Молчаливый
Шрифт:
Профессор прошёлся между столами, с презрением оглядев гриффиндорцев.
— Сегодня мы с вами варим довольно сложный состав, противоядие к яду Карлайла. Поттер! Расскажите всем, что это за яд.
Состава яда Карлайла не было в учебнике. Более того, сам яд упоминался только в небольшой сноске в главе о противоядии. Однако я успел прочитать первую главу учебника еще в Норе, а копия книги «Признаки и симптомы отравления ядами многоразличными» уже давно лежала на дне
— Яд Карлайла, профессор Снейп, представляет собой смесь белладонны и нескольких компонентов животного происхождения, которые не упоминаются в «Признаках и симптомах отравления ядами многоразличными». При отравлении ядом Карлайла человек испытывает резкие, нерегулярные боли в голове, потом распространяющиеся по всему телу. Если не принять противоядие в первые сутки после отравления, человека спасти невозможно, и он умирает от спазма сосудов головного мозга.
На долю секунды мне показалось, что Снейп готов меня похвалить. Но он пересилил себя.
— Садитесь, Поттер. Я вижу, вы впервые в жизни отбросили собственную лень и прочитали нечто большее, чем главу учебника за пять минут до начала урока.
Снейп был верен себе даже в мелочах.
— Сейчас вы сварите по рецепту на доске противоядие. И в конце урока, — Снейп насмешливо хмыкнул, — мы, возможно, испытаем на ком-нибудь, хорошее ли противоядие он приготовил.
Невилл рядом со мной ощутимо вздрогнул.
Поминутно сверяясь с рецептом противоядия, я постепенно подбрасывал в котел нужные ингредиенты. Невиллу же пришлось на этот урок стать моим ассистентом, и он резал на небольшие пластинки немногочисленные стебли трав, которые входили в состав.
В классе воцарилась тишина, нарушаемая только сопением и вздохами с разных столов. Скосив глаза, я посмотрел на то, как работает пара друзей Поттера, из которых меня в какой-то степени интересовала только Гермиона. В этот момент она как раз ударила по руками Рональда, который хотел, вместо отмеривания на весах порции порошка высушенной белладонны, сыпануть его пригоршней в котёл. Я даже думать не хотел, что бы вышло из зелья в таком случае — насколько я понял из историй Гермионы, почти все рецепты, предлагаемые Снейпом на уроках, при неверном приготовлении взрывались или извергали вонючий дым. Что заставляло задуматься о причинах подбора именно этих зелий в качестве учебных.
В последние десять минут урока, когда в некоторых котлах клокотала вонючая зелёная жидкость, в некоторых, — в том числе и у нас с Невиллом, — мутновато-белая смесь, похожая на настоящую, и ни в одном — чисто-белый раствор, Снейп остановил работу.
— Я вижу, никто не справился с элементарным заданием, — фыркнул он, с неудовольствием посмотрев на Драко Малфоя. — Пять баллов Слизерину за зелье мистера Малфоя. Пять баллов Слизерину за зелье мисс Гринграсс. Три балла Слизерину за зелье мистера Нотта.
Смерив меня хмурым взглядом, он вернулся к своему столу.
—
Снейп осёкся, посмотрев на нашу парту.
— Урок закончен, — буркнул он.
* * *
Вечером того же дня, когда в гостиной Гриффиндора шумели ученики, обсуждая первый учебный день, я тихо выбрался наружу. До отбоя оставалось еще полчаса, и я надеялся успеть.
— Мадам Помфри, добрый вечер.
Пожилая женщина с улыбкой взглянула на меня.
— Добрый вечер, мистер Поттер. Вы уже прочитали книги, которые я рекомендовала?
— Да, мадам Помфри, я прочитал «Базовый компендиум целительских заклинаний для учеников целителей-мастеров», — ответил я. — И весь месяц тренировался с вашим артефактом.
Выщипанные брови целительницы приподнялись в весёлом изумлении.
— Вы меня поражаете, мистер Поттер, — с улыбкой заметила она. — Я ожидала, что вы вернётесь осенью, прочитав не больше трети этого сборника, он довольно утомителен.
— У меня было множество причин быть усердным учеником, — хмыкнул я, по жесту мадам Помфри усевшись в соседнее кресло. — И теперь я готов помочь вам в качестве подопытного кролика для написания статьи.
— А статья уже готова и даже опубликована, — довольно усмехнулась мадам Помфри. — Там описывается необычный случай восстановления здоровья человека, перенёсшего Круциатус, но без указания имени. Меня уже завалили письмами коллеги из стран Европы. Многим стало интересно лично изучить столь... выдающийся феномен: почти полная потеря личностной памяти, сохранённые моторные навыки и способность обучаться заново.
Я в показном ужасе поднял руки вверх.
— Надеюсь, вы не отдадите меня на опыты?!
— Нет, — мадам Помфри неожиданно хихикнула. — Это было бы нарушением врачебной этики. — Я уже ответила всем, что это был случай из моей частной практики, не связанной с основной работой, и что я обещала не разглашать имя пациента, поскольку он происходит из старинной семьи. Однако же мне всё равно прислали несколько интересных зелий, способных восстановить память при подобных повреждениях...