"Молва"
Шрифт:
убийц.
На самом деле реакция сигуранцы на гибель
«Ангела» была резкой, мгновенной. Как только раздался
звонок из полиции и в сигуранце стало известно
о случившемся, работники отдела Ионеску тут же, не
теряя ни минуты, бросились на Преображенскую.
Переодевшись в обычный городской костюм, лока-
тинент Друмеш пошел на квартиру Садового и, увидев
«двоюродного брата», «с которым еще вчера обедал
в ресторане», мертвым, пустил
слезу, что, глядя на него, шумно засморкались и
любопытные кумушки, которых всегда предостаточно там, где
что-либо стряслось.
— Были у вашего родственника драгоценности? —-
спросил Друмеша полицай, составлявший протокол.
— Были ли, не знаю, но думаю, что могли быть, —
ответил Друмеш, не сводя глаз с «любимого братца».—
Коммерческий был человек, деловой.
— Кхм, кхм... — нарочито громко, чтобы обратить на
себя внимание, кашлянул в кулак дворник,
приглашенный полицией в качестве понятого. — Свояк к нему вчера
приходил с двумя парнишками, с сыновьями вроде.
Друмеш насторожился, но не повернулся, позы не
изменил — все так же скорбно глядел на посиневшее
щетинистое лицо «Ангела». Но дед умолк,
выжидательно уставился в затылок Друмеша.
— Свояк... Какой там свояк! — хмыкнул Друмеш.—
Грабитель, наверно, а пацаны — шпана уголовная...
И куда только полиция смотрит?
— Но, но! — прикрикнул на него полицай,
шаривший в шкафу.
— Что ты, что ты, мил-человек! — шепелявя,
запротестовал дед. — Скажешь тоже... Обходительный был
человек, вежливый. Даже самогоном грозился
попотчевать, а ты говоришь — грабитель... Да и мальчонки
на шпану не похожи. Да ты-то свояка и сыновей его
должен знать, а?
— Какой он из себя? — спросил Друмеш. — И
мальчишки...
Дворник задумался, пожал плечами.
— Как какой? Высокий такой, представительный.
В шляпе. Лицо, как у тебя, длинное, а вот нос
другой — точно ястребиный, с горбинкой. Что еще? Бро-
7 Б. Поляков
97
ви... Да, да, брови, пушистые они у него — густые и
как сажей намазанные... Признаешь?
— Ну, ну... А пацаны?
— Мальчишки как мальчишки, — продолжал
дворник, поняв Друмеша ио-своему, — оба как на одну
колодку — небольшого росточка, рыжеватые. Только
один, в кубанке который, с веснушками, а другой, что
в кепке, — без них, без веснушек...
— А раньше, папаша, ты их видел?
Полицай, строчивший протокол, оторвался от своего
занятия, поднял голову.
— Нет, раньше я их не примечал. Они сказывали,
когда
дворник кивнул на тело Садового, — любил больше
у них чаи гонять. Да и недавно он тут поселился, не то
в конце сентября, не то в начале октября.
«Может, действительно навещал свояк», — подумал
Друмеш про себя, а вслух сказал:
— Был у него свояк, верно, но только погиб он,
под бомбу попал.
— Как — под бомбу? — Дед оторопело заморгал
глазами, испуганно шмыгнул носом.
— Бомба, она разве разбирает, где хороший человек,
а где плохой? Упала на голову человеку — и все тут...
— Неужто были грабители? А я-то еще думал,
почему они так поздно к нему?
Соседки, толпившиеся в дверях и норовившие
заглянуть внутрь, в квартиру, лихорадочно зашушукались...
Эх, если бы знал «проницательный» дед-дворник, кто
перед ним, кому он по простоте душевной описал
внешность поздних гостей «Ангела»! Но не раскусил он
«двоюродного брата» Садового, принял его искусную
игру за чистую монету. А вскоре, сам того не ведая и
не желая, оказал ищейкам сигуранцы еще одну услугу.
И случилось это так...
Харитон и Друмеш шли по Преображенской.
Недалеко от полицейского участка они увидели шагавшего
им навстречу знакомого старика.
— Куда путь держим? — спросили они,
поздоровавшись с ним за руку.
— Гуляю, здоровье поддерживаю, — ответил
старик, обрадовавшись встрече и возможности посудачить
о том, о сем.
Вдруг он встрепенулся, прищурил глаза.
98
— Эка, неужто они?!
Харитон и Друмеш посмотрели в сторону, куда
показывал дворник.
— Во-он, видите? — горячечно прошептал старик.
По противоположной стороне улицы шли, о чем-то
оживленно разговаривая, двое — высокий мужчина в
длинном коричневом пальто и шляпе и мальчишка в
кубанке... Федорович и Яша.
— Глаза стали не те, — пожаловался дворник, —
но кажется, они, те, что заходили тогда вечером к
вашему родственнику... Точно, они!
Контрразведчики молча выразительно
переглянулись, пожелали дворнику «хорошего здоровьица» и чуть
ли не бегом направились вслед за свернувшими за угол
дома, на соседнюю улицу, высоким мужчиной с
ястребиным носом и его маленьким спутником...
В тот же вечер переодетый локатинент Друмеш
постучался на квартиру к Федоровичу и, представившись
работником городской примарии, попросил его пройти