Молодые боги
Шрифт:
Радамант, смешно переваливаясь, уже подковылял к нам и вопросительно поглядел на принцессу.
– И тебя тоже забрать? – поинтересовалась она.
Карлик лишь кивнул, на мгновение сложив руки на груди в просящем жесте. Выражение лица невольника, впрочем, было скорее заинтересованным, чем испуганным. Хотя чего это я – на нем и так столько всего написано жизнью и чужим оружием, что вряд ли его может страшить банальная смерть.
– Ну, это к нему вопрос, – посмотрела принцесса мне в глаза, поднимая раскрытые ладони в жесте «я умываю руки».
– Пойдешь со
Принцесса за пару скользящих шагов приблизилась к карлику, и в ее руке из ниоткуда появился огромный широкий меч, окутанный магическим сиянием. Взмах, болезненный вскрик карлика – и цепь оказалась обрублена. Не очень аккуратно – по щиколотке пленника потекла кровь. Незнакомка – она была уже без меча – куда только подевался, окинула усталым взглядом нашу сгрудившуюся компанию.
– Студент, бугай, карлик и две соски. Да на нас вообще никто внимания не обратит – растворимся в ночи! – выдохнув короткий, но емкий спич, девушка развернулась на каблуках. Она дернула было правой рукой, но вовремя заметила кровь на перчатке и легким хлопком закрыла себе глаза левой ладонью.
– Компания была невелика, но крайне респектабельна – пан директор, пан аптекарь, пьяный золотарь, две курвы и я, – негромко воспроизвел я под нос памятную цитату из чешского писателя.
– Уходим, быстро! Бегом, бегом, – прошипела между тем раздраженная принцесса и неожиданно добавила парочку крепких выражений – при этом я почувствовал, как лицо невольно вытягивается от изумления.
– Не ругайся, тебе не идет, – произнес машинально.
– Так, стоять! – повелительно взмахнула принцесса – три угрожающего вида наемника и четверо закутанных в плащи рабов послушно остановились, сгрудившись перед выходом.
Красавица потянула меня за руку, и едва не бегом мы оказались в темном закутке.
– Не идет мне, говоришь? – Огромные глаза, в которые затягивало водоворотом немыслимого притяжения, были совсем рядом; приятно дохнуло чарующими ароматами цитруса и жасмина.
– Да, – неожиданно охрипшим голосом подтвердил я.
Сильный удар в печень заставил охнуть и согнуться в три погибели. Перед глазами потемнело от боли, и, закусив до крови губу, я едва сдерживал рвущийся из груди стон.
– Ты зеркало найди, потом и поучи его как себя вести. Все, поднимайся! Давай-давай, у нас времени мало.
Когда она развернулась, я все же застонал, перебирая рукой по стене, пытаясь выпрямиться. С трудом ковыляя следом, немного отвлекся, рассматривая материализовавшийся перед глазами знакомый шрифт надписей.
«Поздравляем с изменением имущественного статуса!»
«Талия из Эборакума теперь ваша преданная рабыня!»
«ВНИМАНИЕ! Талия – беглая рабыня и преступница!»
«Поздравляем с изменением имущественного статуса!»
«Далия из Эборакума теперь ваша преданная рабыня!»
«ВНИМАНИЕ! Далия – беглая рабыня и преступница!»
«Поздравляем
«Кельтилль из Агединкума теперь ваш преданный раб!»
«ВНИМАНИЕ! Кельтилл – беглый раб и преступник!»
«Поздравляем с изменением социального статуса!»
«Радамант из Лебадии теперь ваш спутник!»
«ВНИМАНИЕ! Радамант – беглый раб и преступник!»
Сделка небесная
Для начала слегка приоткрыв входную дверь, аккуратно выглянув и оценив обстановку, старший из наемников первым покинул дом. Следом, чуть потолкавшись, оказалась на улице вся наша компания. Наемники, не прощаясь, быстрым шагом двинулись вверх по мостовой, почти сразу растворившись в ночи.
Нас принцесса повела в другую сторону – вниз по тихим ночным улочкам, стараясь держаться в тени, подальше от горевших на стенах факелов. Несколько раз пришлось пережидать в закоулках, пропуская отряды патрулирующей город стражи. Вскоре район особняков остался позади, и мы принялись пробираться по узким переулкам среди тесного нагромождения высоких – иногда и по пять этажей – инсул, первых человейников, предшественниц современных многоэтажек.
Здесь шатающегося народа было больше, и чувствовали мы себя теперь спокойнее. Двигаясь уже не перебежками, а тесной группой, шагали по тротуару – встреченные прохожие в основном старались уступать нашей компании дорогу.
Полученный от девушки меч держать оказалось неудобно – клинок был окровавлен, и я пару раз дергался от липкого прикосновения к голой коже. Однако ножен не имелось, пояса тоже, и приходилось нести оружие, просто спрятав под плащом.
Миновав район инсул, оказались в окрестностях порта. Здесь было больше таверн, больше пьяниц, больше грязи на улицах – и ни одного стражника. В лицо дохнуло свежестью моря и неприятным запахом гниющих водорослей. Подумав было, что мы направляемся к кораблям, я ощутил беспокойство: на корабли мне не нужно, ведь Катя находится здесь, в окрестностях города – совсем недалеко. Но принцесса, к моему облегчению, свернула в один из тесных проулков. По узким – едва вдвоем можно разойтись – улочкам мы петляли среди глухих переулков.
Сначала я вновь ощутил чарующий аромат цитруса и жасмина, а после почувствовал прикосновение плеча, принцесса, даже имени которой я пока не знал, шла совсем рядом.
– Серторий или Аэций? – спросила она неожиданно.
– Что? – не понял я вопроса.
– Спрашиваю, Серторий или Аэций?
Я едва сдержался, чтобы не выругаться. Последние часы события развивались, как в буйном калейдоскопе – мне стреляли в голову, давили машиной, продавали в рабство любимую девушку, оценивали как вещь на рабском рынке, прямо на моих глазах принцесса – кажущаяся удивительно непосредственной и юной – хладнокровно убила мечом незнакомую женщину. Да я свинью, когда зарезал штык-ножом в первый раз, сутки потом в себя прийти не мог!