физически сильным противником. Он не мог пойти на такой риск. Мало ли что случится…
Таким образом выходило, что по ночам один из них, Робсон или Лоу, будет свободен. Пока Мейси сохраняет бдительность, это не имеет значения – до тех пор, пока он не заснет. Но в конце концов сон свалит его, если не в первую ночь, то во вторую… И тогда тот, кто будет свободен, захватит револьвер. Конечно, можно найти какое-нибудь уединенное место, забаррикадироваться и на ночь предоставить смотрителей самим себе. Но это тоже очень опасно. Они смогут разговаривать друг с другом, составят план действий, не опасаясь, что он им помешает. Свободный смотритель развяжет другого. Они могут свободно ходить по башне, и утром он не будет знать, где они… У него, конечно, револьвер, но будет ли этого достаточно? Против одного – да, но против двоих?… И не устроят ли они ему засаду?
Эта мысль его встревожила. Они могут спрятаться за дверью или за изгибом винтовой лестницы и наброситься на него без предупреждения одновременно с двух сторон. Это для них было бы смертельно опасно, но сейчас они, должно быть, оба доведены до отчаяния. Особенно Робсон. Похоже, старший из смотрителей готов пойти на любой риск. Робсон очень изменился после смерти Митчела. До этого он казался почти добродушным, беспокоился только о том, чтобы маяк работал исправно. Теперь вид у него суровый, решительный. Возможно, они уже готовятся к нападению. Это может случиться в любой момент. Да, когда-нибудь это непременно произойдет. Находиться в башне небезопасно, пока их двое…
Двое против одного…
Ну что ж, есть один простой способ разрешить эту проблему!
Мейси, сидя на стуле с револьвером в руке, холодно обдумывал наиболее подходящий способ… Он не ждал каких-либо неприятностей со стороны второго смотрителя, но без него он будет чувствовать себя безопаснее. Пожалуй, нет смысла устраивать тут кровавую бойню. Или хотя бы тратить еще одну пулю…
Через некоторое время он пошевельнулся.
– Как там насчет чаю, малыш?
Лоу наполнил чайник, поставил его на плиту и начал возиться у топки, стараясь разжечь огонь посильнее.
– Сходи лучше принеси еще угля, – сказал Мейси. Лоу молча взял ведерко для угля и вышел из комнаты. Мейси подошел к окну. Был отлив.
– Думаю пойти прогуляться по рифу, – произнес он, глядя на Робсона. – Тебе тоже лучше пройтись, дедуля, тебе это будет полезно.
Он развязал Робсона. Ему нетрудно было это сделать одной рукой.
– О'кей, иди вниз…
Робсон двинулся вперед. Просидев связанным всю вторую половину дня, он был рад теперь немного размять ноги. Они прошли мимо кладовки, где Лоу все еще наполнял ведерко углем, и спустились к входной двери. Робсон открыл ее и выглянул наружу. Ветер с юга усилился, и на море появились барашки. Солнце клонилось к закату, и небо предвещало бурю.