Молодожен
Шрифт:
Воронов пошел к челноку. Сидя на корме, Василий потрошил набитых вчера уток.
— Здорово, молодожен! — крикнул Воронов.
Васька поднял на Воронова чуть бледноватое под смуглотой загара лицо.
— И
— Да уж не выдам.
Васька осторожно, чуть вкось поглядел на Воронова.
— Вы не подумайте, что я ей не доверяю. Просто меня такая вдруг тоска взяла… Чего-то мне вспало, что могла же она другого выбрать, могла же с другим сейчас быть, И так мне невмоготу от этих мыслей сделалось!.. — Знакомым, недоумевающим жестом Васька развел руками. Потом вдруг закрутил кудрявой головой, усмехнулся чему-то своему и, чуть придавясь, добавил: — Ох, и дурной же я!..
В темных с голубыми выпуклыми белками глазах Васьки застыл какой-то тускловатый хмельной блеск.
— Ты, поди, и охотиться-то не сможешь теперь, — заметил Воронов. — Вымотался весь!
— Что вы, Сергей Иваныч! Да я сейчас такое понаделать могу! Да я…
Васька произнес это с такой искренностью и простотой, что не оставалось сомнений:
В Воронове снова шевельнулось раздражение против Васьки: это счастье было докучно ему, оно давило его и словно унижало. Он готов был сказать парню, что вот придет срок и его молодое, жадное чувство истощится, поблекнет, но вместо того спросил почти грустно:
— За что же ты ее так любишь?
— Да разве скажешь? — удивленно, точно эта мысль никогда не приходила ему в голову, отозвался Васька. — Кто я такой был без нее? Васька — и все! А теперь я человек, муж. Можно сказать, отец семейства. Да и не в том даже дело…
— Постой, постой, — усмехнулся Воронов. — Отцом семейства рановато тебе называться. Для этого как-никак дети нужны.
— Так есть дети! — счастливо засмеялся Васька. — Катька и Васька, близнецы. А еще есть Сенька, только он еще ползунок, у бабушки гостит…
— Ничего не понимаю, — сказал Воронов с каким-то неприятным чувством. — Сколько же лет… вы женаты?
— Старые мы, скоро шесть!..
— Так какой же ты, к черту, молодожен? — грубо спросил Воронов.
Васька снова развел руками:
— Кличут так, не знаю…