Молодой господин
Шрифт:
– Чувствую, - Эва показала на своё сердце, а потом потерла ладошки друг о друга и показала мне их. Мягкие розовые ладошки, блестящие от масла. Чистая прелесть. Я приподнялся на локте и взялся за одну из них, слегка потеребил пальцами. Покрывало соскользнуло чуть вниз, девушка глянула туда - видимо, заметила моё "состояние", мгновенно вспыхнула и отняла руку.
Пришлось лечь обратно, но расслабиться я уже не мог. Скрестил руки на груди, напряг пресс, когда Эва его коснулась.
– Релакс, - напомнила она тихо и мягко погладила мой живот.
Всё во мне вскипело, я подскочил в одно мгновение, сел на столе
– Не могу! Мне надо...
Но не договорил - лексикона не хватило. Решил продемонстрировать. Резко дёрнул её к себе и впился в её губы. Мягкие, нежные, сладкие губы. Совершенно невинные на вкус. Завелся страшно, мгновенно достиг точки кипения, внизу живота стрельнуло болью от острого прилива желания. И тут меня остановили. Резко, грубо, гневно. Её маленькие ладошки уперлись в мои голые маслянистые плечи и с неожиданной силой оттолкнули. С такой силой, что я не смог её удержать и выпустил из рук.
– Ты что?!
– возмутился я.
– За кого вы меня принимаете?!
– взвизгнула девчонка, и смысл её фразы я понял больше по тону, чем по словам.
Я растерялся. Будто она не знает! Первой в голову пришла довольно нелепая идея:
– Я дать деньги. Много!
– ляпнул я, будто она сама не знает, что это стоит денег.
– Чтооо?!
– совсем уж ошарашенно выдохнула Эва.
– Деньги?! За... это?
– она прикрыла рукой губы, а потом, нахмурившись, стала раздеваться.
Я удивленно наблюдал за её манипуляциями. Какой, однако, странный ритуал у русских девушек легкого поведения... Но я ошибся. Она только сняла халат, подхватила сумку с вещами и направилась к двери.
– Эва!
– в шоке окликнул я её.
– Не смейте меня преследовать!
– закричала она, выставив в мою сторону палец.
– Эва, стой, я не понимать..!
– снова попытался остановить её словами. Физически тут делу не поможешь: я практически голый и весь в масле...
– Что вы не понимаете? Я не... такая. Я массажист! А не...
– А вчера? Вчера такая? Этот... man - для него такая?
– Кто?! Евгений Николаевич? Он мой клиент! По массажу!
Как нагло она врёт, ещё и оскорбленную невинность изображает! Я принялся загибать пальцы:
– Обнимал, целовал, деньги дал! Клиент...
– Да! Обнимает и целует! Как дочь! И деньги - за массаж! У него спина болит, а после меня не болит! Массаж!!!
Я замер на несколько секунд, обдумывая, возможно ли такое. Как дочь... целовал-то в висок... И она такая... не взъерошенная была. Чёрт, неужели я облажался?! Эта их загадочная русская культура...
– Извините... я... ошибка, - наконец выдавил я и слез со стола.
– Я... не хотел.
Эва выдохнула, её плечи упали.
– Ладно... бывает, - обессиленно ответила она и махнула рукой на ширму.
– Одевайтесь, я подожду.
– Нет, иди. Отдыхать.
Она немного пожевала губы, кивнула, подхватила сумку и шагнула к двери.
– Эва, - окликнул я её на полпути.
– Что?
–
– Хорошо. Прощаю.
Глава 6. ЭВЕЛИНА
Вот уж никогда бы не подумала, что кто-то может так извращённо истолковать наши с Евгением Николаевичем отношения. Все в СПА-комплексе "Ева" знали, как тепло он ко мне относится, благодаря моим лечебным процедурам. Все, кроме иностранного молодого хозяина. Он не знает ни языка, ни обычаев, ни Евгения Николаевича. Можно его простить. Я себе разрешила. Но это, конечно, в первый и последний раз. Если он позволит себе ещё что-нибудь в этом роде, то я... в этом месте нужно сказать что-нибудь громкое и гордое, вроде: "уволюсь" или "подам на него в суд", но меня останавливали два обстоятельства. Во-первых, это работа моей мечты во многих аспектах - об этом я уже говорила. Вторую такую мне не найти, любая другая однозначно будет хуже. Во-вторых... мне стыдно признаваться в этом самой себе, но... я давно не массировала такого красивого мужского тела, а может быть, и никогда. Как-то не ходят ко мне молодые парни, и я думаю, они вообще редко увлекаются массажем. Потребности особой в нем не испытывают: они ведь молоды, а значит, здоровы. Боли в спине не мучают их, а расслабляющий им делают подружки. Бесплатно.
Я бы назвала Дахи скорее худощавым, чем мощным, но все мышцы у него выпуклые, упругие, приятные на ощупь. Правда, многие в гипертонусе - даже пришлось сделать ему немножко больно, чтобы получился полноценный релакс. Зато потом он даже тихонько застонал от удовольствия. Я люблю этот момент - когда клиент понимает, ради чего терпел боль, и его тело благодарно расслабляется. А если при этом тело такое красивое - это вдвойне приятно наблюдать.
В общем, с существенной долей уверенности можно сказать, что я тоже получила от этого массажа большое удовольствие, и тело моё наполнилось щекочущим, волнующим теплом, которое скручивалось в маленькие торнадо внизу живота. Когда Дахи дёрнул меня к себе и я ударилась о его твёрдую грудь, то испытала не одно только удивление и возмущение. Меня обдало жаром и каким-то смутным томлением. От его свеже-пряного запаха кружилась голова, а как он целовался... меня никто так не целовал! Конечно, я не дала ему зайти далеко: я не какая-то девочка на побегушках, которую достаточно пальцем поманить - и она уже счастлива. Я не целуюсь с кем попало во вторую встречу и уж тем более я не целуюсь с шефом. Это ниже моего достоинства!
И снова я не стала делиться своими переживаниями с бабулей. Это ведь было недоразумение, зачем ей из-за него волноваться?
А на следующий день босс встретил меня в моём кабинете. Впервые я видела его таким нерешительным! Внезапно он протянул мне розу - белую, очень красивую, но на короткой ножке. Наверное, чтобы легче было пронести незаметно.
– Привет!
– сказал молодой господин с лучезарной улыбкой и вручил мне цветок.
– Здравствуйте, - осторожно ответила я.
– Опять извинения?
Он кивнул, снова улыбнулся и предложил:
– Ты и я - ужинать вечер?
Я чуть не фыркнула. Вот как! Сначала постель, потом ужин... оригинальный стиль ухаживания. Да и зачем нам ходить в ресторан, если мы не говорим на языках друг друга? Я покачала головой:
– Нет.
– Почему?
– удивился мистер Насгулл.
Да уж, странно, с чего бы мне отказываться? Меня ведь сам хозяин приглашает!