Молчать нельзя
Шрифт:
Да, было чертовски тяжело. Но им, кажется, пока не удалось добиться своего. Теперь Януш уже не ощущал боли, испытывая лишь чувство тупого оцепенения. Он продолжал лежать с закрытыми глазами, но провести палачей не удалось. Они собаку съели в своем деле и прекрасно знали, когда их пациенты притворяются.
— Открой зенки, Тадинский. Иначе мы сделаем это за тебя. Ножом!
Януш с трудом сел. Он выплюнул един из выбитых зубов и засмеялся, услышав, как тот упал на пол. Ему хотелось встать, но ноги не
— Еще несколько таких ударов по голове, и тогда я вообще не смогу разговаривать, Циммерман.
— Уведите его, — рявкнул майор. — Подумай хорошенько над тем, что мы можем сделать с твоей вшивой бабой и твоим щенком. Сделай вывод из сегодняшнего урока и представь, что тебя ждет завтра.
— Куда его, господин майор, в тюрьму? — спросил один из солдат.
— Нет, брось его в подвал, к остальным. Я займусь им сам. Может быть, он потребуется мне завтра, а может быть, и через час.
— Встать, дерьмо поганое! — заорал Вилли.
— Вам придется мне помочь,, мальчики, — произнес Януш, с трудом выговаривая слова распухшими губами.
Они грубо схватили его, поставили на ноги и вывели под руки из камеры пыток в канцелярию. Там Януш вырвался, покачиваясь подошел к традиционному портрету фюрера и выкрикнул:
— Хайль Гитлер — мерзавец из мерзавцев!
Вилли бросился к нему и изо всей силы ударил по затылку. Януш упал без сознания.
На этот раз Януш очнулся на холодном полу. Он лежал на животе, а чьи-то чуткие пальцы осторожно массировали ему виски. Мягкие, теплые пальцы волшебника, который старался прогнать боль из его горящей головы.
— Пить, — прошептал Януш.
— Потерпи, — послышалось в ответ. — Здесь не дают пить. Глотай слюну — это немного помогает.
Януш попытался последовать совету, но ничего не получилось.
— Черт возьми, у меня совсем нет слюны, — огорчился он. — Кто ты?
— Называй меня Мальпа. Мое настоящее имя не должно тебя интересовать. Уже десять дней они стремятся узнать его.
— Десять дней, — прошептал Януш в страхе. — Боже мой, целых десять дней.
— Ты, видно, получил сегодня свою первую порцию?
— Гм…
— Попробовал кнута Вилли?
— Да. Такое чувство, что на спину льют кипящее масло.
— К тому же тебе досталось и сапогом, как я вижу.
— Разве ты что-то видишь? — удивился Януш. Для него в этом сыром и холодном подвале царила сплошная тьма.
— Здесь есть крошечная щель, через которую просачивается свет. Ты тоже привыкнешь.
— А что, на второй день они опять обрабатывают кнутом?
— Нет. Вилли очень изобретателен. А если у него не хватит фантазии, то сам Циммерман что-нибудь придумает.
Януш облегченно вздохнул и сказал:
— Ну, тогда самое страшное позади. Страшнее кнута, по-моему, ничего не придумаешь.
— Ты
— А что это такое?
— Лучше и не говорить об этом, приятель. Не знать бы тебе, что за мерзавцы эти фрицы. Если ты не уверен в своих силах, завтра же расскажи им все. Это избавит тебя от многих бед.
— Я буду молчать, — сказал Януш. — Надеюсь, что выдержу.
— Как ты сюда попал? — раздался из угла подвала другой голос.
— Молчи! — предупредил Мальпа. — Он только и делает, что задает вопросы. А сам еще ни разу не был на допросе. Будь осторожен с ним.
— Черт возьми, как холодно! Почему эти грязные шкопы не отдали мою одежду?
— Здесь все голые. Такая уж подлая привычка у этой «расы господ». Ты еще узнаешь их нравы. Тебе надо привыкать. У меня уже все позади. Через несколько дней меня расстреляют или отправят в концлагерь. Если бы была возможность выбирать, то я и не знаю, что предпочел бы. Как твоя спина?
— Горит, как на адской сковородке.
— Еще бы. Вилли — мастер своего дела. От узла на конце кнута на спине после каждого удара остается страшная рана. Я после этой процедуры прислонялся спиной к стене. Она холодная как лед.
— Ну и помогает?
— Немножко. Я даже смог заснуть. Тебе тоже надо поспать. Без сна не выдержать. Ты должен всякий раз приходить к ним по возможности отдохнувшим. Они будут терзать тебя, а ты должен думать о том, что сделать с ними, если они попадут в твои руки. Избегай лжи. Солгав, ты не выкрутишься и можешь проговориться. Тверди им, что ничего не знаешь.
— Я так и делал! — сказал Януш. — Но вряд ли они мне поверили. — Его живот мерз, а спина страшно горела. Но волшебные пальцы все еще скользили по его вискам.
— Давай помогу подняться! Попробуй встать к стене. Ты ничем не рискуешь. Не велика беда, если подцепишь какую-нибудь инфекцию. У тебя есть заботы поважнее.
— Попытка не пытка, — ответил Януш.
Прерывисто дыша, он с помощью Мальпы поднялся на ноги и подошел к стене.
— Встретиться бы мне с этим Вилли един на один. О, черт! — Януш инстинктивно отшатнулся от ледяной стены, едва прислонившись к ней.
— Потерпи. Через несколько минут будет совсем хорошо. Вот увидишь. А потом постарайся уснуть. Циммерман хитрый. Он может вызвать тебя и сейчас, а может через три-четыре дня. Уж он постарается сломить твою волю! Но и ты не будь дураком. Думай только о приятных вещах, пока сидишь здесь. Забудь о том, что там, наверху.
— О каких еще приятных вещах? — спросил Януш.
От холодной стены ему действительно стало лучше, боль немного утихла.
— А это уж зависит от тебя, — ответил Мальпа. Приятно думать о жирном гусе. Еще лучше — о красивой девушке.