Шрифт:
Глава 1
Нику было тяжело.
И дело было даже не в слабости, постоянном холоде или ангине. Дело было в ситуации. Он лежал на щитах и безвольно смотрел на висящую перед ним надпись:
Внимание! Задание обновлено: Добраться до Северной обсерватории (ближайшая стела).
Срок выполнения: 22 дня.
Награда: пакет «Удалённая точка доступа».
пакет «Звездочёт».
Принять? Да / Нет
Несанкционированный
Куда идти – он, в принципе, понимал. Не случайно в последние дни ему то и дело снились отвесные горы, расположенные к северо-западу от его нынешней берлоги. Что делать сейчас – тоже было понятно. Восстанавливать силы и готовиться к походу в горы. А вот с «зачем» было сложнее. «Выжить» звучало в его голове как-то неуверенно. Вроде да, нужно, но сейчас-то особо и не к спеху…
Больше всего его нынешнее состояние напоминало первый день выхода с долгих школьных каникул или затянувшихся новогодних праздников. Вроде пора вливаться в учёбу или работу, но сил на это совершенно не было.
Ник вздохнул, сунул в рот ложку с остывшей гречкой и монотонно заработал челюстями.
Он всю свою сознательную жизнь находился в бегах. Сначала бегал от кошмаров по штатам, потом и вовсе сбежал на другой континент – в дикую Россию. И снова это бесконечная беготня, дурацкий подъём на Эльбрус, дурацкие суперы, дурацкие русские спецагенты, дурацкая воронка, в конце концов!
Знал ли он, что попадёт в другой мир?
Знать не знал, но догадывался. Ведь не зря же ему снились все эти сны? Ник тщательно прожевал очередную порцию гречки и задумчиво хмыкнул. Да, сны определённо помогли ему не сойти с ума и достаточно спокойно принять тот факт, что он – чёртов попаданец.
Ник поёрзал на щитах, устраиваясь поудобнее, и отложил пустой котелок из-под гречки в сторону. Будучи холостяком и путешественником, он совершенно точно знал, что кастрюлю из-под гречки следует замочить немедленно после еды, чтобы её было легче мыть. Но сейчас сил еле-еле хватало на размышления.
Ник изо всех сил старался понять, ради чего ему стоит продолжать идти непонятно куда и делать непонятно что.
Попадание сюда, обнаружение Чаши, которая оказалась какой-то Линзой Порога, и стеклянного моста, который связывал эту Чашу с горами. Переход по стеклянному мосту. О-о-о! Переход…
Ник неосознанно поёжился, вспоминая ту бесконечную ночь.
Но даже тогда было проще. Остаться в Чаше – смерть. Замешкаться на мосту и упасть в бездну – смерть. Остаться на ночёвку в обсидиановом коридоре – страшная смерть. Ночевать без палатки – смерть холодная…
Сейчас, валяясь на деревянных щитах, Ник осознавал, насколько ему повезло. Сначала он самостоятельно смог выкопать берлогу, потом притащить щиты, а затем появился Котя с едой…
Про бонусы, полученные от неизвестно кого, он и вовсе молчал. Хоть медальон и сожрал основные очки характеристик, но улучшенное кровообращение совершенно точно спасло Нику жизнь. Да и полученный класс…
Учитывая
Вот только что делать дальше – парень не знал.
Остаться в снежной берлоге? Закончится еда, и он обессилеет ещё больше. Идти к горам? В его нынешнем состоянии он далеко не уйдёт. Вернуться назад? Исключено.
Ник запустил руку в мешочек с орехами и закинул в рот один орешек. А может, плюнуть на всё и поспать ещё немного? Как там русские говорят: «Утро вечера мудренее». Парень скривился и закрыл глаза. Он ненавидел себя за малодушие, но сил трепыхаться не осталось.
«Думай, Ник, думай, – хмуро посоветовал он сам себе. – Вспоминай, что дядя советовал делать в таких случаях?»
И сам себе ответил:
«Разозлиться. Придумать награду. Испугаться. Сильно-сильно чего-то захотеть…»
«Вот и разозлись, – воспрянул духом Ник, открывая глаза. – На себя, к примеру. Давай, если я встану, то вспомню любимую музыку?»
– А зачем вспоминать? – пробормотал он себе под нос. – Я не хочу вспоминать, я хочу послушать нормальную музыку, и я её послушаю!
С усилием приняв сидячее положение, он вытащил из-за пазухи стельки, вложил их в ботинки и с трудом натянул на ноги холодную обувь. Стараясь не обращать внимания на дрожь в ногах, поднялся и достал из рюкзака телефон с солнечной батареей.
Телефон и батарею он рассовал по карманам, а в освободившиеся руки взял баклер и рапиру. Плечо стрельнуло тупой болью, в груди похолодело, а перед Ником появилось сообщение:
Внимание! Слугам и золотарям запрещено использовать воинское (за исключением посохов) и метательное оружие. В случае использования меча произойдёт одномоментное понижение всех характеристик на 10 %
– Да больно надо, – поморщился Ник. – Это не оружие, это моя лопата!
Нацепив на себя страховку, он затянул её трясущимися руками и сунул в петлю рапиру. Надел на себя пуховый жилет и выполз из берлоги.
Утреннее солнце резануло по глазам, и Нику пришлось вернуться к рюкзаку за солнечными очками и кремом от загара. Повторно выбравшись из своего снежного дома, он раскинул руки в стороны, ойкнув от вспыхнувшей в левом плече боли, и вдохнул полной грудью.
– Хорошо! – стоило Нику увидеть солнце и величественные горы, как его сердце тут же наполнилось тихой радостью.
Посмотрев на цепочку кошачьих следов – Котя как ушёл на охоту, так ещё и не возвращался – Ник положил на снег баклер. На него он выложил телефон и развернул солнечную батарею. Фонарик же здесь работал – значит, и батарея должна.
Он впился взглядом в тусклый экран телефона, но значок зарядки и не думал появляться. Ник разочарованно вздохнул, но тут же нахмурился.
«Хватит себя жалеть, нытик! – крикнул он сам себе. – Что стоишь, как баран и пялишься на телефон! Проверь, всё ли правильно подключил!»