Момент
Шрифт:
Затаив дыхание, Кассандра неспешно направилась в сторону огромного отеля, прокручивая в голове самые смелые варианты развития событий. Одно было страшнее другого, но ни один не был лишен блаженного удовольствия. В состоянии, подобному сладкому сну, она пребывала ровной до той минуты, пока не увидела тринадцать пропущенных звонков от мамы, три от Антона и два от подруги Ксюши. Стоило только услышать голос Лауры Пикман и всю сказку как рукой смело.
– Решила довести меня до ручки, Кассандра? Что это, черт возьми, такое? Где ты была? Мне пришлось звонить на ресепшн, чтобы узнать, всё ли с тобой в порядке! Я переживаю, Антон, папа! Где тебя носило, позволь
– Мне двадцать пять лет и я могу делать всё, что захочу, мама. Вы отправили меня сюда, чтобы я «отдохнула», и я отдыхаю.
– Ты что, снова показываешь свой неугомонный характер? Антон и без того переживает насчет вчерашнего. Ты обвиняешь его в том, что он намеренно опоздал на рейс, но это не так! Видит бог, он ждал этой поездки, чтобы вы могли провести время вместе.
– Да, – саркастически хмыкнула Кассандра, вынув шпильку из волос. – И поэтому мы должны были отдохнуть там, где проходят эти чертовы конференции.
– Ох, за что мне такое наказание? Он из кожи вон лезет, чтобы только ты ни в чем не нуждалась. Почему ты так несправедлива к нему?
Кассандра промолчала. Она закусила щеку и уставилась на свое отражение в зеркале.
В какой момент времени она позволила своим близким так нагло обосноваться на своей шее? Если у кого-то это выражение имело финансовую подоплеку, то в случае Кассандры исключительно право выбора. Её свободу и самостоятельность давили безжалостные ноги самых близких людей, не видящих ничего зазорного в том, чтобы нагло совать свой нос в её личную жизнь. Лаура Пикман никогда не упускала возможности высказать свое мнение относительно любой ссоры между дочерью и будущим зятем. Даже самая мелкая бытовая проходила через нее и ни в одной из них участливая женщина никогда не поддерживала Кассандру. Она была из тех женщин, что свято верили в брак, в женитьбу раз и навсегда. Если женщина не реализовала себя в бизнесе, значит должна оберегать мужчину, создавать уют и тепло в доме, чтобы он хотел возвращаться туда снова и снова. И надо признать, Лаура Пикман прекрасно с этим справлялась! Вот только ей никак не удавалось научить этому собственную дочь. Внедрить эти принципы в её рассеянную и порабощенную современными реалиями голову.
– Бога ради, будь понежнее с Антоном! – продолжала женщина. – Он на эту поездку не мало потратился. И всё ради тебя, Кассандра. Как и всегда.
– Как же мне осточертело, что он постоянно жалуется тебе, – сказала она тихо-тихо, глядя в собственные глаза. – Это же просто невыносимо.
– Что ты говоришь? Я не слышу тебя!
– Всего хорошего, мам. Передавай привет папе.
– Кассандра, я не закончила!
Нажав красный значок на экране телефона, Кассандра Пикман снова взглянула на свое отражение. Иногда ей казалось, что её каштановые волосы теряли свой благородный оттенок темного дерева сразу, как только у нее портилось настроение. Карие глаза лишались живой золотистой искры, а кожа в миг становилась мертвенно-бледной. Прям как сейчас, когда дотошные нравоучения матери вновь затянули её в свою бездонную яму.
Забавно: что бы с ней было, узнай она о свидании Кассандры с другим мужчиной? Улыбка расползлась по женскому лицу, но так же быстро померкла под натиском вполне естественных тревог. Ей хотелось понравиться Климу, но она понимала, что подобное желание и поведение недопустимо, когда есть серьезные отношения с другим. Вроде бы серьезные. Какие бы проблемы и трудности они с Антоном не переживали, это вовсе не повод искать утешения в чужом обществе. Но что делать, если стены непонимания давят со всех
На экране телефона высветилась фотография Антона. Кассандра тихонько вздохнула и провела пальцем по мигающей полоске.
– Как отдыхается, любимая? Надеюсь, ты не отвечала на мои звонки, потому что балдела на массаже?
– Нет, потому что я гуляла с другим мужчиной.
Антон засмеялся.
– Шутишь – хороший знак. Рад, что у тебя прекрасное настроение. И я очень надеюсь, что оно останется таким после того, как я кое-что тебе скажу…
– Попробуй.
– Я прилечу завтра не в 8:36, а чуть позже. Мы с твоим отцом поедем в новое здание торгового центра, чтобы посмотреть помещения для нашего третьего филиала. Хозяин центра ещё не выставлял их на продажу, поэтому мы будем первыми, кто…
– Во сколько? – перебила Кассандра, сбросив с плеча тонкую лямку.
– Нам сказали приехать к восьми, но…
– Я спрашиваю, во сколько ты прилетаешь сюда?
– Диана взяла билет на половину второго вроде.
– Ясно.
– Господи, Кассандра, только не делай из меня виноватого! У нас с твоим отцом общее дело и я не могу игнорировать его предложения! К тому же, попасть в это здание хотят многие, а у нас появилась возможность выбрать любое из понравившихся нам помещений.
– Не надо было начинать это общее дело. Теперь ты всю жизнь будешь делать то, что скажет тебе мой папа.
– Вообще-то, он доверяет мне. Я в силах самостоятельно принимать решения! Какая муха тебя укусила? – фыркнул Антон. – Я очень надеялся на твоё понимание, но сейчас я рад, что прилечу позже. Видеть твою недовольную физиономию страшно осточертело!
– А мне вообще осточертело так жить, Антон, – произнесла Кассандра, наблюдая за медленным падением сарафана. Она позволила себе подумать о Климе в минуту совершенно не подходящую для этого, и ощутила горячий спазм в низу живота. Кассандра взглянула на свою обнаженную грудь и представила, как его тёплые пальцы ласкают её соски. Даже просто думать об этом чрезвычайно сладко. Тихонько выдохнув, она закрыла глаза. – Мне некогда, Антон. Хорошего вечера.
– И тебе, – сухо бросил он в ответ. – Займись чем-нибудь полезным. Чтобы голову в порядок привести и настроение себе до Марса поднять!
Сунув свободную руку в трусики, Кассандра откинула голову назад и прошептала:
– Я обязательно так и сделаю.
Глава 3
Клим спрятал сотовый в задний карман хлопковых брюк, когда Кассандра заметила его у бара. Он оглянулся, пробежав беглым взглядом по чужим макушкам, и вновь облокотился на глянцевую стойку. Кассандра расправила плечи и походкой от бедра направилась к бару, прекрасно понимая, что многие из присутствующих здесь мужчин не могут оторвать от неё своих глаз.
Когда Кассандра остановилась за его спиной, в её нос проник приятный запах хвои и шампуня. Она тут же представила Клима в душе, и мысль о том, что они могли принимать его в одно и то же время, тёплым ручейком растеклась в её груди. Видимо, почувствовав тепло рядом с собой, Клим медленно обернулся и его в миг потемневшие глаза замерли на женском лице. Его сексуальная улыбка расползалась так медленно, что Кассандра едва держалась на ногах. Она впервые в своей жизни столкнулась со столь мощнейшей силой мужского обаяния и магнетизма, которой не могла противостоять даже самая здравая мысль: она в отношениях и плевать, что они на последнем издыхании!