Молот империи. Часть 3

Киров Никита

– Кто это придумал? – спросил я, поворачиваясь к остальным. – Когда я видел тебя в прошлый раз, ты помалкивал про это. Кто тебя вообще надоумил?

– Я, – почти одновременно сказали Марк и Ян. Продолжил Ян: – Он сможет. Там нет педалей, там всё управляется руками.

– Мы не можем его бросить, – добавил Марк. – Он ранен в бою, сражался вместе с нами. И хочет ещё. Ему тяжело, но если он будет в Ищейке…

– Вы же понимаете, что это не игра? – я оглядел всех. – Вы уже всякого повидали. Марк, уж ты точно должен это понимать.

– Поэтому я сам

и предложил ему, – он выдержал мой взгляд. – Мне было тяжело смотреть, как он так лежит и страдает. Но он выжил, в отличие от моего старого экипажа. И если он доберётся до…

– Это же лучший шагоход в мире! – скрипящим хриплым голосом выкрикнул Валь. – Не какой-то там Небожитель, не какая-то Печать Огня! Вот это лучший! Я это знал с самого детства!

Он дёрнул колёса коляски, пытаясь проехать через сугроб, но не смог, слишком толстый слой.

– Я знаю все его узлы наизусть! Я знаю его возможности! Я знаю, что он может пройти через реку, горы или даже долбанный вулкан! – голос начал срываться. – Я тебе докажу, Загорский! Я буду управлять Ищейкой не хуже, чем ты тем допотопным хламом!

Я подошёл ближе и помог выдернуть коляску из сугроба.

– Если будет нужно, – продолжал Валь. – Я туда ползком поползу! У нас с ней две пары ног на двоих! Я с ней справлюсь! Это моя долбанная мечта, ты понимаешь это, Рома?

– Знаешь, что? – я сел на корточки рядом с ним, опираясь на гладкий деревянный поручень кресла. – Я был бы рад, если бы ты не лежал в кровати, злясь на весь мир. Был бы рад, увидев тебя в строю. Но ты недавно перенёс тяжёлую рану. Может быть, ты думаешь, что месть поможет тебе справиться с этим…

– Да срал я на эту месть! – он посмотрел на меня. – Я хочу туда. Всегда хотел. И это я должен быть там, а не предатель!

Я повернул голову к Ищейке, потом к порту, где видно верхнюю часть Небожителя. Потом на юг. Ужас Глубин я не видел, но Исполин на боевом дежурстве.

Три машины, но работают только две. А у врага пять.

– Одно условие, – я поднялся на ноги. – Скажешь, что тебе плохо – немедленно увезём тебя к доктору.

– Не скажу.

– Если я увижу, что ты не вывозишь, утащу тебя в госпиталь сам. Тебе и так досталось, не хочу, чтобы ты пострадал ещё больше.

– Он справится, – сказал Ян и подошёл к Валю. – Нужно только немного помочь. Давай-ка, держись, Климов.

– Тащи меня, Варга! Ты же здоровый кабан, справишься!

Ян взял Валентина на руки, как ребёнка. Валь вцепился в воротник куртки Яна и посмотрел на машину. Мы с Марком пошли следом по его следам в снегу.

– Сейчас, – Ян посмотрел на лючки в ногах. – Марк, только немного помочь. Дальше мы сами.

Я не вмешивался, только следил. Это зашло слишком далеко. Но если что, вмешаюсь сразу, а пока я ждал. Не столько из-за Валя, сколько из-за остальных, кто хотел ему помочь.

Марк открыл люк, вдвоём они затащили Валентина в нижнюю часть правой передней ноги Ищейки. Тут просторно, влезет несколько человек с оружием. Для них даже есть скамейки, хотя находится здесь во время движения – неприятно.

Вверх

вела лестница. Валь с опаской на неё посмотрел.

– Ещё не поздно передумать, – сказал я.

– Тащи меня туда, Варга!

– Только держись крепче, – Ян взялся за перекладины.

Они действительно настроены серьёзно. Поэтому я не вмешивался. Валь уцепился за Яна со спины, крепко обхватив руками. И они полезли вверх.

Опасно. Ладно Ян, он-то крепкий и сильный. Но Валь держался. Так они и забрались в двигательное помещение. Двигатели работали, зимой, на улице, их не глушат. Несколько механиков, проводивших работы, с удивлением на нас посмотрели.

Ян посадил Валентина на пол и расстегнул себе куртку. Лицо вспотело.

– Самое сложное позади, – сказал он.

– Впереди, – возразил я и присмотрелся к Валентину.

– Я ещё не сдался! – прохрипел он. – И не сдамся!

Дальше таких больших лестниц не было. Мы вошли в кабину, Ян тащил Валя на руках. Электрокамеры здесь нет, она в корпусе. Три кресла стояли перед огромным пультом управления.

У среднего кресла очень сложная система оптики, там целые узлы трубок, стекла и перископов. Это нужно, ведь кабина в Ищейке – не самая высшая точка.

Ян усадил Валя в кресло и выдохнул.

Никаких педалей, только пульт и рычаги. Много рычагов. У меня даже голова болела, когда я пытался запомнить, какой рычаг за что отвечает. Направление, скорость, позиции, кабина, ноги, наклон ног, изгиб.

А Валентин же учил это с самого детства вместе с братом.

– Предатель наверное спит и видит, как сядет сюда сам, – проговорил он, стаскивая шарф и шапку. Мокрые от пота волосы стояли дыбом. – Но нет, тут буду только я или мои дети! Самое важное-то всё равно осталось при мне, как бы ты ни старался, ублюдок!

– Посмотри на меня, – сказал я.

Он подчинился. Я внимательно поглядел ему в лицо.

– Теперь продолжай. Обойди дворец, если сможешь, потом в порт. Если дойдём, ты будешь пилотом Ищейки. Или вернёшься в койку?

– Никогда!

– Пойму, что тебе плохо, утащу тебя туда сам.

– Ну уж нет! По местам!

– Он справится, Рома, – Ян поглядел на меня. – Я в него верю. И это для него лучше, чем лежать там.

Ян мог сам назначить его пилотом, без моего согласия, ведь это же его Исполины. Да, конечно, я мог вмешаться. Но Ян же сделал иначе, чтобы я всё увидел своими глазами.

Я сел в кресло канонира, Ян в кресло радиста. Марк в задней части кабины, подобрав брошенные Валем шарф и шапку.

– Сделаю всё, – со злостью сказал Валь. – Они увидят, что я могу!

Он нажал на кнопку, название которой я даже не знал. Свет в кабине стал ярче, а позади, за стальным люком, послышался сигнал сирены. Предупреждение, что скоро выйдем. Чтобы никого из механиков не раздавило в механизмах.

Кресло начало вибрировать, когда Валь набрал позиции. И движением рычага резко поднял кабину и опустил. Потом дёрнул нас влево и вправо. Я схватился за стальные поручни, чтобы не выпасть.