Молот
Шрифт:
— Вы должны вернуться, Ваше Величество.
— Обязательно должны, Ваше Величество.
Иван едва заметно вздохнул:
— Я вернусь в любом случае. Но не обещаю, что к вам. У меня будет Симбионт. Зачем мне в таком случае жена?
— Есть запрет…
— И что? Вместе с вами сидит прямое нарушение этого табу. Почему же я не могу повторить то, что произошло десять тысяч лет назад?
— Но вы же единственный потомок подобного инцеста, Ваше Величество. Ни одна другая линия не выжила!
Крыть было нечем — фэллы правы на все сто. Де Берг вновь вздохнул:
— Давайте
— Идем на посадку! — сообщил пилот корабля, и все сразу зашевелились.
Саора протерла кулачком свои огромные глаза:
— Ах, как сладко спалось!..
Лицо Юмары тоже выглядело довольным. Де Берг сообразил, что раз они обладают эхом способностей Симбионтов, значит, получают от близости с ним какую-то частицу наслаждения. Так вот оно что! Получается, что они инстинктивно чувствуют удовлетворение! И это дополнительно вынуждает быть их столь агрессивными в…
Иван усмехнулся про себя. Снаружи чуть громыхнуло, затем последовал толчок, дирижабль, отстрелив якоря, вонзившиеся в грунт, включил лебедки, начав спуск. Открылась дверь в кабину, и на пороге появился пилот:
— Можно выходить, дамы и господа.
Гроссмейстер кивнул и обратился к остальным:
— Пошли.
Вид у тевтона был донельзя сосредоточенный. Впрочем, и остальные тоже откровенно вибрировали, пожалуй, кроме Императора. Де Бергу было все равно — получится, значит, будем следовать задуманному. Погибнет он во время перехода — так тому и быть. Не откроется Проход, тогда он приложит все оставшиеся силы для организации дальнейшей подготовки к последней войне человечества…
Под высокими сапогами из натуральной кожи хрустнул камешек, и Иван осмотрелся. Посреди густых кустов высились валуны и остатки древних колонн, практически потерявших свою форму под влиянием времени. Седой древностью веяло от них. Лишь на одном, самом большом камне сохранился значок, вырубленный настолько глубоко, что даже миллионы лет не смогли стереть его с поверхности базальта. Де Берг вздрогнул: именно этот знак был на лбу у Ярро. Что за…
— Сюда! — Фон Вальдхайм раздвинул кусты и шагнул вперед.
Император, не раздумывая, последовал за ним, следом двинулись обе фэллы. Путь неожиданно удивил де Берга — сразу за кустами начиналась тропа, ведущая вниз, под землю. На ее поверхности еще угадывались следы плит, которыми та была вымощена. Десяток шагов, и все вокруг потемнело, лишь позади идущих едва маячил светлый вход в подземелье, прикрытый густой листвой.
Гроссмейстер пошарил в своей сумке, вытащил факелы, вручил каждому. Защелкало кресало, и после нескольких неудачных попыток вспыхнуло яркое бездымное пламя. Почему тевтон действует именно так? Чувствует подсознательно или нашел что-нибудь в Информатории?.. Впрочем, наверное, все действительно должно происходить, будто миллионы лет назад.
— Осторожно. Внизу — Бездна! — вновь обратился ко всем фон Вальдхайм.
Юмара
— Мы вообще туда попали? — дрожащим голосом спросила Саора.
Ей было хуже всего.
— Да. Это — Врата, — ответил ей де Берг.
— В обычное время у Бездны нет дна. Но сегодня — особый день и сможем достигнуть бесконечности… — Голос Курта гулко раздался в пустоте подземелья, срезонировав со множеством свисающих над головой сталактитов.
Шаг за шагом. Виток за витком. Под ногами время от времени раздавался характерный хруст костей тех, кто забрел сюда раньше. Юмара тоненько вскрикнула от страха и бросилась к тевтону, прижавшись к нему изо всех сил, когда свет ее факела выхватил из тьмы скелет фэлла, неведомыми путями попавшего сюда тысячи лет назад. На удивление сухая атмосфера подземелья превратила тело в жуткую мумию с оскаленными зубами, осыпанную бисером, которым когда-то была вышита истлевшая за века одежда.
И вновь — шаг за шагом. Все ниже и ниже…
Курт озабоченно взглянул на свой наручный таймер и перевел с облегчением дух — они пока успевали…
Еще одно тело. Превратившиеся в ржавчину доспехи необычного вида, тем не менее сохранившие свою форму. Нечто вроде кольчуги, прямой меч, точнее — очертания его на земле рыжего цвета, и камень в навершии рукояти, горящий алым в свете факела. Конический остроконечный шлем…
Фон Вальдхайм удивленно замер на месте, и Император спросил:
— Что такое? Разве это не один из ваших?
— Совсем другой доспех. У Ордена никогда не было ничего подобного…
Из истлевшей сумки, ранее висевшей на боку мертвеца, выкатились свернутые в трубочку кусочки белой коры с нанесенными на них едва заметными знаками. Одна из су наклонилась, но в этот момент мигнул и погас факел Юмары. Все вздрогнули, и Курт заторопился:
— Надо поспешить! У нас очень мало времени…
Вот и дно Бездны. Где-то там, наверху — выход из жуткого подземелья. Последние метры пути представляли собой сплошные залежи костей умерших или погибших здесь в неведомые времена. Одежда всех эпох и народов. Доспехи и просто скелеты. Фэлл начало трясти, и они в прямом смысле слова стучали зубами от ужаса. Даже невозмутимый внешне тевтон нервничал. Лишь де Берг выглядел по-прежнему спокойным.
— Вот оно!
Император первым увидел Врата, представляющие собой арку, высеченную в сплошном монолите стены, в которую упиралась тропа. Фон Вальдхайм сбросил с плеч сумку, которую нес, и рванул клапан. Прохлаждаться было некогда. На свет появилось несколько свечей, сосуд с непонятной жидкостью, пара кусочков дерева и пергамент.
— Су Юмара — направо, к знаку Солнца. Су Саора — налево, к знаку Луны! — скомандовал Курт.
Фэллы бросились к указанным местам.
— Ваше Величество, встаньте точно по центру!